В деле «Роснано» наступило освобождение

Вчера вечером СИЗО «Матросская Тишина» покинул управляющий директор «Роснано» по инвестиционной деятельности Андрей Горьков, обвиняемый Следственным комитетом России (СКР) в хищении около 200 млн руб. Месяц назад он был арестован накануне своего освобождения по другому уголовному делу — о злоупотреблении полномочиями. Сам господин Горьков причастность к махинациям отрицает, а его адвокаты настаивают, что второе обвинение является частью первого расследования, по которому заново заключать под стражу было нельзя. Мосгорсуд согласился с этими доводами, вернув Андрея Горькова домой.

Как сообщил “Ъ” адвокат господина Горькова Сергей Дрозда, в среду в Мосгорсуде рассматривалась апелляционная жалоба защиты на решение Басманного райсуда, который 8 июня удовлетворил ходатайство следователя ГСУ СКР об аресте топ-менеджера «Роснано» на два месяца. Судья посчитала, что новое обвинение в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) никак не связано с его предыдущим уголовным делом о злоупотреблении полномочиями, повлекшем тяжкие последствия (ч. 2 ст. 201 УК РФ). Между тем сторона защиты настаивала, что материалы о мошенничестве на 200 млн руб. были взяты из старого уголовного дела о причинении ущерба «Роснано» на 700 млн руб. Адвокаты пытались убедить суд, что если новое уголовное дело выделено из предыдущего, то заключать под стражу господина Горькова незаконно. Одним из основных аргументов являлось то обстоятельство, что топ-менеджер «Роснано» к 8 июня уже провел по первому обвинению в СИЗО 12 месяцев, что является предельным сроком содержания под стражей. Появление нового дела они объясняли нежеланием выпускать Андрея Горькова из-под стражи — следователи, очевидно, надеялись получить у него признательные показания на высшее руководство «Роснано». Против ареста выступали и представители прокуратуры, заявлявшие, что новое обвинение является лишь одним из эпизодов старого расследования.

«Поскольку наши доводы не были приняты во внимание Басманным судом, решение как незаконное и необоснованное было обжаловано в Мосгорсуде»,— сообщил Сергей Дрозда. По его словам, защиту в Мосгорсуде фактически поддержал прокурор, а представители следствия вообще не присутствовали на заседании. «Слушание длилось час-полтора, и законность восторжествовала»,— отметил адвокат. Мосгорсуд отменил решение Басманного райсуда, после чего адвокаты отправились в СИЗО «Матросская Тишина», где несколько часов ожидали освобождения своего клиента.

Заминка возникла из-за того, что сотрудники ФСИН должны были получить заверенные документы апелляционной инстанции. Около 18 часов заключенного наконец освободили.

Адвокат Александр Аснис, представляющий интересы «Роснано», заявил “Ъ”, что в компании «удовлетворены» решением апелляционной инстанции. Отметим, что по обоим уголовным делам в отношении господина Горькова следствие признало «Роснано» потерпевшей стороной, само же АО таковой себя не считает.

Источники, близкие к следствию, полагают, что вскоре освобожденного Горькова вызовут к следователю, который возьмет с него подписку о невыезде и надлежащем поведении, которая на фоне сложившейся вокруг дела ситуации является единственной возможной мерой пресечения.

Напомним, что изначально господин Горьков обвинялся в размещении в 2011–2013 годах, «вопреки установленному порядку и интересам» АО «Роснано» и его единственного акционера — государства, денежных средств общества в банке «Смоленский» под видом расчетно-кассового обслуживания, а «фактически в целях финансирования деятельности банка». Когда у банка в декабре 2014 года была отозвана лицензия, «Роснано», как заявляли в СКР, лишилось более 738 млн руб. Новое обвинение было связано с инвестированием «Роснано» в 2010–2011 годах 198,5 млн руб. в ООО «ЭСТО-Вакуум», которое должно было наладить выпуск автоматизированных вакуумных установок для ионно-плазменного нанесения и травления микро- и наноструктур. Проект был свернут, а «Роснано» через суды пытается вернуть инвестиции. Сам господин Горьков, настаивая на своей невиновности, отмечал, что все решения в «Роснано» принимались коллегиально, проверялись различными структурами и вопросов к контрактам не возникало.