«Югру» взяли с физличным

Проблемы банка «Югра», стремительно «раздувавшего» баланс и вызывавшего подозрения регулятора и экспертов уже более года, наконец признаны официально. В нем введена временная администрация, и если ЦБ откажется от санации, то рынок ждет беспрецедентный отзыв лицензии у банка с более чем 180 млрд руб. вкладов. Мнения о причинах столь медленной реакции Банка России расходятся. По одной версии, «Югре» помог административный ресурс ее основного акционера Алексея Хотина, по другой — масштабы проблемы требовали осторожности. В любом случае, к июлю, когда и дальше не реагировать на ситуацию стало невозможно, основной объем средств юрлиц уже был из банка выведен.

Вчера ЦБ сообщил о введении в «Югре» временной администрации на шесть месяцев и моратория на удовлетворение требований кредиторов на три месяца. Это страховой случай для вкладчиков, через две недели они смогут обратиться в Агентство по страхованию вкладов (АСВ) для получения выплат (до 1,4 млн руб. на каждого), если ЦБ не определится с судьбой банка раньше.

Вариантов, по сути, два — отзыв лицензии или санация. В пользу последней говорит объем вкладов — порядка 180 млрд руб., до сих пор страховых выплат из фонда АСВ в таком объеме не бывало. Однако, судя по комментариям ЦБ, и размер «дыры» (то есть отрицательного капитала банка) будет существенным, а это может перевесить значимость фактора вкладов.

По словам главы департамента надзора ЦБ Анны Орленко, в течение последних 12 месяцев ЦБ выставил «Югре» десять предписаний о доформировании резервов «на десятки миллиардов рублей», которые банк исполнил формально — за счет расформирования других резервов. Согласно отчету «Югры» за 2016 год, кредиты на 77 млрд руб. (28% портфеля) признаны «проблемными» и «безнадежными» (см. “Ъ” от 3 апреля). Более того, у ЦБ есть основания сомневаться в достоверности предоставляемой банком отчетности, уточнил вчера зампред ЦБ Василий Поздышев,— то есть размер таких кредитов в реальности может быть больше.

Проблемы с качеством активов — не единственная причина беспокойства регулятора; по словам господина Поздышева, с июля 2016 года шла работа с бенефициаром банка (контролирующий акционер — Radamant Financial AG с 52,4%, бенефициаром выступает Алексей Хотин) относительно способов докапитализации банка. Но и докапитализация (с начала 2016 года в целом более 50 млрд руб.) оказалась формальной, признают в ЦБ, она проводилась за счет кредитов самого банка.

В самой «Югре» считают иначе. «Мы не ожидали такого сценария, в течение нескольких месяцев тесно работали с представителями ЦБ и проводили ряд мер согласно их рекомендациям, включая пополнение резервов за счет средств акционера»,— заверил президент «Югры» Алексей Нефедов.

Однако выяснилось, что параллельно с попытками игнорировать требования регулятора по капитализации и резервам банк пытался обходить и ограничение по приему вкладов. Как пояснили в ЦБ, оно действовало для «Югры» еще с апреля 2016 года. В итоге регулятор обнаружил схему — привлечение вкладов (1,88 млрд руб.) с выдачей акций вкладчику (такой прием ранее использовал Мособлбанк): вкладчик становился акционером, на которого ограничение ЦБ не распространялось. Всего же банк, имеющий ограничение на привлечение вкладов, увеличил их объем с апреля 2016-го по июль 2017 года на 16,5 млрд руб. Эта сумма может быть и больше, если банк недобросовестно учитывал вклады (подозрения ЦБ пока не подтвердились).

А вот со средствами юрлиц у «Югры» ситуация обратная. Хотя они и не играли столь важной роли в пассивах банка (на вклады приходится 75%), в последний месяц банк активно возвращал деньги компаниям.

В результате, по словам Анны Орленко, объем депозитов юрлиц за июнь сократился с 47 млрд до 2,2 млрд руб. В основном эти средства были связаны с бенефициарами банка, уточнила она. Из независимых клиентов вчера с заявлением выступил лишь НПК «Уралвагонзавод» (УВЗ). Как сообщил его гендиректор Александр Потапов, УВЗ не ждет финансовых проблем из-за ситуации с «Югрой», где у него открыта кредитная линия (около 5 млрд руб.) и зарплатный проект. По словам топ-менеджера, основными партнерами в рамках зарплатных проектов УВЗ выступают Сбербанк и ВТБ. Среди крупных клиентов «Югры» упоминались «Славнефть-Мегионнефтегаз», «Мегионжилстрой», «Электрон», ПАО «Ростелеком», «Русмед», «Росинкас», Ростовский оптико-механический завод, «Росатом», «Роснефть», Федеральная пассажирская компания, Лыткаринский завод оптического стекла и др. (по данным ТАСС). Однако они, по словам источников “Ъ”, не размещали в «Югре» собственные средства в заметном объеме. В отчетности по международным стандартам ни за 2016 год, ни за первый квартал 2017 года крупнейшие клиенты банка не раскрываются. Ни одна другая компания не сделала публичных заявлений в связи с введением в «Югру» временной администрации ЦБ.

Если исходить из вчерашних заявлений ЦБ, проблемы в банке «Югра» начались как минимум год назад. Однако эксперты указывали на признаки неустойчивости банка намного раньше. В частности, банк активно наращивал корпоративное кредитование за счет привлечения вкладов физлиц (их объем за четыре года вырос с 9,7 млрд до 180 млрд руб.). «Решение так долго откладывалось, видимо, потому, что административный ресурс акционера позволял ему убеждать регулятора, что финансовые трудности временные,— считает аналитик ИК “Алор Брокер” Кирилл Яковенко.— Тем временем банк вырос, и решение о применении крайних мер пришлось принимать, уже учитывая объем обязательств “Югры” перед населением». Эксперты не исключают, что затягивание может быть связано с тем, что регулятор дожидался запуска нового механизма через фонд консолидации, поскольку актив был слишком большой для традиционных санаций.

Однако игнорировать ситуацию дальше было невозможно, указывают эксперты. «Покрытие ликвидными активами привлеченных средств снизилось с 10% на 1 января 2017 года (это уже очень низкий показатель, обычно он составляет не менее 18%) до 5% в апреле-мае 2017 года,— указывает руководитель отдела валидации “Эксперт РА” Станислав Волков.— Также возможно, что внеплановая проверка после сбоев в работе “Югры” вскрыла новые проблемы, например, по обходу ограничений на привлечение вкладов, и это уже переполнило чашу терпения регулятора».

В оценках дальнейшей судьбы банка эксперты расходятся; далеко не все считают, что «Югру» надо спасать из-за огромного объема вкладов. Кирилл Яковенко считает, что отзыв лицензии «сэкономил бы время и деньги налогоплательщиков».

Чем, кроме банка, владеет Алексей Хотин

Гораздо более серьезно, чем в банковском секторе, семья Хотиных представлена на рынке недвижимости: в 2017 году Forbes оценивал общую площадь объектов, контролируемых Алексеем Хотиным и его отцом, почти в 2 млн кв. м.

Самой значительной их сделкой стала покупка в 2015 году у Сулеймана Керимова отеля Four Seasons Moscow напротив здания Госдумы (бывшая гостиница «Москва») и расположенной в том же здании торговой галереи, по экспертным оценкам, почти за $500 млн. Опрошенные “Ъ” консультанты утверждают, что площади в отеле до сих пор принадлежат структурам семьи Хотиных, в отличие от торгового центра «Горбушкин двор» на западе Москвы.

Долгое время на рынке считали, что в 2011 году господа Хотины выкупили этот объект у Александра Милявского. Сумма сделки оценивалась в $400–500 млн, правда, тогда в нее вошел и расположенный по соседству торговый центр «Филион». Но месяц назад отраслевой сайт Energy Insider сообщил, что «Горбушкин двор» продан основному владельцу «Фармстандарта» Виктору Харитонину, причем продавцом выступил друг семьи Хотиных — гендиректор «Русь Ойл» Сергей Подлисецкий. Ряд консультантов, работавших в том числе с «Филионом», утверждают, что весь комплекс, включая «Горбушкин двор», контролировался доверенными лицами Юрия и Алексея Хотиных. «Вся эта рокировка (продажа актива Виктору Харитонину через друга семьи.— “Ъ”) — не что иное как попытка оформить сделку без возможных претензий временной администрации в случае банкротства банка “Югра”»,— утверждает один из собеседников “Ъ”.

Есть у семьи Хотиных и нефтяные активы. В 2010-х годах Алексей Хотин активно интересовался небольшими нефтекомпаниями. В основном это были либо проблемные активы в залогах у банков, либо непрофильные для владельцев, либо уже достаточно зрелые месторождения. Так, в 2012 году Сбербанк продал бизнесмену за $27 млн Дулисьминское месторождение, которое сам получил за долги. В 2014 году «Синтез» Леонида Лебедева продал инвесторам, близким к господину Хотину, свой последний нефтяной актив — небольшую «Негуснефть», разрабатывающую Варынгское месторождение. Сумма сделки, по данным “Ъ”, составляла $240 млн. Также в конце 2015 года бизнесмен полностью выкупил у СП «Роснефти» и ConocoPhillips «Полярное сияние».

В итоге профильные активы господин Хотин консолидировал на базе «Русь Ойла». Добыча последнего в 2016 году выросла на 90%, до 4,2 млн тонн, инвестиции составили $300 млн. Андрей Полищук из Райффайзенбанка оценивает «Русь Ойл» (исходя из запасов в 147 млн тонн на октябрь 2016 года и добычи) в $2 млрд без учета долга (не раскрывается), отмечая, что «разброс может быть существенным в зависимости от качества активов». Также Алексей Хотин выступает основным акционером (30%) британской нефтекомпании Exillon (капитализация на Лондонской бирже — £204 млн) с активами в Западной Сибири и Тимано-Печоре.