Удобрения раздора: в чем суть судебных разбирательств вокруг «Апатита» в Лондоне

Тяжелая дверь кабинета закрылась. Хозяин — сенатор и де-факто совладелец холдинга «Фосагро» Андрей Гурьев — пригласил начальника налогового управления холдинга Игоря Сычева на совещание по щекотливому вопросу. Накануне, 1 апреля 2005 года, стало известно о налоговых претензиях на 5 млрд рублей к «Апатиту», входящему в «Фосагро». Как вспоминает Сычев, шеф сказал: «Я пойду к Сердюкову! Скажу ему, что эти претензии противоречат политике президента Путина» (будущий министр обороны в то время возглавлял ФНС России. — Forbes). Сам он больше молчал. Игорь Сычев был удивлен не только предметом разговора, но и самим фактом приглашения в высокий кабинет.  «В 1998 году они придумали схемы, на мой взгляд, незаконные,  — уверяет Сычев. — Я сказал, что в этом участвовать не буду, не буду визировать отчетность. Решение было принято вопреки моему мнению. Это стало причиной осложнения наших отношений». 

Визит к Сердюкову ничего не дал. Но «Фосагро» все же удалось отбиться от претензий. Это можно было считать чудом: разгром ЮКОСа начинался с ареста и обвинения Платона Лебедева в присвоении государственного пакета акций и сокрытии налогов «Апатита». Тогда, в июле 2003 года, внезапно исчез хозяин кабинета, расположенного напротив гурьевского, — председатель совета директоров «Фосагро» Александр Горбачев. Ни с кем не попрощавшись, он улетел в Лондон и более в Россию не возвращался. «Это не был добровольный отъезд. Но Гурьеву и мне было понятно, что продолжать деятельность для компании нереально», — говорит Горбачев. 

Спустя 12 лет, в мае 2015 года он подал в уголовный суд Кипра иск против Андрея Гурьева и других собственников «Фосагро» с требованием вернуть якобы незаконно отнятые у него 24% акций холдинга. А через четыре месяца Игорь Сычев, покинувший «Фосагро» в 2013 году, направил заявление в российские правоохранительные органы с обвинениями в адрес Гурьева и других менеджеров холдинга. Почему бывшие менеджеры считают себя вправе предъявлять претензии основному владельцу одного из крупнейших производителей удобрений в стране? 

Северный десант

Андрей Гурьев, покинувший Совет Федерации в 2013 году, отказался давать комментарии для этой статьи. Его путь к миллиардам (№28 в списке Forbes, состояние $3,5 млрд) тесно связан с Михаилом Ходорковским. Они познакомились в конце 1980-х, когда вместе работали во Фрунзенском райкоме комсомола. После создания «Менатепа» Ходорковский позвал Гурьева к себе, предложив заниматься приватизацией недвижимости. В 1994 году, когда структуры «Менатепа» приватизировали «Апатит», Ходорковский поручил Гурьеву управлять предприятием. 

«Нужно было высаживать туда десант. А у Гурьева была готовая команда, — вспоминает Алексей Голубович, бывший совладелец «Менатепа», ныне управляющий директор Arbat Capital. — Они разбирались с питерскими группировками, которые нахлынули после приватизации. Приходилось урегулировать дела на Октябрьской железной дороге и в Мурманском порту, чтобы доставлять сырье. У Ходорковского не было другой команды, которая могла бы взять это на себя. «Апатит» для «Менатепа» всегда был черным ящиком». По словам Голубовича, команда Гурьева работала на устных договоренностях и получала бонусы от прибыли, а акциями владели структуры «Менатепа». Однако есть другие мнения о структуре собственности. Как говорит один из бывших топ-менеджеров «Фосагро», Ходорковский хотел избавиться от «Апатита» как от проблемного актива. «Но Гурьев убедил Ходорковского, что возьмет половину на себя (другая половина останется у структур «Менатепа») и попробует все это развивать». 

В составе «апатитского десанта» был Александр Горбачев, еще один коллега Гурьева по комсомольской работе, в конце 1980-х руководивший Москворецким райкомом. «С Гурьевым у нас были хорошие отношения, даже дружеские, мы встречались семьями. В «Апатите» и позже в «Фосагро» мы были партнерами, только это не афишировалось», — рассказывает Горбачев. Видный и представительный, хороший оратор и душа компании, Горбачев компенсировал замкнутость, неразговорчивость и недоверчивость Гурьева. Став гендиректором «Апатит трэйд», он отвечал за связи с органами власти и сбыт, вел переговоры с иностранными партнерами. Сычев вспоминает, что у Гурьева и Горбачева и кабинеты были рядом, и общий секретарь, и даже дома они построили в одном подмосковном поселке. «У них были дружески-рабочие отношения. Внешне всегда все выглядело очень мирно и хорошо», — подтверждает Голубович. 

Игорь Сычев появился в компании в 1996 году. Однокурсник по экономическому факультету МГУ Павел Струков познакомил его с правой рукой Гурьева и нынешним миноритарием «Фосагро» Игорем Антошиным. Сычев принял предложение работать в «Апатите». Скоро подоспело и дело — налоговые претензии на $2 млн, которое Сычев, как он утверждает, выиграл при содействии главного бухгалтера и юристов «Апатита». С того момента и до увольнения в 2013 году защита компании в налоговых спорах стала для Сычева основной работой. Он вспоминает, что Андрей Гурьев казался ему человеком душевным и по-человечески нравился. Шеф жил тогда на Хорошевском шоссе в том же доме, где и его водитель. Однажды Сычев, задержавшись на работе, опоздал на электричку и остался у водителя ночевать. Поздно вечером в квартире раздался звонок. На пороге стоял Гурьев с букетом цветов. Он вспомнил, что у водителя — годовщина свадьбы. 

Разница результатов

«Апатит» для Андрея Гурьева (бывший подчиненный характеризует его как человека неординарного, воинственного и зажигающего людей) стал местом реализации личных амбиций. В 2001 году он начал формировать вокруг предприятия холдинг «Фосагро», куда вошли «Балаковские минеральные удобрения», «Воскресенские минеральные удобрения» и «Череповецкий азот». Но именно «Апатит» стал основой его состояния. Дело ЮКОСа заслонило дело «Апатита», и группа «Менатеп», существовавшая, несмотря на арест Лебедева и Ходорковского, в начале 2005 года продала 50% акций «Апатита» команде Гурьева. Предположительно, за $200 млн и с рассрочкой, то есть с возможностью расплачиваться из заработанной предприятием прибыли. По информации Forbes, в команде покупателей помимо Гурьева были Горбачев и Антошин. 
В жизни Александра Горбачева «Апатит» сыграл роковую роль. Назначенный в 1996 году начальником горно-химического департамента ЗАО «Роспром» (занималось промышленными активами «Менатепа»), через три года он стал исполнительным директором ассоциации производителей удобрений «Фосагро», которую Гурьев впоследствии преобразовал в холдинг. Уже в холдинге Горбачев возглавил совет директоров. Андрей Гурьев, будучи де-факто главным, держался в тени и руководящих постов не занимал — в 2001 году он получил место представителя Мурманской области в Совете Федерации РФ. В итоге он вышел сухим из воды, а Горбачеву, чьи подписи стояли на документах «Апатита», пришлось покинуть страну. 

Для Игоря Сычева карьера в «Апатите» стала своего рода чемоданом без ручки. За время его работы в «Фосагро» холдингу удалось отбиться от претензий налоговиков на общую сумму 17 млрд рублей и к тому же получить компенсацию в размере 310 млн рублей. Сычев утверждает, что впервые заговорил об опционе еще до завершения крупных налоговых разбирательств — в начале 2003 года. «К тому моменту мы создали много прецедентов [по защите от налоговых претензий]. Тогда пошла волна опционных программ, в том числе в ЮКОСе. Антошин обещал поговорить с Гурьевым, — объясняет Сычев. — Потом было не до того из-за арестов. Мы выигрывали суды один за другим, и Антошин каждый раз отвечал: да, разумеется, пойду к Гурьеву, твои заслуги очевидны. Сам сходить к Гурьеву я не мог — он тогда охрану выставил, этаж себе отгородил, поставил замки. Телефоны его от меня скрывали». В 2011 году накануне IPO «Фосагро» Сычев отправил Андрею Гурьеву письмо по электронной почте, где изложил суть разговора с Антошиным и приложил отчет о своей работе. «На следующий день мне позвонил Гурьев-младший (сын основного владельца, в то время заместитель гендиректора, сейчас гендиректор «Фосагро». — Forbes) и сказал: зря ты писал, мы и так все понимаем». 

Расплата за расплату

Когда в «Фосагро» перед IPO раскрыли состав акционеров, Александр Горбачев, не найдя себя в списке, испытал разочарование. После отъезда из России он большую часть времени потратил на «решение юридических вопросов, связанных с экстрадицией». Относительно холдинга, поясняет он, «были договоренности, которые до определенного момента выполнялись. Мы поддерживали дружеские отношения, Гурьев приезжал в Лондон, мы встречались, общались. Отношения испортились в 2011 году». Что конкретно произошло, Горбачев не говорит. 

Знакомый с ситуацией источник Forbes уточняет, что до 2011 года связанные с «Фосагро» структуры регулярно перечисляли средства на офшорную компанию, открытую на имя Горбачева, в виде займов с возможностью последующего списания. Как только Горбачев поднял вопрос об акциях, займы предъявили к возврату, был даже наложен арест на дом, оформленный на его офшорную компанию. Тогда в мае 2015 года Горбачев подал иск к «Фосагро», Гурьеву, Антошину и другим акционерам, обвинив их в незаконном лишении его прав собственности на акции. 

Источник, близкий к Гурьевым, настаивает, что претензия бывшего председателя совета директоров не имеет оснований и нацелена на нанесение репутационного вреда компании. «Горбачев выполнял в основном представительские функции, — подчеркивает он. — После отъезда человек жил себе, играл в теннис, все у него было нормально. А потом деньги закончились. Сперва он требовал $100 млн, потом снизил сумму на порядок. Нет сомнений, что Горбачев не обладает юридическими документами, способными подтвердить хоть какие-то его права на акции». Один из бывших топ-менеджеров «Фосагро» полагает, что Горбачев остался ни с чем, «возможно, потому, что уехал и с тех пор ничего не делал». 
У Сычева драматический перелом в карьере произошел в феврале 2013 года. Он говорит, что Игорь Антошин вынудил его уйти из компании: «Грозился уволить меня по какой-нибудь статье, говорил, что Гурьев меня якобы ненавидит и, когда мы встречаемся в коридоре, испытывает крайне негативные эмоции. Я написал заявление. За один день буквально меня уволили, даже вещи не успел собрать. Антошин сказал: создавай офшор, Паша Струков тебе поможет, и будем рассчитываться». 

Теперь «Фосагро», по словам Сычева, отрицает связь со Струковым, уволенным в 2005 году. Сычев утверждает, что ему обещали перечислить $13 млн в первом квартале 2013 года и перевести 1% акций во втором. Но расчет произошел в конце года, и получил он только $5 млн. При этом, говорит Сычев, в течение года после увольнения он продолжал исполнять некоторые прежние обязанности. Отношения с Антошиным испортились у него в августе 2014 года: «Он сказал, что я все равно ничего не докажу». 

Через пару месяцев Сычев написал официальное письмо членам совета директоров и аудиторам «Фосагро», но не получил ответа. Однако вскоре директор его офшорной компании Verlox International Ltd Портманн сообщил, что перечисленные деньги приходили по договору займа. В сентябре 2015 года Сычев получил датированное задним числом письмо от сейшельского офшора Parmas Corporation (без указания обратного электронного адреса, номера телефона и факса) с требованием вернуть перечисленные по кредиту деньги. Тогда Сычев сам занял пост директора своего офшора, подал иск в суд Цюриха и написал заявление в российские правоохранительные органы. 

«Кто такой Сычев? — говорит источник, близкий к руководству «Фосагро». — Человек руководил налоговым подразделением из трех работников, был менеджером среднего звена, в управлении бизнесом не участвовал и при этом считает, что отбил для компании все налоговые претензии. Компания не вправе каждого менеджера поощрять процентом акций. Он никогда не был доволен статусом, оплатой труда, объемом полномочий, не смог открыто реализовать свои амбиции в нашем дружном коллективе». Но и Горбачев, и Сычев уверены в своей правоте. «Я действую самостоятельно и от своего имени. Расходы оплачивает финансово-юридическая компания, которая рассчитывает на положительный результат», — заявляет первый. «За мной точно никто не стоит. Все-таки $5 млн мне заплатили», — поясняет второй. 

Эта история из той же категории споров, что и нашумевшее разбирательство Березовского и Абрамовича в Лондоне, только рангом ниже. Следствие хитроумных схем и устных договоренностей, на которых строился крупный российских бизнес. Чем закончатся странные дела, имеющие под собой не совсем очевидную доказательную базу, неизвестно. По информации источника, близкого к руководству «Фосагро», «если выяснится, что компании причинен ущерб, то допускается возможность привлечения к юридической ответственности инициаторов предъявленных обвинений. В компании не исключают, что дело будет прекращено и с истцов потребуют возместить затраты на юристов». 

По иску Горбачева первое заседание было назначено на 16 сентября. Незадолго до того ответчики, уведомленные об иске, подали заявление генеральному прокурору Кипра о прекращении уголовного дела по причине отсутствия юридических оснований.  Рассмотрение дела было отложено. На момент подготовки статьи оно еще не состоялось.