Вместо ИВЛ Минобороны подсунули маски для сна

“Ъ” стали известны подробности резонансного уголовного дела о закупках Министерством обороны в разгар пандемии медоборудования для борьбы с коронавирусной инфекцией. Одним из фигурантов этой истории оказался известный дизайнер и модельер одежды Ферутдин Закиров. Именно к услугам двух его фирм в авральном порядке прибегли военные, когда в условиях пандемии возникли проблемы с покупкой аппаратов искусственной вентиляции легких (ИВЛ) не только из стран Евросоюза и США, но и из Китая. Однако потом выяснилось, что почти на 400 млн руб. вместо ИВЛ Минобороны закупило аппараты для улучшения качества сна, да еще и по завышенной цене. В итоге господина Закирова и замдиректора ФГУП «Главное военное строительное управление №4» Ларису Леонтьеву, помогавшую в поиске поставщиков, обвинили в мошенничестве, а обоснованность претензий к фигурантам оценит Басманный райсуд Москвы.

Весной 2020 года министр обороны Сергей Шойгу в связи распространением новой коронавирусной инфекции поручил ФГАУ «Управление имуществом спецпроектов» (УИСП) закупить медоборудование и средства индивидуальной защиты для нужд Главного военно-медицинского управления (ГВМУ) Минобороны. Поставить оборудование планировалось в 16 строившихся из быстровозводимых конструкций многофункциональных медцентров. Помимо прочего, их предполагалось оснастить и аппаратами ИВЛ.

Оказать содействие начальнику УИСП Андрею Тулупову в оперативном поиске поставщиков медоборудования и заключении с ними договоров, по материалам расследования, поручили первому заместителю директора ФГУП «Главное военное строительное управление №4» Ларисе Леонтьевой.

Столкнувшись из-за пандемии с трудностями поставок из Европы и США, в военном ведомстве решили попытаться договориться с производителями из Китая. Как следует из материалов дела, на одном из селекторных совещаний представители ГВМУ упомянули портативные аппараты искусственной вентиляции легких Yuwell YH-730, которые ранее Минобороны получило из Китая в качестве гуманитарной помощи.

Когда госпожа Леонтьева начала мониторить рынок, то выяснилось, что в условиях ажиотажного спроса на аппараты ИВЛ поставки в сжатые сроки ни одна из пошедших на сотрудничество медицинских компаний не гарантировала. При этом ФГАУ УИСП якобы пыталось закупить те же Yuwell YH-730 напрямую у китайского производителя, но тот отказался получать оплату со счетов, открытых в российских банках. В итоге замначальника ФГУП через общих знакомых вышла на известного дизайнера и модельера одежды Ферутдина Закирова, который, используя свои связи, пообещал найти поставщиков необходимого медоборудования.

Помимо прочих, в присланном господином Закировым перечне медицинских товаров был и Yuwell YH-730. В общей сложности весной 2020 года военное ведомство получило 350 таких аппаратов, заплатив за них почти 400 млн руб.

Однако, как выяснилось, вместо аппаратов ИВЛ заказчик получил приборы для улучшения качества сна пациентов, страдающих синдромом сонного апноэ (нарушение дыхания во время сна), да еще и по завышенной цене. По материалам департамента военной контрразведки ФСБ в сентябре 2020 года Главное военное следственное управление СКР возбудило уголовное дело.

Ларису Леонтьеву и Ферутдина Закирова обвинили в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ), а Хамовнический райсуд столицы отправил их в СИЗО. По версии следствия, вступив в преступный сговор и поставив Минобороны ненужный товар, фигуранты похитили все выделенные на его закупку из бюджета деньги.

Госпожа Леонтьева в своих показаниях утверждает, что всю получаемую от Ферутдина Закирова информацию по аппаратам ИВЛ пересылала начальнику ГВМУ Минобороны Дмитрию Тришкину и главному анестезиологу-реаниматологу Минобороны Алексею Щеголеву. Следствие же пришло к выводу, что с первым госпожа Леонтьева вообще ничего не согласовывала. А вот господин Щеголев дал замначальника ФГУПа довольно подробный ответ. Из него следовало, что Yuwell YH-730 не имеют технической возможности выбора различных режимов искусственной и вспомогательной вентиляции легких, не дают пациенту дыхательную смесь с повышенным содержанием кислорода, в аппарате не предусмотрена возможность осуществления респираторного мониторинга, а также отсутствуют системы тревог, поэтому для лечения пациентов с поражением легких «в отделениях реанимации и интенсивной терапии» они использоваться не могут.

После переписки с Алексеем Щеголевым госпожа Леонтьева, по материалам расследования, попросила Ферутдина Закирова приостановить отгрузку товара, отправив ему через мессенджер WhatsApp следующее сообщение: «Это не ИВЛ, это маска для сна! Это не мед оборудование..., китайцы нас обманули! Этот аппарат для домашнего использования, на сайтах китайских стоят 500–700$. Мы такой закупить не можем. И дело даже не в цене, а в его невозможности применения в медицинских целях. У меня вот такое заключение! И я не могу его ослушаться».

Однако чуть позже госпожа Леонтьева сообщила партнеру: «Разобрались с нашими реаниматологами. Подтвердили возможность использования не инвазивных моделей». В результате за ИВЛ в Китай был отправлен самолет военно-транспортной авиации.

В чем могла выражаться корыстная заинтересованность госпожи Леонтьевой в этой сделке, из материалов дела не очень понятно. Во всяком случае о том, что ей могли передаваться какие-то деньги, в расследовании не упоминается. Зато «личная заинтересованность» следствием обозначена достаточно четко. Реализуя этот контракт, Лариса Леонтьева, по версии СКР, «решила зарекомендовать себя перед руководством Минобороны как профессионального работника, имеющего навыки и способного выполнить любые задачи в сложных условиях».

Модельер и дизайнер одежды, как полагают правоохранители, помимо того, что завладел деньгами УИСП, на волне пандемии также рассчитывал «зарекомендовать себя как надежного поставщика медицинского имущества и продолжить дальнейшее сотрудничество с организациями и учреждениями Минобороны».

При этом еще один фигурант этого дела — бывший начальник УИСП Андрей Тулупов, которого госпожа Леонтьева, по версии следствия, вводила в заблуждение, был обвинен в злоупотреблении должностными полномочиями (ч. 1 ст. 285 УК РФ). Однако в связи с признанием вины, причем еще и в получении взяток (ч. 6 ст. 290 УК РФ) по другим эпизодам закупок военным ведомством медсредств для борьбы с коронавирусной инфекцией, его дело было выделено в отдельное производство. Как уже рассказывал “Ъ”, в январе нынешнего года Басманный райсуд Москвы в особом порядке приговорил Андрея Тулупова к восьми годам колонии строгого режима.

Между тем ни Лариса Леонтьева, ни Ферутдин Закиров, чье дело вскоре начнет рассматривать Басманный райсуд, своей вины в инкриминированном преступлении не признают.

Защита последнего вообще полагает, что господин Закиров добросовестно исполнил все свои обязательства перед заказчиком.

«Более того, при предъявлении претензии со стороны УИСП сразу сказал, что постарается осуществить замену аппаратов, которые якобы не подходят для нужд покупателя. А его диалог с Ларисой Леонтьевой по этому поводу опровергает довод следствия о предварительном сговоре между ними»,— заявил “Ъ” адвокат господина Закирова Михаил Багмет. Не согласна защита и с выводами следствия о якобы завышенной стоимости поставленных аппаратов, а соответственно, и с размером ущерба по делу. «Следствие считает похищенными почти все 400 млн руб., как будто военным ничего не поставили. Рыночную же стоимость одного аппарата следствие определило в $450. Но даже в выводах товароведческой экспертизы говорится, что в апреле 2020 года цена одного Yuwell YН-730 могла составлять $7500. А в инвойсах продавца и в самих контрактах купли-продажи цена вообще указана $9200»,— отметил защитник.