Жирный кусок, сэр

В стане российских толстосумов тихий переполох. В столице Великобритании на минувшей неделе нашли мёртвым российского бизнесмена Владимира Щербакова, считавшегося причастным к двум кассовым реформам в нашей стране и проходившего по делу БВА-банка о выводе из России более 10 млрд рублей, в результате оказавшегося в поле зрения Интерпола.

Ещё и Скотленд-Ярд не подтвердил факта самоубийства фигуранта, и вряд ли этот случай имеет отношение к иным нашим соотечественникам, укрывшим свои капиталы в Туманном Альбионе, однако их нервозность объяснима: месяц назад в Британии вступил в законную силу так называемый закон о криминальных финансах, утверждённый королевой. Лондон долгое время считался тихой гаванью для миллионеров, миллиардеров и их активов, но теперь там готовы изымать любое дорогостоящее имущество, если его владелец не сможет объяснить источник средств. Под имуществом могут пониматься недвижимость, деньги в банке и даже драгоценности – в общем, всё, что дороже 100 тыс. фунтов стерлингов.
С чего же вдруг королева и парламент переменили своё мнение? Взыграла дворянская кровь и не комильфо стало принимать деньги, которые привозят русские олигархи, арабские шейхи и различные так называемые криминальные элементы?

Вовсе нет, от денег просто так никто не откажется. Но и гражданские институты, развитые в Великобритании получше, чем, например, у нас, никто не отменял. Многим британцам перестало нравиться то, что их старая консервативная страна стала превращаться в такую помойку, где хозяевами себя чувствуют какие-то непонятные приезжие люди. И речь здесь не только и не столько о русских олигархах, сколько о сомнительных с точки зрения мирового истеблишмента личностях вообще. Например, ходило много разговоров о том, что в Великобритании находятся богатства родственников Муамара Каддафи. Британская гордость не позволяет мириться с оказанием поддержки диктатору. Общественные правозащитные организации подхватили эти настроения и стали активно продвигать их на самый верх, пока королева не предложила принять этот самый билль о криминальных доходах. Ещё и знаменитые британские банки стали нести репутационные риски.

Цель закона – скорее сделать вид, что в Британии активно борются с нелегальными доходами. Репутация репутацией, но свой жирный кусок во благо этических идеалов англичане, конечно же, не отдадут. Как бы то ни было, но ясно, что работы у британских надзорных органов теперь прибавится: Британия в современном финансовом мире стала такой очень большой «прачечной», где отмывают любые средства. По данным Национального агентства по борьбе с преступностью, через Великобританию ежегодно проводят порядка 100 млрд фунтов наличных денег сомнительного происхождения (это почти 7,5 трлн рублей – колоссальная сумма), а по информации от кадастровой службы недвижимости, общая сумма сделок достигает 170 млрд фунтов стерлингов.

К британским банкам также стало появляться много вопросов после того, как The Guardian опубликовала данные о том, что 13 банков в Великобритании, включая такие крупные и авторитетные, как HSBC, Royal Bankof Scotland, Lloyds, Barclays и другие, провели сделок на 738,1 млн долларов «вероятно, с участием криминальных денег из Москвы». Такие заявления могут привести к цепочке расследований и серьёзным штрафам. Британской финансовой системе, переживающей не самые стабильные времена из-за разрыва с Евросоюзом, такие потрясения ни к чему. Лучше сразу объявить о закручивании гаек.

Иногда среди причин принятия закона проскакивает и такая: якобы этот закон был принят ради того, чтобы можно было выведать различные русские секреты. И, как ни странно, эта мысль только с виду выглядит очередной фантазией приверженцев теории заговора. На самом же деле исключать такую причину как один из стимулов принятия этого закона нельзя. Подобные случаи известны. Вспомним многократные аресты и попытку экстрадиции в США украинского олигарха Дмитрия Фирташа сразу после смены власти в Киеве. Это многие связывают как раз с желанием американцев узнать детали сделок по продаже газа на Украину, которые им кажутся сомнительными.

Но хоть некоторые отечественные миллиардеры и покупают уникальную недвижимость открыто и не стесняясь, как это сделал водочный магнат Юрий Шефлер, приобретя самое дорогое охотничье поместье Шотландии за 25 млн фунтов, большинство миллиардеров стали осторожничать ещё в 2014 году – с момента введения санкций. Да и установить владельцев недвижимости, зарегистрированной на офшорные компании, зачастую невозможно: цепочка учредителей, безымянных фондов и трастов очень хорошо может замаскировать истинных владельцев. И кому тут предъявлять претензии? Да даже «Роснефть» – главный объект западных санкций – с Великобританией ничего не связывает после того, как в 2010-м лондонский суд закрыл разбирательство с ЮКОСом и снял арест с британских активов «Роснефти». Поэтому, конечно же, главной целью добычу секретных сведений от русских назвать нельзя.

Пожалуй, основная цель этого закона – скорее сделать вид, что в Британии активно борются с нелегальными доходами. На самом же деле усердствовать с поимкой нарушителей на практике никто не будет – это и обрушит рынок недвижимости, и снизит инвестиционную привлекательность страны. Так что репутация репутацией, но свой жирный кусок во благо этических идеалов англичане, конечно же, не отдадут.