В Смольнинском районном суде днем в пятницу, 20 мая, было тихо и пустынно. Перед залом, где судья Наталья Баева должна была рассматривать ходатайство полицейского следствия о мере пресечения экс-владельцу компании «СтройЭлектроМонтаж-5» (СЭМ-5) Василию Сливкину, дежурила только одна съемочная бригада. Гораздо солиднее выглядела группа «поддержки» задержанного — следователь и четыре оперативника.
О том, что общение Сливкина с полицией было более чем конструктивным, говорило и то, что ГУ МВД ходатайствовало о домашнем аресте, и диалог, который состоялся у экс-владельца со следователем.
- Жив? Здоров? – бодро спросил полицейский.
Сливкин закивал.
- Невредим? Тебя хоть покормили?
Бизнесмен опять кивнул.
- Давай сейчас закончим и.... – следователь машет рукой. – Ты — молодец! Хорошо сказал. Тебе очень сильно повезло!
Когда в зал заходит симпатичная женщина, выясняется, что это адвокат Сливкина.
- Вы адвокат? – казалось, задержанный удивлен.
- Да, буду вас защищать, – улыбается ему защитник.
К моменту появления судьи обсудить с клиентом его позицию у адвоката не остается времени. «Потом», – машет она.
Наталья Баева после необходимых процедур энергично начинает опрос задержанного и тут же натыкается на его то ли растерянность, то ли расслабленность. Например Сливкин затрудняется вспомнить, с какого времени он задержан.
- Это что, не стало для вас событием, Сливкин? – удивляется Наталья Николаевна.
С этого момента казалось, что она взяла шефство над арестовываемым. После того, как следователь озвучивает, что экс-бизнесмен обвиняется в двух эпизодах мошенничества в особо крупном размере, и обозначает ограничения домашнего ареста (помимо постоянного сидения в четырех стенах специально снятого для москвича Сливкина жилья на улице Демьяна Бедного, ему нельзя писать, звонить и встречаться ни с кем, кроме полиции и, при необходимости, скорой и МЧС), она уточняет: «А как же жена и 4-летняя дочь?»
Сливкин теряется. Он активно поддерживает все, что говорит полицейский, но терять возможность видеть семью не хочет.
- Хотел бы обратиться с ходатайством о том, чтобы жена и дочь приходили, – практически повторяет за судьей бизнесмен.
- А прогулки вам не нужны? – продолжает намекать Баева.
- Это как? – удивляется такой перспективой Сливкин.
- Это во дворе под ручку с инспектором уголовно-исполнительной инспекции, — как ребенку, разъясняет судья.
- Нет. Так не хочу.
Судья продолжает интересоваться судьбой семьи Сливкина: как они будут без него, есть ли средства на существование. «Будем искать. Найдем», – уверяет сидящий в клетке арестовываемый.
В процессе этого диалога выясняется, что старший, 25-летний сын Сливкина — тоже фигурант дела о мошенничестве. Но пока в статусе свидетеля.
- Вы показания давали добровольно? – интересуется судья.
Сливкин кивает.
- Морально-психологическое давление...
- Не оказывалось, — не дает ей закончить бизнесмен, и кажется, сам в это верит.
На заднем фоне сидящий на скамейке оперативник в очередной раз что-то бубнит в мобильный телефон.
В получасовом заседании наступает самое благостное время: судья зачитывает благодарности, приложенные защитой к ходатайству. От Росатома, от топливно-энергетического блока и даже от казачьего атамана. Как выяснилось, и сам Сливкин — казачий полковник.
В часовом перерыве, который судья взяла на принятие решения, к клетке подошла жена Сливкина, которая во время заседания была за дверью. Они мирно шептались, временами был слышен приглушенный смех.
Однако все благодушие закончилось, когда Наталья Баева в своем решении утвердила и домашний арест, и ограничение на общение с семьей. Как правило, после оглашения судья сразу же уходит. Но Наталья Николаевна села и принялась опять разъяснять опешившему Сливкину свое решение.
«У вас сын — фигурант дела. На данном этапе я не могу разрешить общение в интересах следствия. Семейные связи. Она может что-то передать вам, что-то, что помешает следствию. Но потом, когда вам будут продлевать срок, когда пройдут необходимые действия и следователь будет не против, вы можете ходатайствовать снова об общении с семьей. И вы же могли обговорить, чтобы дочь вам кто-то другой привозил. Я вам намекала», – терпеливо повторяла Баева.
После ее ухода, когда корреспондент «Фонтанки» диктовал новость, начались челночные переговоры адвоката и следователя, который стоял в коридоре. Явно по поводу семьи. «Я же не против», – в сердцах крикнул последний, и казалось, все успокоились.
Справка:
По версии следствия, Василий Сливкин, будучи владельцем СЭМ-5, похитил около 350 миллионов рублей на подрядах при строительстве «Зенит-Арены». 74 миллиона при поставке подсветки для стадиона по договору с комитетом по строительству. И 289 при поставке электрооборудования генподрядчику строительства «Трансстрою». В обоих случаях Сливкин завысил своим заказчикам стоимость поставляемого в несколько раз.
Суд отправил экс-подрядчика «Зенит-Арены» на съемную квартиру
Казачий полковник за мошенничество при поставке оборудования для стадиона осядет в съемной квартире Калининского района. За двое суток общения с полицией «долг» перед «Зенит-Ареной» у экс-бизнесмена из Москвы вырос почти на 300 миллионов.