Тернистый путь старшего санитара

А уголовное преследование Бурыкина началось после того, как в редакцию АЖУРа попала предсмертная записка одного из санитаров, убитого в 2001-м.

Дело санитаров – предыстория

Сергей Ефимов был убит 30 сентября 2001 года около шести часов вечера. В тот день Ефимов с женой и невесткой возвращались домой с дачи, а потому машина их была заполнена всякими тюками (в сентябре дачники собирают урожай). Они подъехали к подъезду дома 26 по проспекту Культуры, перетащили вещи в квартиру, невестка осталась там, а Ефимов с женой спустились вниз, чтобы поставить машину на стоянку.

Через некоторое время после того, как Ефимов с женой вышли из подъезда, туда зашел молодой человек в классическом «наряде киллера» - черной кожаной куртке и черной вязаной шапке. Он был совершенно спокоен, только опускал голову – чтобы посторонние не видели его лица. Через пару минут после того, как Ефимов с женой вошли в подъезд во второй раз (уже поставив автомобиль на стоянку), этот молодой человек так же спокойно вышел из подъезда и не спеша направился в сторону проспекта Просвещения. Сергей Ефимов был убит тремя выстрелами в голову на лестничной площадке у дверей своей квартиры, его жена чудом осталась жива.

В апреле 2010 года Санкт-Петербургский городской суд признал Валерия Бурыкина виновным, в частности, в организации убийства Сергея Ефимова.

А его уголовное преследование началось за несколько лет до того, после серии публикаций, посвящённых убийству Сергея Ефимова и другим убийствам, о которых написано в его предсмертной записке. Сегодня ему и его бывшему телохранителю, санитару Алексею Чабану, инкриминируются 3 убийства.

Дело санитаров – начало

Летом 1996 года произошло убийство, по предварительным данным, связанное с конкуренцией между командами двух авторитетных бизнесменов похоронного бизнеса – Владимира Королева и Валерия Бурыкина. 9 июля на лестничной площадке жилого дома двое преступников нанесли серьезные черепно-мозговые травмы адвокату Областной коллегии адвокатов Евгению Соловьеву. Через несколько часов адвокат скончался в больнице. Это убийство почти 20 лет оставалось нераскрытым, причем в уголовном розыске вообще не связывали покойного с работой моргов. Основная версия, которую отрабатывали в милиции, вела в места лишения свободы. Но после убийства старшего санитара морга 2-й городской больницы Сергея Ефимова обнаружились его предсмертные записки, в которых среди прочих упоминалось и это преступление.

Следующая трагедия, связанная с Городским патолого-анатомическим бюро, произошла 8 февраля 1999 года. В тот день погиб санитар Роман Архипов. 14 апреля случайные люди обнаружили его труп – в лесополосе около поселка Агалатово Всеволожского района Ленинградской области. На шее санитара обнаружилась странгуляционная полоса, на лице и теле – многочисленные раны и ссадины. Каких-либо следов ограбления на покойнике не было. Ничего другого про убийство Романа Архипова нам не известно, за исключением, пожалуй, того обстоятельства, что перед смертью у Романа Архипова испортились отношения с коллегами из Патолого-анатомического бюро.

Одной из причин конфликта стало то обстоятельство, что Архипов стал зависимым от пагубной привычки. Его лечили, но безуспешно, в результате чего конфликт усилился. Кроме того, у Романа Архипова отобрали автомобиль, а незадолго до того он попал в очень неприятную историю – из багажника его «Опеля» украли крупную сумму денег, которые, по слухам, принадлежали его морговским товарищам и в обиходе именовались "общаком". Среди санитаров поползли слухи о том, что Архипов инсценировал кражу, чтобы завладеть деньгами, а сам он, говорят, считал, что кража – не случайность, а провокация. Убийство Романа Архипова тоже долго оставалось нераскрытым, хотя оно имело одну особенность, другим убийствам людей из этой среды не свойственную: Архипов был человеком из ближайшего окружения Валерия Бурыкина. Он везде сопровождал его в качестве телохранителя.

Последний бой

Алексея Храпунова убили 18 февраля 2003 года около 21.00 во дворе дома 86/3 по проспекту Луначарского. Убийство происходило на глазах у многочисленных свидетелей, благодаря которым территориальные милиционеры без проблем восстановили картину происшедшего.

Храпунова ждали три человека — один сидел в машине, двое других находились на пути его обычного следования от места парковки автомобиля к подъезду. Сначала был разговор на повышенных тонах, потом удар ножом, потом ожесточенная драка с предсказуемым исходом: истекающий кровью от первого глубокого ножевого ранения Храпунов быстро потерял силы, в связи с чем не смог оказать эффективного сопротивления преступникам. Говорят, один из них был очень высокого роста и мощного телосложения, второй — невысокий крепыш. Последний прижимал Храпунова к земле, первый бил ножом. На теле юриста насчитали потом около 40 ножевых ранений.

Очевидцы говорят, что Храпунов защищался до последнего, что соответствует характерологическим особенностям покойного — он много лет прослужил в спецподразделениях органов государственной безопасности и всегда уверенно чувствовал себя на тёмных улицах. Многочисленные свидетели убийства - собачники, мамашки с детьми, просто возвращавшиеся с работы люди - были шокированы происходившим. Лишь один водитель подъехавшего к месту трагедии джипа, как нам потом рассказали, собирался сбить автомобилем преступников, но не смог - не хватило духу.

Убийство Алексея Храпунова с самого начала в правоохранительных органах приобрело статус «глухаря», хотя, говорят, в «похоронной тусовке» взаимосвязь между этим преступлением и одиозным Валерием Бурыкиным уже тогда ни у кого сомнений не вызывала.

Дорогие покойники

В юридической практике Алексея Храпунова многое связывало с основателем концерна «Защита» Игорем Минаковым. Минаков – человек известный и уважаемый в деловых кругах, его богатая биография начинается с оперуполномоченного ленинградского УБХСС и продолжается одним из самых влиятельных людей Петербурга. Игорь пережил неудачное, к счастью, покушение и неприятные месяцы в следственном изоляторе «Кресты». Сегодня его называют олигархом.

Людей, связанных с Игорем Минаковым, нынче можно увидеть на многих городских кладбищах. Живыми и здоровыми, естественно: они уже много лет принимают активное участие в бизнесе, связанном с предоставлением ритуальных услуг. И довольно давно не слышно о том, чтобы бизнес этот был связан с какими-то криминальными событиями. Но в конце 1990-х - начале 2000-х всё было по-другому. В частности, в связи с убийством Алексея Храпунова нам рассказали про петербургское Бюро судебно-медицинской экспертизы (БСМЭ) и некоторые волновавшие лет 8 - 9 назад многих его сотрудников события.

В БСМЭ имеется морг, куда свозятся все криминальные трупы в Петербурге. Обывателю может показаться, что морг — это место, в котором хранятся покойники до погребения. В принципе, так оно и есть. Но любой морг — это ещё и место, где циркулируют довольно крупные суммы денег. Дабы не зарываться в цифры и не запутаться, разделим их на два основных потока: бюджетные средства, которые выделяются на содержание моргов, и деньги, которые платят родственники умерших за многочисленные ритуальные услуги. Всякий, кто провожал в последний путь близкого, знает: платить приходится за каждый шаг с момента приезда катафалка до момента установки могильной плиты. И весомая часть платежей не обременена финансовыми документами.

Желающих работать в сфере услуг намного больше, чем вакантных мест, — верный признак работы с хорошим заработком. Неудивительно, что методы, с помощью которых многочисленные претенденты добивались своих мест в ритуальном бизнесе, были чудовищны. Именно они и легли в основу резонансных уголовных дел, прозванных журналистами «делами санитаров»...
В начале текущего столетия в городе развернулась борьба за возможность возить в морг БСМЭ не только криминальные трупы, но и тела людей, умерших естественной смертью у себя дома. Речь, естественно, шла не о всём городе, а о ближайших к БСМЭ районах: Красногвардейском, Калининском, Выборгском.

Интересы одной из заинтересованных сторон представлял Алексей Храпунов. Во главе второй стояли Валерий Бурыкин и Павел Беляев (осуждён за бандитизм и убийство в рамках того же «дела санитаров»).

Противостояние начиналось, как цивилизованное. Подразумевался, правда, не судебный процесс, а скорее состязание административных ресурсов и виртуозности их использования. Говорят, в конце 2002 года Храпунов очевидно побеждал. В начале 2003-го его не стало.

Справка:

Напомним, что о "банде санитаров" заговорили после убийства старшего санитара петербургского городского патолого-анатомического бюро (ГПАБ) Сергея Ефимова в сентябре 2001 года. Тогда киллер подкараулил Ефимова с женой в подъезде их дома на проспекте Культуры. Ефимов был убит, его жена выжила, несмотря на полученные ранения.

От этого преступления и потянулась ниточка к преступной группе, созданной инспектором по работе с младшим медперсоналом ГПАБа Валерием Бурыкиным и менеджером ГПАБа Павлом Беляевым еще в 1990-е годы, целью которой было установить контроль над теневыми финансовыми потоками городских моргов. Большинство членов "банды санитаров" были задержаны оперативниками УБОПа в 2005 году по обвинению в убийстве начмеда городской наркологической больницы Ларисы Артюховской, взорванной в августе 2004 года в подъезде своего дома.

Вместе с членами банды - менеджером ГПАБа Павлом Беляевым, санитарами морга Алексеем Чабаном, Дмитрием Полешкиным и Александром Сыровым - под стражей оказались бывший главный нарколог Северо-Западного федерального округа Сергей Тихомиров (выступивший, согласно материалам дела, подстрекателем убийства Ларисы Артюховской) и совладелец клиники "КредоМед" Марат Дрейзин (его следствие считает посредником между санитарами и наркологом). К этому времени Валерий Бурыкин вместе с семьей покинул Россию, выехав в Германию на лечение. Он был объявлен в международный розыск.

В октябре 2006 года городской суд Санкт-Петербурга признал подсудимых, за исключением Тихомирова и Дрейзина, виновными в бандитизме, убийстве Сергея Ефимова, убийстве Ларисы Артюховской, а также в нескольких нападениях на Леонида Шпиленю, занимавшего пост главного нарколога СЗФО до Сергея Тихомирова. По приговору суда Беляев, Полешкин и Чабан получили от 13 до 15 лет колонии строгого режима. Александр Сыров, проходивший по эпизодам небольшой тяжести, был от наказания освобожден в связи с истечением срока давности. Сергей Тихомиров получил десять лет лишения свободы, а Марат Дрейзин - четыре года. Валерия Бурыкина удалось задержать 20 октября 2007 года при переходе австро-венгерской границы, после чего он был передан российским правоохранительным органам. Впоследствии Бурыкин был приговорен к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.