На совещание пришли и совладельцы крупнейших угольных предприятий – Игорь Зюзин («Мечел»), Алексей Мордашов («Северсталь») и Владимир Рашевский (СУЭК), рассказали присутствовавшие на мероприятии. Обсуждались меры, которые помогут в будущем предотвратить человеческие жертвы. Зюзин предложил самый радикальный вариант – государство должно разработать программу по стимулированию перехода на открытый способ ведения горных работ, рассказали собеседники «Ведомостей». Он считает, что закрыть нужно угольные шахты с опасным содержанием метана и угольной пыли. Зюзин считает, что проблем с обеспечением сталелитейных предприятий коксующимся углем (именно он в подавляющем большинстве и добывается подземным способом) не возникнет. Он указал, что Эльгинское угольное месторождение «Мечела» с запасами в 2,2 млрд т угля в ближайшем будущем способно полностью заместить воркутинские угли.
В России сейчас действует 70 угольных шахт, говорится в представленной на совещании презентации замминистра энергетики Анатолия Яновского (есть у «Ведомостей»). Из них опасности не представляют только восемь. Зато более половины – 38 – сверхопасные. На них добывается 18 млн т угля в год. Критически опасны 12 шахт. Здесь добывается чуть более 9 млн т угля в год. Четыре из 12 шахт принадлежат «Северстали». Все они расположены в Воркуте. Помимо них в Воркуте у компании имеется еще одна шахта и угольный разрез.
Затраты на закрытие 12 шахт составят 34,11 млрд руб., подсчитало Минэнерго. Количество занятых на них сотрудников в презентации Яновского не указано.
Если будет принято соответствующее решение, компаниям придется закрывать шахты за свой счет. Государство закроет предприятия за бюджетные деньги, только если ему принадлежит пакет акций в шахтах, отметил представитель Минэнерго. Комментировать, насколько вероятен такой исход, он отказался. Из 34,11 млрд руб. государству придется потратить лишь 1,35 млрд руб., так как ему принадлежат шахта «Баренцбург» на острове Шпицберген, а также «Красногорская» в Прокопьевске. Evraz в случае закрытия должен будет, по подсчетам Минэнерго, потратить 5,34 млрд руб., «Северсталь» – 17,43 млрд руб., «Мечел» – 2,99 млрд руб. Представители этих компаний не стали комментировать, готовы ли они пойти на закрытие шахт.
«На совещании обсуждались различные предложения и идеи», – отметил представитель вице-премьера Аркадия Дворковича. Все варианты требуют тщательной проработки, в том числе и предложение Зюзина, отметил представитель.
Многие присутствовавшие на совещании восприняли идею Зюзина как шутку, говорят несколько собеседников «Ведомостей». В Воркуте добываются уникальные марки углей, их нельзя заменить углями с Эльгинского угольного месторождения. Реальных предложений, как справиться с проблемой безопасности на шахтах, помимо мониторинга газовыделения, не прозвучало, говорит один из участников совещания. Но внезапные выбросы метана спрогнозировать невозможно, констатирует он.
Полностью уйти от добычи коксующегося угля в шахтах невозможно: премиальные марки не только в России, но и по всему миру находятся только на глубине, где они образовались под воздействием огромных давления и температуры. На поверхности встретить их практически невозможно, говорит еще один участник совещания.
«Речи о закрытии производств в ближайшие годы не идет», – говорит источник, близкий к «Северстали». К тому же весь производственный процесс на Череповецком металлургическом комбинате (принадлежит «Северстали») заточен как раз под воркутинские угли. На совещании обсуждали в том числе повышение уровня безопасности российской угольной отрасли в долгосрочной перспективе, отмечает он. О судьбе опасных шахт высказывались различные варианты: очевидно, что нужно развивать системы технической безопасности или в очень отдаленной перспективе ликвидировать производство на них, говорит собеседник «Ведомостей».
Собеседник, близкий еще к одной металлургической компании, сомневается, что государство сможет обеспечить работой бывших горняков в моногородах.
Представитель Минпромторга не ответил на вопросы «Ведомостей».
