У Дмитрия Мазурова иссяк поток

Как стало известно “Ъ”, последний нефтяной актив группы New Stream Дмитрия Мазурова — Марийский НПЗ — отошел к структуре «Долговой центр», которую источники “Ъ” связывают с Московским кредитным банком (МКБ). Сам банк — крупный кредитор НПЗ, а все акции завода находятся у него в залоге. Источник “Ъ”, близкий к МКБ, связь с «Долговым центром» отрицает. Юристы отмечают: если другие кредиторы докажут аффилированность МКБ и «Долгового центра», требования банка в ходе банкротства Марийского НПЗ могут быть субординированы.

Марийский НПЗ, контролировавшийся группой New Stream Дмитрия Мазурова, в начале октября сменил владельца, рассказали источники “Ъ”. Это подтверждается и данными ЕГРЮЛ, согласно которым 100% Марийского НПЗ перешло от ООО «УК "Марийский НПЗ"» к коллекторскому агентству ООО «Долговой центр» (до 2018 года — «Долговой центр МКБ»). Это коллекторское агентство принадлежит Bodmin Group Ltd с Британских Виргинских островов. Но несколько источников “Ъ” связывают агентство с интересами близкого к «Роснефти» Московского кредитного банка, структуры которого, по их словам, были кредиторами Марийского НПЗ. Источник “Ъ” в нефтяной отрасли утверждает, что 100% Марийского НПЗ было заложено в МКБ, что подтверждается и актуальными данными ЕГРЮЛ. По общей норме Гражданского кодекса, сделка с заложенным имуществом невозможна без согласия залогодержателя, то есть МКБ как минимум дал согласие на переход права собственности к «Долговому центру».

Это коллекторское агентство никогда не входило в число лидеров рынка. В МКБ отказались от комментариев. Источник “Ъ”, близкий к банку, говорит, что МКБ продал «Долговой центр» еще в 2013 году, но не уточняет покупателя.

Марийский НПЗ с мощностью первичной переработки 1,6 млн тонн в год (построен к 1998 году) достался ВТБ за долги в 2013 году и был выставлен банком на продажу. В 2014 году New Stream по просьбе банка взяла НПЗ в управление, а через два года приобрела этот актив с прицелом на его дальнейшую модернизацию и рост мощности до 7 млн тонн. Саму группу New Stream тем временем преследовали серьезные финансовые проблемы, в итоге мощность Марийского НПЗ удалось увеличить с 1,4 млн лишь до 1,6 млн тонн, при этом завод так и не начал выпуск товарных нефтепродуктов. Впрочем, New Stream удалось заключить соглашение с Марийским НПЗ на получение обратного акциза — субсидии для нефтепереработки,— на который она могла бы претендовать в случае строительства небольшой установки по производству бензина. Планам помешал переход основного актива New Stream Сбербанку весной этого года, а в июле бенефициар группы Дмитрий Мазуров был арестован.

С того момента Марийский завод, и так испытывавший проблемы с закупками нефти из-за нехватки средств, остановил работу до ноября. Но первые заявления о банкротстве завода были поданы в конце мая одновременно с началом процесса о банкротстве Антипинского НПЗ. Одними из первых свои судебные требования на 2,6 млрд руб. подали МКБ и неизвестное ООО «Финойл». По мнению одного из собеседников “Ъ”, эта компания также связана с МКБ.

Некоторые кредиторы Марийского НПЗ заявили “Ъ”, что приветствуют смену собственника. Так, в «Совфрахте» (НПЗ должен его структуре «Коксохимтранс») сказали, что «приветствуют смену собственника и рассчитывают на возобновление отношений в рамках взаимовыгодного сотрудничества». В Абсолют-банке заявили “Ъ”, что «с появлением МКБ в собственниках есть возможность для переговоров». В ПСБ и «Трансойле» отказались от комментариев.

МКБ, скорее всего, будет отрицать связь с ООО «Долговой центр», чтобы избежать рисков потерять статус мажоритарного кредитора и контроль за ходом банкротства, в том числе в вопросе выбора кандидатуры арбитражного управляющего, отмечает управляющий партнер коллегии адвокатов «Плотников и партнеры» Илья Плотников. Кроме того, если в деле о банкротстве Марийского НПЗ иные кредиторы докажут аффилированность МКБ и «Долгового центра», суд теоретически может субординировать требования банка (понизить очередность их удовлетворения), а сам банк признать контролирующим лицом должника с перспективой привлечения к субсидиарной ответственности, замечает юрист. По его мнению, доказать такую аффилированность будет непросто. Партнер Bryan Cave Leighton Paisner Russia Иван Веселов отмечает, что установление аффилированности возможно вне зависимости от наличия формально-юридических признаков. Кредиторам достаточно привести доводы, свидетельствующие о возможной аффилированности, после чего бремя доказывания обратного переходит на должника, полагает юрист.