Суд опять отказался выяснять, чем злоупотребил с тяжкими последствиями Александр Повалко

Как стало известно “Ъ”, московские суды повторно отказались рассматривать уголовное дело экс-главы Российской венчурной компании (РВК) Александра Повалко, обвиняемого в злоупотреблении должностными полномочиями, повлекшем тяжкие последствия для РВК. Прокуратура утверждала, что нарушения УПК, выявленные в ходе первоначального разбирательства, были устранены, но судьи ей не поверили. Защита ожидает, что теперь уголовное преследование господина Повалко прекратят.

Заседание в Мосгорсуде заняло не так много времени. Представитель столичной прокуратуры сообщил суду, что выявленные в ходе предыдущих слушаний нарушения УПК устранены, обвинительное заключение составлено надлежащим образом, а поэтому просит отменить постановление Таганского суда, вернувшего в ноябре прошлого года дело надзору.

В свою очередь, адвокат экс-главы РВК Татьяна Самсонова сообщила, что следствие так и не решило, из какой именно заинтересованности ее подзащитный мог совершить предполагаемое преступление — из корыстной или иной личной заинтересованности.

Напомним, что в апреле прошлого года Мосгорсуд рассмотрел аналогичное апелляционное представление Мосгорпрокуратуры, после того как в феврале Таганский суд, проведя несколько заседаний, вернул материалы надзорному ведомству для устранения нарушений УПК. Мосгорсуд тогда согласился с доводами о том, что в обвинительном заключении преобладает отсутствие конкретики; выводы аналитической экспертизы вызывают сомнения из-за того, что она была проведена ранее не занимавшимся подобными вещами специалистом. Было также отмечено, что следствие не конкретизировало служебные полномочия господина Повалко, не указало мотивы совершения преступления, не установило, какие именно тяжкие последствия наступили в результате действий обвиняемого, а отсюда и размер ущерба, нанесенного РВК. Необходимая же в таких случаях финансово-экономическая экспертиза, как выяснилось, и вовсе не проводилась.

В ходе повторного разбирательства выяснилось, что полиция провела работу далеко не над всеми ошибками.

Под уголовное преследование (материалы дела насчитывают 15 томов) топ-менеджер РВК Повалко попал в июне 2020 года. Сначала его делом занималось УМВД по Юго-Западному округу столицы, которое затем передало его в ГСУ ГУ МВД по Москве. Господину Повалко инкриминировали злоупотребление полномочиями, повлекшее тяжкие последствия (ч. 2 ст. 201 УК РФ), а потом — ч. 3 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями также с тяжкими последствиями).

Согласно фабуле дела, в 2012 году между РВК и ее стопроцентной дочерней компанией в Великобритании RVC был заключен договор на приобретение за $5 млн 9,458 млн привилегированных акций британской Soft Machines Inc., работающей в области полупроводников. Компания успела вернуть своему российскому партнеру $2 млн, а остальные $3 млн, согласно договору, Soft Machines Inc. должна была возвратить в декабре 2022 года. Следствие обвинило господина Повалко в том, что он, хоть и выполнял распоряжения совета директоров, тем не менее не обеспечил преждевременное возвращение всех $5 млн. При этом контракт на приобретение акций подписывал не господин Повалко, а его предшественник на посту гендиректора АО РВК Игорь Агамирзянов. Но именно возглавивший осенью 2016 года венчурную компанию Повалко, по версии следствия, должен был ускорить досрочный возврат в Россию средств, но не сделал этого.

Кроме того, бывшего гендиректора РВК обвинили в перечислении в апреле 2017 года на счет американской компании Alion Energy Inc. (строит солнечные электростанции) $600 тыс. По версии следствия, инвестиционным комитетом РВК, советом директоров венчурной компании инвестиции в Alion Energy не одобрялись. Сама же компания на момент совершения сделки находилась в предбанкротном состоянии. Несмотря на это, господин Повалко проинвестировал ее, по версии следствия, «в интересах третьих лиц» «из корыстной и иной личной заинтересованности».

Свою вину господин Повалко, как и прежде, отрицает. По словам адвоката Татьяны Самсоновой, защита уже не знает, что теперь будут делать следствие и прокуратура, хотя, по ее словам, вывод очевиден: расследование надо прекращать.