В студентов МФТИ не лезет ничего китайского

Студенческий совет Московского физико-технического института объявил сбор подписей под петицией к руководству вуза с протестом «против политики принудительного изучения китайского языка». Накануне стало известно, что с сентября 2023 года студенты МФТИ будут изучать английский и китайский языки, а немецкий, французский и испанский исключат из учебной программы. В руководстве вуза реформу объясняют тем, что 27% научной литературы по тематике физтеха выходит на китайском языке. В Минобрнауки РФ решение МФТИ назвали «смелым шагом на пути к укреплению сотрудничества между Россией и Китаем». Продвигать китайский язык в российских школах и вузах пытаются с 2014 года, говорит эксперт, но его сложно изучать: уход в этот язык студентов МФТИ скорее ограничит, чем откроет новые возможности для российской науки.

Петицию в адрес ректора Дмитрия Ливанова «против изменений в преподавании иностранных языков в МФТИ», в частности «политики принудительного изучения китайского языка», опубликовал на странице «ВКонтакте» Молодежный комитет института (МКИ; существует с 2007 года).

Появление самой возможности изучать китайский язык инициаторы петиции назвали «отличным нововведением», но выступили «категорически против» лишения студентов права выбора между изучением других языков — в частности, испанского и немецкого.

Глава МКИ Илья Захаров недоумевает, зачем нужен «авральный подход в организации таких грандиозных изменений», призывая обеспечить «качество в преподавании иностранных языков» и обсудить нововведения со студентами и преподавателями. Текст петиции, по словам господина Захарова, согласован шестью школами МФТИ, в том числе физтех-школой бизнеса высоких технологий (ФБВТ) и физтех-школой прикладной математики и информатики (ФПМИ).

О нововведениях стало известно накануне. Telegram-канал «Осторожно, Москва» опубликовал текст письма главы департамента иностранных языков МФТИ Елены Базановой одному из проректоров вуза, в котором речь шла о том, что с осени 2023 года «основными языками» для студентов вуза станут английский и китайский. Госпожа Базанова дала понять, что студенты, начавшие учить испанский язык в 2022–2023 учебном году, смогут это делать и дальше, но другие иностранные языки в МФТИ более преподаваться не будут.

В пресс-службе МФТИ сообщили, что вуз «самым тщательным образом следит за качеством преподавания», «опираясь на самый передовой уровень науки и технологий».

Изучение студентами китайского языка как второго обязательного в ответ на запрос “Ъ” в вузе связали с тем, что до 27% научных статей «в профильных для МФТИ областях» написано по-китайски.

«По прогнозу исследователей, к 2030 году до половины всей технической и инженерной документации будет опубликовано на языке нашего восточного соседа»,— добавили в МФТИ, пообещав задействовать для новой программы двенадцать преподавателей, в том числе восемь носителей китайского языка.

В Минобрнауки РФ “Ъ” дали понять, что МФТИ самостоятельно принял решение (выбрать китайский язык вторым обязательным), обещая «уникальную программу по изучению технического языка для будущих ученых и инженеров», аналогов которой в России нет. «Действия МФТИ находятся в правовом поле»,— заверили в министерстве, назвав решения руководства вуза «смелым шагом на пути к укреплению международного сотрудничества между Россией и Китаем» и возможностью «серьезно усилить научно-технологическое развитие двух научных держав». «Но в первую очередь решение принято в интересах студентов»,— заверили в Минобрнауки, подчеркнув, что жалоб на новую учебную программу от них не поступало.

Основатель центра социального проектирования «Платформа» Алексей Фирсов вспоминает, что попытки активизировать изучение китайского языка в России предпринимаются как минимум с 2014 года, но моды на него не возникло «из-за сложности изучения, дефицита преподавателей и отсутствия явной практической мотивации».

При этом господин Фирсов говорит, что китайцы-ученые сами активно изучают европейские языки, в частности английский. «Когда Китай не отказывается от научной глобализации, а мы стремимся отказаться, это выглядит странно. К тому же наука в целом живет глобальной повесткой. Уход в китайский язык скорее ограничит, чем откроет новые научные возможности»,— рассуждает он.

«Психологический барьер для изучения китайского языка в стране велик, преподавательских кадров мало, а в условиях развития технологий машинного перевода необходимость усилий по изучению языка не будет очевидной большинству студентов»,— полагает политолог Михаил Виноградов. Исключением он считает граждан, ориентированных «на очную коммуникацию с китайской стороной»: «Ведение бизнеса в Китае без знания языка, действительно, малопродуктивно». «Возможности интегрироваться в китайскую науку у российских студентов минимальны — тогда как в западноевропейскую шансы будут оставаться выше при всех геополитических разломах»,— считает Алексей Фирсов, подчеркивая, что российские граждане «все равно остаются европейцами по структуре мышления и ценностной платформе».