ВЭБ 2.0

23 июня на заседании наблюдательного совета Внешэкономбанка будет рассмотрена стратегия его развития. Но уже сейчас понятны основные направления эволюции госкорпорации. Самые ликвидные активы будут проданы, а сам институт развития, скорее всего, трансформируется в управляющую фондами частных инвестиций компанию. Средства в эти фонды в обозримом будущем будут поступать из государственных источников. Помимо российского бюджета в этой программе смогут принять участие страны Востока - Ближнего и Дальнего.

В конце 2015 года Внешэкономбанк оказался на грани дефолта. От полной потери платежеспособности его спасла бюджетная поддержка, которую оказал Минфин. Этот же источник поддерживает на плаву госкорпорацию сейчас. Не далее как в конце февраля 2016 года Сергей Горьков, председатель ВЭБа, признавал, что банк испытывал проблемы с ликвидностью, получая основные ресурсы от министерства финансов.

Слово «банк» в названии Внешэконбанка - не более чем дань истории. По своей сути это учреждение никогда не было нормальным банком, представляя государственные интересы и являясь их заложником. Так было в советское время, когда после коротких рыночных экспериментов в начале 1920-х годов Внешторбанк СССР (так это учреждение называлось до 1988 года) выполнял функции финансового агента советской внешнеторговой монополии. До пор пока не оказался де-факто банкротом в начале 1990-х. Проблема урегулирования внешних долгов СССР продлила жизнь ВЭБу. Других причин сохранять советское наследство не было. ВЭБ предполагалось превратить в специализированное долговое агентство, которое могло бы продолжать функции советского Внешторгбанка в новых условиях. Но вместо этого ВЭБ встал на путь очень странной трансформации.

Банковская авантюра

Сначала в 2007 году специальным законом «О банке развития» ВЭБ получил статус госкорпорации. А затем в результате целой серии событий неожиданно превратился в банковскую холдинговую корпорацию. На балансе ВЭБа оказались Связь-банк, банк «Глобэкс», а также кредит 212 млрд рублей, выделенный ЦБ РФ в 2008-2009 годах на санацию этих банков, пострадавших в результате кризиса. В собственности ВЭБа оказался и Проминвестбанк - также обычный коммерческий банк, ставший жертвой финансового кризиса. ВЭБ превратил Проминвест в настоящую денежную трубу, через которую прокачал на Украину огромные суммы. По данным агентства Bloomberg, новая управленческая команда до сих пор пытается отследить $8 млрд, которые ВЭБ тайно вкладывал в металлургические активы в Украине, начиная с 2009 года.

Изначально целью масштабной кредитной программы было получение контроля за украинской индустрией. Проминвестбанк (как и другие и подразделения российских банков) специализировался на кредитовании промышленных предприятий. По сути это было финансирование - гарантированное обеспечение оборотными средствами тех компаний, которые так или иначе связаны с Россией - либо через структуру собственности, либо через поставки продукции на российский рынок. Поглощение украинского бизнеса российским традиционно рассматривалось на Украине как непременное условие присутствия здесь российских госбанков. Политический характер этой стратегии имел неотвратимые последствия. В разгар кризиса владельцы предприятий в лучшем случае отказывались платить российским банкам, а в худшем - просто выводили с предприятий наиболее интересные активы, оставляя в залоге пустые корпоративные оболочки.

Сейчас для ВЭБа стоит задача «выскочить» из банковских активов буквально любой ценой. Тем не менее новое руководство не намерено прощаться со статусом «банк развития», категорически отказываясь обсуждать возможность получения банковской лицензии, обосновывая это решение тем, что нигде в мире «такой статус не имеет банковской лицензии».

На практике этот отказ может означать выведение ВЭБа за рамки формального регулирования, оставляя его бизнес на попечение узкому кругу посвященных.

Разгрузка баланса

Если ликвидация банковского холдинга - это желанная цель нового менеджмента, то продажа акций «Газпрома» - мера вынужденная. Сейчас ВЭБу принадлежит 3,6% акций «Газпрома». По данным газеты «Коммерсант», они отойдут структурам самой газовой монополии. «Газпром» получит от ВЭБа 0,892% в виде обыкновенных акций, и еще 2,7% в виде ADR. За это банк получит 132 миллиарда рублей. Но деньги в этой ситуации уже теряют значение – с учетом имеющихся на балансе одной из структур «Газпрома» концерн соберет под свой «зонтик» 6,53%. Это политическое по своему значению событие, решение о котором уже принято, хотя условия продажи еще определяются. Также известно, что такая продажа будет сделана вне рынка.

Олимпийский выход

Еще один важный в политическом измерении шаг ВЭБа - продажа олимпийских объектов. Они составляют сейчас около десятой части всего кредитного портфеля, в какой-то момент превратившись в настоящий неликвид. Но сейчас появился шанс найти инвестора. По крайней мере это обещает сам Сергей Горьков, хотя и оговаривает, что «у каждого актива, скорее всего, будет своя особая ситуация».

Особую ситуацию обещает устроить Горьков и самому ВЭБу. Новый руководитель собирается «вывести банк из фундаментального кризиса», разрешив за несколько месяцев проблемы, которые накапливались более 80 лет. Но за призывами установить новые принципы корпоративной культуры и системы управления стоит куда более важная стратегическая задача - найти новые источники кредитования, переведя Внешэкономбанк с западной рыночной модели финансирования на восточную.

ВЭБ уже заключил соглашение с группой Исламского банка развития, представляющим 57 государств. Сергей Горьков ожидает прокачать в ближайшей перспективе через банк $3-5 млрд, полученных от исламских банкиров. Ради этого он готов внедрять нормы исламского банкинга в свою практику. И, судя по всему, призывать к этому же своих клиентов и партнеров.