Банк «Траст» споткнулся о наставника Медведева

Все люди перед законом равны, но одни люди более равны, чем другие, - такова, видимо, судебная практика в Российсйской Федерации. Известно, например, что владельцы банка "Траст" развели своих VIP-вкладчиков на крупные деньги, предложив им перед своим крахом вложить средства в кредитные ноты с (якобы) годовой доходностью в 15%. Фактически, беглые собственники "Траста" Юров, Беляев и Фетисов, привлеченные деньги отображали на балансе банка, как капитал второго уровня, «надув» его таким образом на несколько миллиардов рублей. В итоге все привело к тому, что владельцы кредитных нот фактически лишились денежных средств. Но отнюдь не все.

Как сообщают "Ведомости", в череде судебных решений, вынесенных по искам держателей нот банка «Траст», появился вердикт в пользу держателя, нарушающий сложившуюся практику. Еще до санации «Траст» предлагал клиентам переложить средства из вкладов в его ценные бумаги – ноты, что позволяло банку увеличить капитал. Таких бумаг банк продал примерно на 20 млрд руб. А в декабре 2014 г. ЦБ начал финансовое оздоровление банка, доверив его «Открытию», после чего «Траст» списал кредиты, которые обеспечивали выплаты по нотам. С тех пор держатели бумаг пытаются вернуть средства в судах. Суды до последнего времени единогласно становились на сторону беглых банкиров.

В конце апреля 2016 г. Санкт-Петербургский городской суд рассмотрел апелляцию «Траста» и оставил в силе решение суда первой инстанции в пользу владельца нот Александра Сергеева. Дело Сергеева – единственное с положительным исходом, прошедшее апелляцию в Санкт-Петербурге, рассказывает представитель инициативной группы владельцев нот Оксана Устюндаг. Еще несколько дел рассматривается в судах первой инстанции, но большинство аналогичных исков апелляционная инстанция направляла в Басманный суд, а тот отказывал держателям нот, напоминает она.

Несколько держателей признавались «Ведомостям», что ждали разбирательства по делу Сергеева – доктора юридических наук, возглавляющего кафедру в Санкт-Петербургском филиале Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Кроме того, Сергеев – соавтор и редактор учебника по гражданскому праву, несколько глав в который в свое время написал нынешний председатель правительства Дмитрий Медведев. В 1987–1990 гг. Медведев работал ассистентом кафедры гражданского права юридического факультета ЛГУ, Сергеев в то время был заведующим кафедрой.

Из апелляционного определения следует, что суд квалифицировал отношения между Сергеевым и банком как отношения по вкладу, ноты же – как прикрытие этих отношений, а сотрудники банка не уведомляли клиентов о рисках списания нот. Банк не имел права предлагать ноты неквалифицированным инвесторам, а поскольку большинство его клиентов относились именно к этому разряду, присваивал им нужный статус, гласит определение: банк готовил документы, а клиенты ставили подписи, не совершая самостоятельных операций на рынке.

Сергеев использовал все способы защиты, предоставленные гражданским правом и возможные в данной ситуации, свидетельствует руководитель аналитической службы юридической фирмы «Инфралекс» Ольга Плешанова, ознакомившаяся с делом. Искусственное наделение клиента статусом квалифицированного инвестора делает сделку мнимой, а продажу нот – притворной, прикрывающей отношения по вкладу, перечисляет она аргументы Сергеева. А к вкладчикам применяются нормы закона о защите прав потребителей. Действия банка, не уведомляющего клиента о рисках и отказывающегося вернуть деньги, с точки зрения закона есть злоупотребление правом, указывает Плешанова. «Возможно, что грамотное использование хрестоматийных способов гражданско-правовой защиты, продемонстрированное одним из ведущих российских ученых-цивилистов, убедило суд», – резюмирует она.
 
Те же аргументы, что и Сергеев, использовали в Басманном суде и другие держатели нот, интересы которых представляла юридическая фирма Nektorov, Saveliev & Partners), но в их случае суд вынес решение в пользу банка. Петербургскому же суду, чтобы прийти к выводу, что вкладчика не уведомили о рисках, оказалось достаточно скрипта продаж, говорит руководитель практики несостоятельности и банкротства Nektorov, Saveliev & Partners Радик Лотфуллин. «В наших делах этот факт подтверждался еще показаниями пяти сотрудников «Траста», которые непосредственно занимались продажей кредитных нот. Однако Басманный суд просто закрыл глаза на все наши доказательства – вкладчики были лишены права на справедливое правосудие», ­– считает Лотфуллин. Вот уже два месяца он не может получить решение суда, хотя по закону тот должен изготавливать решение в течение пяти рабочих дней, добавил он.

Сергеев рассказал, что получил исполнительный лист 20 мая и он пока не реализован. «Я надеюсь, что решение не будет отменено вышестоящими инстанциями», ­– говорит он. Сергеев убежден в законности и обоснованности решения, принятого судом, и верит, что сможет доказать правоту держателей кредитных нот.

«Траст» изучает решение суда и дальнейшие шаги пока не комментирует, сказал директор юридической дирекции банка Сергей Массарский. В последнее время большинство решений, рассматриваемых судами первой инстанции по существу, выносились в пользу банка «Траст», напоминает он и объясняет это тем, что суды реалистично смотрят на кредитные ноты как на инструмент с повышенным уровнем доходности, но и с риском потери части или всех инвестиций.

Каждое решение в пользу держателей нот увеличивает расходы на санацию «Траста», на которую уже выделено в общей сложности 127 млрд руб. После тщательной проверки банка вскрылись новые проблемы, и «Открытие» просило Агентство по страхованию вкладов (АСВ) увеличить размер кредита, выданного на санацию. В результате АСВ решило провести повторный конкурс на санацию, но без выделения дополнительных денег – возможно лишь снижение ставки по кредиту.

Ноты – это только часть проблем «Траста», рассказывает финансист, знакомый с ситуацией в банке: «Задача санатора – через 10 лет закрыть дыру в балансе, а при нынешних проблемах, размере выданного АСВ кредита и ставке по нему это невозможно».

Представитель ЦБ не стал комментировать события в действующих банках, комментарии АСВ получить не удалось.

Тем временем дело «Траста» дошло до Верховного суда. 7 июня он рассмотрит дело держателя нот из Карелии, на сторону которого встали две судебные инстанции. Суд должен решить, применим ли к делу закон о защите прав потребителей, указывает Устюндаг. На нормах этого закона строится аргументация многих держателей нот, в том числе и Сергеева. Единственное, что не учитывают остальные доверившиеся "Трасту" лохи - что не все держатели нот одинаково равны перед законом, и ноты по которым играет какой-нибудь провинциальный виолончелист могут звучать намного доходнее от VIP-вкладчиков лопнувшего финансового учреждения.