Упущенная выгода — главное наказание

В рамках Федеральной контрактной системы (ФКС) правительство, наконец, решилось установить запрет на участие в госзакупках родственников или деловых партнеров организаторов конкурсов и аукционов. Вместе с тем вся ответственность за выявление аффилированных лиц возлагается на конкурсные комиссии — Минэкономики этим де-факто признает, что организатором коррупции в госзакупках, как правило, являются скорее чиновники, чем их контрагенты. Члены комиссий, впрочем, будут рисковать не более чем штрафом до 50 тыс. руб. или как максимум дисквалификацией на три года.

В ходе подготовки пакета законопроектов, призванных сделать работоспособной ФКС с января 2014 года, Минэкономики опубликовало для обсуждения проект поправок к закону о ФКС, изменяющих ряд положений о том, как аффилированные со структурой-заказчиком компании могут участвовать в госзакупках. Напомним, "аффилированные" госзакупки являются, по мнению большинства внешних экспертов, сейчас важнейшим каналом вывода средств из бюджета в частный бизнес — проект Минэкономики, несмотря на свой "технический" характер, меняет подходы к выявлению коррупции при работе ФКС. 

Как контрактной системе покупают скелет

Правительство начало создание системы нормативных актов, формирующих скелет Федеральной контрактной системы (ФКС). Тестового периода в создании ФКС, видимо, практически не будет — проекты постановлений правительства о нормировании госзакупок и о контрактах жизненного цикла предполагают старт перестройки системы госзакупок и долгосрочного ограничения госрасходов нормативами уже с 2014 года.

В действующей версии закона о ФКС, как ни парадоксально, прямого запрета на заключение родственником или деловым партнером руководителя структуры-госзаказчика, его контрактной службы или члена комиссии по госзакупке не содержится — это лишь может служить основанием для расторжения контракта по госзакупке через суд. В пунктах 19-21 статьи 34 закона о ФКС приведен довольно странный алгоритм работы в этой ситуации: правительство вправе установить для госзакупок выше определенного размера требование предоставить информацию о руководстве, владельцах или выгодоприобретателе такой сделки. 
Если же компания отказывается предоставлять эти сведения — контракт все равно заключается, но информация об отказе официально публикуется, а с компании взыскивается пеня в размере деленной на триста ставки рефинансирования ЦБ, умноженной на сумму контракта, в сутки (то есть полную сумму контракта "неразговорчивая" компания выплатит в виде пени в течение 15-20 лет). 

Как дорогие госзакупки поставят на особый контроль

Госзакупки стоимостью более 1 млрд руб. будут выноситься на общественное обсуждение. Проработать этот вопрос, по сведениям "Ъ", премьер Дмитрий Медведев в сентябре поручил министру по вопросам «Открытого правительства» Михаилу Абызову.

Проект Минэкономики меняет схему внешне незначительно — но юридически значимо. Проект делает запрет участвовать в конкурсах или аукционах аффилированным с представителями госзаказчика однозначным требованием к любому участнику госзакупки в рамках ФКС. Запрет, который ранее мог быть (а мог и не быть — на усмотрение суда) основанием для расторжения контракта, как предполагает Минэкономики, будет распространяться на них и как на владельцев компаний-контрактеров в случае, если аффилированным с закупщиком лицам принадлежит более 10% акций в ней. Но при этом из текста закона будет убран пункт об обязательном предоставлении сведений о владельцах и руководителях компании для участия в торгах — они заменяются простой декларацией участника об отсутствии конфликта интересов. Мало того, в действующей редакции закона о ФКС пункт, запрещающий требовать предоставление сведений от компаний вне установленного списка, распространяется и на сведения об аффилированности. Вероятно, предполагается, что представители госзаказчика сами при возникновении у них подозрений будут проверять, не связана ли с ними компания-претендент на госконтракт, своими силами.
 
Перемещение Минэкономики ответственности с компании-участника госзакупок на комиссию по госзакупке, по сути, означает, что в ведомстве признали очевидное: обыкновенно в коррупционной практике РФ не компании внедряют в конкурсные комиссии своих эмиссаров, а чиновники "подтягивают" на конкурс созданные ими и их родственниками юрлиц-посредников. Де-факто Минэкономики правкой закона о ФКС прямо провозглашает: госконтракт, подписанный чиновником с аффилированной компанией, всегда нечестен и должен быть расторгнут вне зависимости от того, доказана ли выгода чиновника в нем или нет. 

Впрочем, и Минэкономики, и другие разработчики "обвеса" законодательными актами будущей ФКС продолжают настаивать на том, что честность работы системы должна обеспечиваться неполицейскими мерами. Так, находящийся сейчас на экспертизе в правительстве законопроект "единоросса" Игоря Руденского о штрафах за нарушения при работе в системе ФКС (проект суммирует в основном предложения Национальной ассоциации участников закупок и, по данным "Ъ", поддерживается Белым домом) предполагает весьма мягкие (с учетом обычного объема госзакупок) санкции к нарушителям-чиновникам — штрафы в пределах 5-30 тыс. руб. (в отдельных случаях — 50 тыс. руб., для юрлиц — до максимум 500 тыс. руб.). Самой грозной мерой ответственности является при этом дисквалификация чиновника—представителя заказчика на три года при рецидиве нарушений: очевидно, как и в Минэкономики, в "Единой России" осознают, что в сложившихся обычаях делового оборота в госзакупках высшей мерой наказания является отстранение от госконтракта.

Как госконтрактам придали систему

Второе чтение законопроекта о ФКС должно было состояться еще в середине декабря 2012 года. Политическое давление на Минэкономики, которое разрабатывало документ и в течение полугода сводило около 1,5 тыс. поправок, и депутатов все увеличивалось: в послании Федеральному собранию 12 декабря Владимир Путин попросил принять ФКС побыстрее.