‟Тагилбанк‟ разрулил вкладчиков

В середине октября Следственный комитет внезапно активизировал работу по уголовным делам, связанным с банкротством «Тагилбанка». Вместо свердловских следователей за дело, старт которому был дан еще год назад, взялись их коллеги из Москвы. Обыски прошли не только в головном офисе банка, но и на объектах, связанных с его бывшими функционерами.

Вскрывающиеся сегодня обстоятельства банкротства единственного «коренного» нижнетагильского банка помогают понять не только историю его разрушения, но и тенденции в работе нынешних и будущих банков-банкротов.

ЦБ предупреждает

«Тагилбанк» был единственным местным банком во втором по величине городе Свердловской области — Нижнем Тагиле.

Когда-то он прочно стоял на ногах. «Тагилбанк» был основан в 1991 году, и держался на плаву, несмотря на экономические потрясения в стране. Через него проводил деньги промышленный гигант НТМК (группа ЕВРАЗ Романа Абрамовича), здесь рабочие тагильских заводов многие годы получали зарплату, а тысячи жителей города — активно кредитовались и делали вклады.

Но 20 июля 2018 года у банка в одночасье была отозвана лицензия. В Центробанке это объяснили «неисполнением федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России». В ЦБ заявили, что деятельность «Тагилбанка» на протяжении длительного времени являлась убыточной «ввиду низкой эффективности использовавшейся бизнес-модели».

На балансе Тагильского банка оказалось много имущества с завышенной стоимостью. Например, 18 зданий производственной базы на улице Индустриальной в Нижнем Тагиле, которые банк оценивал в 94 млн рублей, на самом деле стоили 46,5 млн. ЦБ еще в 2016 году потребовал от «Тагилбанка» сформировать резервы на возможные потери в 47,5 млн, но этого сделано не было.

Перед тем, как отозвать лицензию, Банк России четыре раза вводил ограничения на разные операции для «Тагилбанка» — в том числе, на привлечение вкладов населения. Однако руководство тагильской кредитной организации так и не приступило к стабилизации ее деятельности.

Следователь вам в помощь

После отзыва лицензии Центробанк передал в МВД, Генпрокуратуру и Следственный комитет информацию о возможном выводе активов из «Тагилбанка». По данным назначенной регулятором временной администрации,

«дыра» в бюджете кредитного учреждения составила 104 млн рублей.

В Агентстве по страхованию вкладов «Новой газете» сообщили, что 16 июля и 10 августа 2018 года конкурсный управляющий «Тагилбанка» направил в правоохранительные органы заявления по фактам хищения имущества банка, которое было замаскировано под реализацию принадлежащей банку недвижимости и выплату вознаграждений членам правления. Было установлено, что имущество продавалось по заниженной стоимости. Следователи возбудили уголовные дела без фигурантов по ч. 4 ст. 160 УК РФ («Присвоение или растрата») и ч. 1 ст. 201 УК РФ («Злоупотребление полномочиями») .

В феврале 2019 года АСВ отправило в правоохранительные органы заявление «по факту неправомерных действий бывших руководителей банка, выразившихся в реализации недвижимого имущества банка по заниженной стоимости». По результатам рассмотрения этого заявления возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 201 УК РФ (Злоупотребление должностными полномочиями).

Все уголовные дела впоследствии были соединены в одном производстве.

Обвинение по ним было предъявлено бывшему председателю правления банка Ларисе Пестовой.

Активы «Тагилбанка» ЦБ оценил в 1,038 млрд рублей, а его кредитные обязательства — в 1,142 млрд рублей.

Процедуры конкурсного управления шли своим чередом, и все, кроме акционеров и вкладчиков, уже забыли даже слово «Тагилбанк». Но тут в Тагиле появились московские следователи. По информации «Новой газеты» новая следственная группа провела обыски на всех коммерческих и жилых объектах, находящихся в собственности экс-председателя правления банка Алексея Чеканова. Не осталась без внимания и персона бывшего главного бухгалтера Елены Степановой.

Что искал СК?

Как предполагают бывшие сотрудники банка, следователи искали пропавшие векселя на общую сумму почти 78 миллионов рублей. Эту версию подтверждает и постановление Арбитражного суда Свердловской области от 12 сентября 2019 года о включении требования АО «Тренд» в размере 77 миллионов 988 тысяч 383 рублей 58 копеек основного долга и 1 миллиона 169 тысяч 825 рублей 75 копеек неустойки в третью очередь реестра требований кредиторов «Тагилбанка».

История с векселями сама по себе очень показательна для российской банковской системы. Фактически «Тагилбанк» принадлежал Алексею Чеканову, бывшему депутату законодательного собрания Свердловской области. Чеканов много лет находился в дружеских отношениях с сенатором Совета Федерации Эдуардом Росселем, с бывшим мэром Нижнего Тагила Сергеем Носовым и многими другими знаковыми фигурами региона. В конце концов, родной брат банкира, Сергей Чеканов, уехал вслед за Носовым на Колыму, где возглавил министерство здравоохранения. Кстати, в Тагилбанке у Носова был вклад на особых условиях: более 20% годовых.

Алексей Чеканов активно кредитовал своих друзей, при этом возвращать долги они не торопились. Росла негативная тенденция по возвратам кредитов. Именно тогда и возникли первые претензии ЦБ.

Для создания видимости благополучия банка была зарегистрирована компания «Олимпоборудование» с уставным капиталом 10 000 рублей и единственным учредителем — Александром Пасечником. План был таков: «Олимпоборудование» должно было выкупить долги по кредитам банка, чтобы продемонстрировать ЦБ его финансовое оздоровление.

Правда, была загвоздка — отсутствие денег. Решение нашлось: фирмой Пасечника были выпущены простые векселя. Именно их и предложил Алексей Чеканов московскому брокеру АО «Тренд» в качестве гарантий своей состоятельности. Так как брокер в течение последних лет имел дело с «Тагилбанком» в вопросе торговли ценными бумагами, сделка сомнений не вызвала. Вопросы об отсутствии на счетах «Олимпоборудования» денег снимались тем, что Пасечник был еще и генеральным директором в ООО «Промбаза», единственным учредителем которого является все тот же Чеканов, владелец банка.

Стало понятно, что все эти фирмы аффилированы между собой, поэтому брокер успокоился — деньги будут.

Деньги за векселя были переведены на счет «Олимпоборудования», открытый все в том же Тагилбанке. После этого Пасечник за полную стоимость выкупил часть невозвратных ссуд у банка: около 10 млн были выведены в ООО «Континент», также принадлежащее Чеканову.

Позже, согласно договору, брокер вернул векселя в банк, но деньги за них так и не получил. А потом началась мистика. Векселя из банка просто исчезли.

В ходе проведения полицейской проверки установлено, что заместитель председателя правления банка Оксана Логинова все документы по сделке купли-продажи векселей и непосредственно сами векселя передала управляющей банком Ларисе Пестовой. Последняя подтвердила, что видела их, и даже отдавала устное распоряжение о постановке на учет. Векселя действительно ставили на учет в отделе казначейства, а вот дальше что-то пошло не так: оригиналы документов в бухгалтерию казначейства и в кассу не попали, в тот же день сведения о векселях из программы кто-то удалил.

Прошел год, и ценные бумаги снова всплыли. Обыски у банкира Чеканова и главного бухгалтера дали свой результат: бумаги стоимостью в 78 миллионов найдены, несмотря на то, что конкурсный управляющий факт их существования не признавал.

Роль конкурсного управляющего

Любое банкротство банка — это не только стресс для клиентов, но и кормушка для большого количества «своих» организаций. У любой крупной структуры есть свой список так называемых «аккредитованных» фирм. Например, при взятии ипотеки имеешь право заказать оценку только у тех специалистов, что есть в списке банка. При автокредите страхуешь только у «своих» страховщиков и т.д. Банкротство — не исключение.

Акционеров и клиентов Тагилбанка возмущает не только то, что уже больше года они не могут получить свои деньги, а и непомерные траты конкурсного управляющего Андрея Сергеева, назначенного Агентством страхования вкладов.

По словам Анны Ловкиной, представителя комитета кредиторов Тагилбанка, «транспортные услуги конкурсному управляющему оказывает ООО «Итикс», зарегистрированная в республике Коми. Эта компания уже получила из конкурсной массы 2 387 100 руб. и наверняка на этом не остановится, поскольку в приложении к договору указаны такие услуги, как ежедневный фотоотчет за 5000 рублей, а еще за деньги кредиторов и вкладчиков банка все имущество можно пересчитать и промаркировать по тарифу 50 рублей за единицу, а всего позиций в акте передачи на хранение — 1574.

Хранение б/у мебели в «золотом» складе в пос. Горный Щит в Екатеринбурге осуществляет тюменская компания ООО «АТМ Альянс Инжиниринг»: расходы — 358 360 рублей ежемесячно.

Охранные услуги Тагилбанку в конкурсном производстве оказывает ЧОП «Беркут 29» за 390 600 рублей ежемесячно. Охраняет усиленно и пресекает попытки хищений из пустующего здания банка, которое уже не хранит деньги вкладчиков, не ведет банковскую деятельность, даже остатки мебели из него вывезли на «золотой» склад.

Оценка имущества в банкротстве уже давно не является обязательной процедурой, законодатель позволил экономить средства конкурсной массы на оценщиках и устанавливать начальную продажную цену равной балансовой. АСВ данная процедура потребовалась. Оценка имущества «Тагилбанка» проведена московским ООО «Центр независимой экспертизы собственников», затраты составили 950 000 руб. за 29 позиций недвижимого имущества и 6 транспортных средств. Среднерыночная цена этой работы куда ниже — 15 000 рублей за каждый объект недвижимости и 5 тысяч рублей — за единицу транспорта.

Интересна ситуация и с юристами. АСВ в деле Тагилбанка пользуется услугами коллегии адвокатов «Юков и партнеры».

— Нам до настоящего времени не предоставили договор с Коллегией адвокатов «Юков и партнеры», — продолжает Анна Ловкина. — Более того, эти юридические консультанты предоставили конкурсному управляющему информационную справку, большая часть которой посвящена сказкам про то, какие они замечательные и главную рекомендацию – «поскольку мы заняты привлечением виновных в банкротстве лиц к уголовной и гражданско-правовой ответственности, раскрытие информации о нашей работе противоречит целям конкурсного производства».

А чтобы в опустевшем банке было чисто, конкурсный управляющий нанял индивидуального предпринимателя Солодова из Екатеринбурга с ежемесячной оплатой 148 449,07 руб. Стоимость уборки 1 кв.м - 51,49 руб., тогда как рыночные цены в Тагиле на аналогичные услуги – 30-35 руб. за кв.м. Кредиторы также сомневаются, что конкурсный управляющий сможет дать вразумительный ответ и обосновать приобретение 480 рулонов туалетной бумаги (57 метров каждая), 50 литров жидкого мыла, 64 штуки освежителя воздуха.

Конкурсная масса большая, успевай осваивать.

А что собственник?

Жители Тагила между собой называли Тагилбанк попросту «банком Чеканова».

Алексей Чеканов – фигура примечательная. Он был строителем. Его фирма «Тагилстрой» была наследницей легендарного треста, существовавшего с 1931 года, и обанкротилась в 2015 году. Он был депутатом областного законодательного собрания, но его деятельность на этом посту осталась незамеченной. Чтобы стать банкиром, Алексей Чеканов даже специально получил диплом о высшем образовании. Правда, диплом вызвал много вопросов: тагильские журналисты написали запрос в Уральский государственный экономический институт (ранее – СИНХ), где им ответили: студента Чеканова, как и факультета, прописанного в дипломе, у них никогда не было.

Тем не менее, Чеканов банк возглавил. Были ли у банка шансы выжить при таком старте? Возможно.

Сегодня банкротство Тагилбанка стало головной болью только для кредиторов. Особенно для представителей малого и среднего бизнеса, которым заморозили счета на неопределенный срок.

— У меня в Тагилбанке счет предприятия, — рассказал «Новой газете» нижнетагильский предприниматель Алексей Шипунов. — Все деньги были заморожены в момент отзыва лицензии Центробанком. Больше года мы бьемся, чтобы получить их обратно, и я теряю остатки надежды. Просто бессовестное отношение к нам. Все это время я наблюдаю, как АСВ тратит наши деньги. А у Чеканова ответ один: «Все вопросы к Набиуллиной»… Нас без конца призывают делать бизнес открытым, все платежи переводить на безнал. А потом – хлоп, и нет банка! И никого не интересует, как я должен выплатить зарплату своим работникам? Как я должен рассчитаться с контрагентами? Хоть бросай бизнес и иди на завод. И то не факт, что там мой заработок будет гарантирован, заводы ведь тоже в банке обслуживаются.

«Новой газете» не удалось взять комментарий у самого Алексея Чеканова: он не ответил на звонки ни по одному из восьми своих номеров. На очную ставку с бывшей управляющей банком Ларисой Пестовой Чеканов не явился, сославшись на плохое самочувствие. На момент публикации, по информации источников «Новой газеты» в правоохранительных органах, бывший банкир уже покинул пределы страны. Официального подтверждения данной информации пока получить не удалось.

Процедура банкротства Тагилбанка продолжается. И, вероятно, будет продолжаться, пока не иссякнет конкурсная масса. Но получат ли хоть что-то с ее продажи рядовые кредиторы и вкладчики?