Суд не отлипает от Майкла Калви

Мещанский райсуд Москвы в ходе предварительных слушаний по уголовному делу о предполагаемой растрате средств банка «Восточный» отклонил все ходатайства защиты главного обвиняемого — основателя фонда Baring Vostok гражданина США Майкла Калви. Они настаивали на возвращении дела в утверждавшую обвинение Генпрокуратуру, так как следствие, инкриминировав фигурантам растрату, не прекратило их уголовное преследование за мошенничество. Адвокаты также требовали освободить активы обвиняемых из-под ареста, так как потерпевшему банку был возмещен ущерб в досудебном порядке. Не сочтя эти доводы убедительными, суд назначил слушания по существу.

Предварительные слушания по так называемому делу Baring Vostok были назначены еще в середине декабря прошлого года, но откладывались по разным причинам, в том числе из-за болезни подсудимых. В результате заседания начались уже после новогодних каникул, а точку в них суд поставил в минувшую пятницу.

В ходе разбирательства адвокаты заявили ходатайство о возвращении дела в Генпрокуратуру для устранения нарушений УПК. Из-за важности этого требования на его рассмотрение ушла большая часть заседания. Непосредственно это обращение было подано адвокатами от имени Майкла Калви, партнера фонда по индустрии финансового сектора гражданина Франции Филиппа Дельпаля, партнера Вагана Абгаряна, директора по инвестициям Ивана Зюзина и бывшего генерального директора «Первого коллекторского бюро» (ПКБ) Максима Владимирова. Прочие фигуранты — бывший председатель правления КБ «Восточный» Алексей Кордичев и экс-директор банка по инвестициям Александр Цакунов — подобных требований выдвигать не стали, хотя в целом поддержали позицию остальных обвиняемых.

По данным “Ъ”, в ходатайстве был подробный перечень нарушений, допущенных СКР.

Прежде всего адвокаты обратили внимание суда на то, что в декабре 2019 года их подзащитным было предъявлено обвинение в окончательной редакции совсем не по тем основаниям, по которым возбуждалось дело.
Возбудили его в феврале 2019 года по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере), а окончательно обвинили фигурантов уже в особо крупной растрате (ч. 4 ст. 160 УК РФ). При этом уголовное преследование по мошенничеству прекращено не было.

А вменяли его в вину на том основании, что фигуранты дела якобы обманули одного из миноритарных акционеров «Восточного» — Шерзода Юсупова, уговорив его в феврале 2017 года согласиться, чтобы банк принял в качестве отступных по кредиту в 2,5 млрд руб. 59% акций люксембургской компании International Financial Technology Group. В ходе их оценки выяснилось, что стоимость бумаг не превышала 600 тыс. руб., после чего миноритарий Юсупов и обратился в ФСБ с заявлением о мошенничестве.

Однако, когда осенью того же года по требованию следствия была проведена новая оценка ценных бумаг, выяснилось, что они стоят намного больше — 3,5 млрд руб. Перемена в цене стала возможной после того, как с них были сняты все ограничения на право распоряжения.

В возникшей ситуации состав мошенничества стал не актуален, поскольку отступные даже превысили сумму кредита.

Тогда Майкла Калви и других обвинили в том, что в 2015 году принадлежавшее Baring Vostok ПКБ получило ничем не обеспеченный кредит, на который были приобретены государственные ценные бумаги Казначейства США, переданные затем офшорной компании Balakus (частично она контролировалась банком «Восточный»). Из всего этого следствие сделало вывод, что кредит был безвозвратно присвоен и растрачен, хотя подследственные утверждали, что эта операция была проведена с целью взаимозачета долговых обязательств между офшорной компанией и банком. В СКР не стали изучать эту схему, отказав защите в приобщении финансовых документов, подтверждающих ее обоснованность.

В связи с этим в ходе предварительных слушаний адвокаты указали не только на неполноту расследования, но и на то обстоятельство, что следствие не имело права предъявлять их подзащитным новое обвинение, не прекратив уголовного преследования по старому.

Более того, в июле 2020 года, когда фигуранты дела знакомились с его материалами, следователь СКР, устранив некоторые неточности в обвинении, не только снова предъявил его инвесторам, но и допросил их. По мнению защиты, для совершения этих действий в СКР должны были возобновить предварительное следствие, чего сделано не было. А значит, утверждала защита в суде, повторное предъявление обвинения являлось незаконным.

Кроме того, адвокаты обратили внимание суда на то, что следствие фактически проигнорировало их требование о допросе дополнительных свидетелей со стороны защиты, список которых был предложен на рассмотрение СКР.

На все эти замечания следователь и прокурор в Мещанском суде ответили, что в ходе предъявления обвинения в окончательной редакции речь не шла о новых эпизодах дела. Мол, имела место обычная переквалификация одних и тех же преступных действий.

Адвокаты, однако, продолжали настаивать, что все это незаконно, поскольку состав по растрате не идентичен вменявшемуся ранее в вину мошенничеству. При этом они обращали внимание на то, что даже даты совершения этих правонарушений не совпадают.

Защитники попытались добиться в Мещанском суде и снятия ареста с имущества подследственных, поскольку банк уже отказался от исковых претензий к ним, так как они были удовлетворены в досудебном порядке в рамках мирового соглашения. Любопытно, что требование о снятии ареста поддержал и адвокат Владислав Тепляшин, представлявший потерпевшего по делу Шерзода Юсупова. Но представитель СКР заявила, что вопрос о снятии ареста с имущества поставлен преждевременно, поскольку может быть разрешен только в ходе рассмотрения самого дела. В итоге председательствующая согласилась с позицией следствия и Генпрокуратуры, отклонив все требования адвокатов. Слушание дела судья Анна Сокова назначила на 2 февраля.

«Расследование уголовного дела против наших коллег, в котором нет ни состава преступления, ни потерпевших, длилось почти два года,— заявили в Baring Vostok.— За это время следствию так и не удалось найти хоть каких-то доказательств их вины или злого умысла. Все строится на домыслах и допущениях. Считаем, что наши коллеги абсолютно невиновны и всегда действовали в интересах банка и вкладчиков, что они и намерены доказать в рамках открытого судебного процесса».