Суррогатных медиков осудили как убийц

Фигуранты получили сроки, которые обычно дают за убийства и госизмену. Вместе с тем защита говорит, что она была ограничена в своих возможностях предоставлять доказательства.

Самый суровый приговор по уголовному делу о торговле младенцами вынесли директору Европейского центра суррогатного материнства Владиславу Мельникову — 19,5 года колонии строгого режима. У остальных фигурантов — врачей, эмбриолога, акушера-гинеколога и двух суррогатных матерей — сроки меньше, но тоже впечатляющие: от четырех лет до 17,5 года.

Дело возбудили в 2020 году, когда в квартире в Одинцовском районе нашли мертвого младенца. Там также были другие дети от суррогатных матерей. Следователи выяснили, что детей готовили к перевозке в другие страны.

В июле того же года арестовали шесть человек. Еще два фигуранта — суррогатная мать, гражданка Украины Ирина Когут, и директор компании «Росюрконсалтинг» Константин Свитнев — были заочно арестованы и объявлены в международный розыск. Осенью 2022-го слушания по инициативе гособвинителя перевели в закрытый режим.

Среди фигурантов — глава Европейского центра суррогатного материнства Владислав Мельников. Судя по сайту этой организации, ее офис находится на Таганке. Сайт давно не обновляется, но там есть формы «Анкета будущих родителей», «Стать суррогатной матерью», «Стать донором ооцитов», то есть яйцеклеток. ЕЦСМ — это не медицинская, а коммерческая организация, которая занималась подбором суррогатных матерей. По словам стороны защиты, большинство медицинских манипуляций было выполнено в Европейском медицинском центре (его представители по делу не проходят), несколько программ — в медцентре «Петровские ворота» (его врач среди фигурантов).

По версии следствия, подсудимые занимались продажей детей иностранцам с 2014-го по 2020 год. Находили покупателей младенцев из числа одиноких мужчин, «не имеющих показаний к применению вспомогательных репродуктивных технологий». По версии следствия, фигуранты создали преступную группу и за денежное вознаграждение, получаемое от генетических родителей, организовывали незаконное проведение процедур экстракорпорального оплодотворения. После того как суррогатные матери рожали, младенцев передавали иностранным гражданам. Мельников признан виновным в 17 эпизодах торговли детьми.

Позиция защиты такова: на тот момент в России официально было разрешено использование донорского генетического материала, в том числе и в сочетании с программами суррогатного материнства. Главное, чтобы донором не была сама суррогатная мать.

Те самые «заказчики», семьи из Филиппин и Таиланда, были готовы дать показания в суде. Но их допросить не разрешили, рассказывает адвокат Владислава Мельникова Людмила Айвар:

«Генетические отцы приехали на судебное заседание, просили их допросить в качестве свидетелей, а суд не предоставил защите такого права. Человек стоит у двери в коридоре суда и говорит: «Я отец тех детей, которые фигурируют в обвинительном заключении. Допросите меня на предмет наличия у меня заболеваний, права на использование программы суррогатного материнства, жизни и здоровья тех детей, которые уже уехали и уже проживают со мной на Филиппинах. Допросите меня. Я хочу дать показания, я есть в списке обвинительного заключения. Я свидетель, я покупатель по обвинительному заключению». А суд говорит, что его не интересуют эти свидетели, они не будут их допрашивать, потому что прокурор не настаивает на этом. Это не единственный случай, когда защита была ограничена в своих возможностях предоставлять доказательства».

Несколько детей, которые родились от суррогатных матерей, до сих пор находятся в российских детдомах.

Медицинское сообщество за этим делом следило. Медики не понимают, с чем связаны сроки врачам, особенно такие большие — до 17,5 года. Такие обычно дают за убийства, госизмену и так далее.

Если тут претензии и могут быть, то только к организаторам, считает руководитель отделения репродукции Московского областного научно-исследовательского института акушерства и гинекологии Ксения Краснопольская:

— Я точно могу сказать, что и документацию, и подбор суррогатных матерей, и их сопровождение, и их юридическую ответственность должны исполнять агентства, а не медицинские работники.

— Нечистоплотные агентства встречались?

— Когда-то на заре были такие случаи, но это было лет 10-15 назад. Безусловно, когда клиника выбирает то или иное агентство, к которому она отправляет пациента, или сами пациенты находят агентства, они должны находить агентство с реноме.

В декабре 2022 года Владимир Путин подписал закон, запрещающий иностранцам пользоваться услугой суррогатного материнства в России. Теперь она доступна только для состоящих в браке россиян, а также одиноких гражданок России, которые не могут по медицинским показаниям выносить или родить ребенка самостоятельно. Этот же закон запрещает использовать донорские яйцеклетки при суррогатном материнстве. Но дело возбудили задолго до подписания этого закона.