Почему «Билайн» не помешал обокрасть семью Олега Митволя

Семья экс-главы Росприроднадзора Олега Митволя является потомками известного польского еврея Шауля Валя. Об этом Daily Storm сообщила старшая дочь Алиса. Девушка также рассказала о болезни отца в СИЗО и о тяжелом переломе ноги у матери. Алиса поделилась подробностями о недавнем хищении мошенниками у семьи большой суммы денег и объявила, что из-за этого подаст в суд на оператора связи «Билайн».

— Недавно стало известно, что злоумышленники подделали документы вашего отца и украли у вашей семьи 25 миллионов рублей. Можете рассказать подробности этого происшествия?

— Изначально мы это узнали, когда нам позвонил менеджер из банка, который уже много лет с нами работает. Он сказал, что с номера Олега Львовича поступают звонки менеджеру, и звонящий представляется его именем, угрожают, делают странные комментарии.

Первый раз, когда мы заблокировали номер, мы его проверяли, действительно ли он выключен. Даже было такое — на этот номер звонила помощница, и там взяли трубку. Спросили: «Это Олег Львович?» — Он ответил: «Да». Помощница предложила встретиться. И тот «Олег Львович» говорит: «Да, давайте встретимся».

Атака на нас продолжалась минимум две недели. Причем мы ничего с этим не могли сделать. Обращались в «Билайн» раз пять, наверное, с просьбой заблокировать сим-карту. Только блокируем — и снова разблокируют. Оказались в такой ситуации, когда никак не могли повлиять на то, что нас обворовывают.

Мы держали это на контроле и периодически прозванивали. Первые дни они брали трубку, потом перестали. Но все равно у них получалось заново активировать номер.

Не знаю, каким образом у преступников оказались данные его паспорта и сим-карты. У него же их забрали, когда задержали. И через дней 10-15 и началась эта атака, которая длилась недели две-три. Когда уже задержали одного из людей, который имел фальшивый паспорт, это прекратилось.

Поскольку доступ имеет только папа, мы менеджеров всех банков предупредили о том, что началась атака. И они, насколько я знаю, проследили, чтобы ничего не произошло. Но в банке «Тинькофф», поскольку он онлайн, у преступников получилось использовать счет папы в своих целях.

— В СМИ сообщали, что задержали некоего гражданина Ершова из Екатеринбурга. Вы знаете, кто это?

— У меня есть только фотография поддельного паспорта. Не знаю, Ершов это сделал или нет. Нам звонили из Следственного комитета: якобы помимо того что со счета списывали деньги, его еще использовали в качестве транзитного. То есть перегоняли через него какие-то деньги непонятно откуда. Поскольку нет ни у кого доступа к этим счетам, мы даже не знаем, что было украдено, а что не было. Только сейчас стало известно, сколько именно забрали.

— Сейчас дело с хищением на каком этапе?

— Заведено дело. К Олегу Львовичу приезжал следователь по этому делу, он написал заявление. Только недавно это пошло более активно. А произошло это еще в июне. Месяц все длилось, потом задержали кого-то из этих людей. И с тех пор прекратилось.

Что интересно, «Билайн» никак не мог это прекратить. Мы им звонили, даже приезжали в офис. Они нам гарантировали, что никто не сможет его разблокировать, кроме самого Олега Львовича. Но каким-то образом у них это получалось. Мне до сих пор непонятно, как. И в качестве дополнительного факта — в Москве и Екатеринбурге люди приходили также в офис «Билайна» с поддельным паспортом. Были еще какие-то способы, но нам это неизвестно. Надеюсь, у следствия получится разобраться.

— Папа не делал предположений, как его личные данные могли попасть к кому-то?

— Конечно, его это очень удивило, что произошла утечка данных, после того как он попал в СИЗО. Не знаю, есть ли между этим какая-то связь, но известно, что случаются такие ситуации и утекает информация. У него все забрали еще 8 июня. Поэтому он не знает, как.

— Будете подавать в суд на «Билайн» или на банк «Тинькофф»?

— Да, конечно, будем подавать. Думали про «Билайн», так как это изначально после ситуации с сим-картой началось все.

— Поддерживаете ли вы контакт с Олегом Львовичем?

— Я с ним переписываюсь. Есть же портал ФСИН-письмо, через который можно общаться. Это единственный наш канал связи.

— Что он в целом говорит по поводу своего здоровья? Ранее он заявлял о плохом самочувствии.

— У него основные проблемы как раз со здоровьем. Он тяжело перенес ковид, после этого началось аутоиммунное заболевание — рубцы на легких. У него гипертония, проблемы с суставами, с кожей. В общем, по здоровью очень много факторов. Но, как нам объясняют, все эти заболевания не препятствуют содержанию в СИЗО. Шесть месяцев прошло, и состояние его не улучшается. Он должен постоянно принимать лекарства, которых у него нет. Конечно, ничего хорошего.

У нас еще ситуация произошла, что мама моя упала, и у нее была операция после перелома шейки бедра. Это было недавно, 10 ноября. И теперь она не ходит. Два месяца она передвигается на ходунках, а теперь с костылями. Восстановление полгода минимум занимает, от шести до двенадцати месяцев. А у них же ребенок еще, моя сестра.

— Вам известны детали дела вашего отца?

— Поскольку сейчас идет следствие, не могу давать комментариев на эту тему. Могу сказать свое мнение — считаю, что мой отец невиновен, и надеюсь, что следствием будет установлена справедливость. Так что посмотрим, как будет развиваться ситуация, но сейчас не в моих компетенциях давать комментарии по делу.

— Расскажите, чем вы сейчас занимаетесь? Насколько нам известно, вы изучаете родословную вашей фамилии.

— Сейчас снова поднимается тематика реституций, поскольку Польша сама их просит от Германии. Мы тоже хотели бы восстановить историческую справедливость, поскольку мы являемся потомками Шауля Валя. Это люблинский еврей, который был назначен королем Польши на одну ночь.

Он очень много сделал для еврейской нации и конкретно для Люблинского воеводства. Тогда благодаря его деяниям Люблин даже начали называть «Иерусалимом царства Польского». Но по итогу было утеряно множество синагог, целые кварталы, ешивы. Мы решили заняться этим, поднять этот вопрос снова.

Мы как раз сейчас проводим исследование с Центром еврейской истории в Люблине, какие конкретно синагоги он строил. Поднимаем всю информацию заново.

— В каком виде вы бы хотели получить реституцию?

— Реституции — это возмещение ущерба, причиненного неправомерно. Мы бы хотели, чтобы, во-первых, восстановили синагоги, которые были разрушены. Во-вторых, в целом вернуть городу этот исторический компонент.

— Вы восстанавливали родословную по каким-то документам?

— Все началось с Еврейского музея генеалогии, находящегося в Иерусалиме. Мы провели исследование по нашей фамилии, и нам эту информацию дали, что мы являемся потомками Шауля Валя. Затем мы обратились в архивы на территории Люблинского воеводства. У нас есть документы от наших предков, также есть заключения, которые это подтверждают.

Но поскольку прошло очень много времени, нужно еще делать дополнительные исследования. Ряд документов уже есть, например, у нас есть документы прапрапрадеда. Но то, что идет ранее, сложно отыскать.

— Вы единственные предки Валя или кого-то еще нашли? Может быть, с ними даже познакомились и пообщались?

— Предыдущий президент Израиля Ривлин тоже является потомком. Мы ему отправляли письмо на эту тему. Примерно в 2017 году он выступал на открытии Музея еврейской истории в Варшаве с речью про Шауля Валя. Мы ему написали о том, что мы также являемся потомками.

— Как власти Польши смотрят на вашу инициативу? Особенно с учетом нынешней геополитической обстановки.

— Как раз для данной геополитической обстановки это актуально, поскольку сейчас очень активно поднимается эта тема. Мы решили, что если все это поднимают, то и мы бы хотели тоже некой справедливости. Польша же требует от Германии реституций. Я думаю, почему бы им на это не отреагировать благосклонно, если они сами требуют.

— Вы это дело начали по своей личной инициативе?

— Скорее да.

— Совещались по этому поводу с семьей? Они вас поддерживают, в частности отец?

— Да. Я думаю, что он солидарен. Мы совместно делали эти исследования и занимались восстановлением семейного древа. Начали еще четыре-пять лет назад. Сейчас тема стала очень актуальна, поэтому мы решили уже более детально этим заняться.

— Когда вашего папу отпустят, не собираетесь ли вы эмигрировать в Польшу?

— Я думаю, что нет. У моей семьи никогда таких планов не было. Папа всегда был патриотом и никогда эмигрировать не собирался. Но после того, что с ним произошло… Однако не думаю, что он все-таки захочет куда-то эмигрировать. Эта история с реституцией у нас скорее больше про семейную историю, о наших предках.