Скандальное выступление генерала Попова предложено информационно разрулить

Вокруг видеоролика с командующим 58-й армии генералом Иваном Поповым, критикующим ситуацию в войсках, развивается скандал. Некоторые Telegram-каналы утверждают, что Попов уже отстранен от службы (официально таких подтверждений нет). Бывший пресс-секретарь командующего Южным военным округом, полковник запаса Геннадий Алехин, близко знакомый с ситуацией, поделился мнением о произошедшем.

— Расскажите, вы поддерживаете какие-то контакты с 58-й армией сейчас? Знаете ли лично самого Ивана Попова и депутата Андрея Гурулева, опубликовавшего его заявление?

— Попов — командующий 58-й армией полтора месяца, а я служил в 58-й армии 25 лет назад, с первого дня ее основания. С Гурулевым лично я не знаком. Но по отзывам, Гурулев был хорошим командиром, мне говорили сослуживцы. С 58-й армией держу связь, бываю там, несмотря на то что я в запасе, нахожусь в их информационной среде.

— Что, по вашему мнению, произошло в 58-й армии и почему этот инцидент с Иваном Поповым получил такую огласку?

— Обращу внимание на три вещи. Во-первых, столетиями был незыблемый принцип в армии — единоначалие. Если не будет единоначалия, будет махновщина и бардак. Такие заявления (Попова) приводят к партизанщине. Вам что, Пригожина мало 24 июня? Хотя я душой болею за армию, но на мой взгляд, такие заявления вносят сумятицу и разноголосицу.

Во-вторых, приведу маленький, но знаковый пример. Во время второй чеченской кампании, когда я был начальником пресс-центра объединенной группировки федеральных войск на Северном Кавказе, на моих глазах как только ни пытались СМИ стравить знаковых генералов Виктора Казанцева и Геннадия Трошева. Не получилось у них, потому что генералы говорили сухо, но точно и конкретно, — «слухи и сплетни не комментируем».

Конечно, были разногласия, они везде бывают во время любых войн. Не исключение и вторая чеченская кампания, когда брали штурмом Грозный в 2000 году. Москва торопила, генералы говорили: «Не торопите нас!» Но любые разногласия решались на совещаниях. Никогда ни Трошев, ни Казанцев не позволяли себе катить бочку и публично высказываться против начальника Генштаба, в тот момент им был Квашнин. Они соблюдали четкую субординацию в армейских рядах. И это было правильно, на мой взгляд.

Что касается этого случая — я не хочу занимать чью-то сторону, но зачем эти вопросы публично говорить перед личным составом? Там, видимо, возникли разногласия между командующим 58-й армией и начальником Генштаба, вполне это допускаю.

Встал вопрос о ротации — действительно, некоторые подразделения нуждаются в элементарном отдыхе, длительное пребывание на передке сказывается и на психологии. И, видимо, на моментах контрбатарейной борьбы. Я могу предположить, что из-за этого могли возникнуть какие-то трения. Это обычное дело, на совещаниях такое бывает.

На мой взгляд, в такое напряженное время не нужно это дело публично освещать. Тем более молчание Минобороны в данной ситуации не очень хорошо влияет на всю информационную составляющую. Я знаю Конашенкова, он меня менял в Ростове в мае 2003 года, когда я был начальником пресс-службы. Мне кажется, в данной ситуации официальный представитель Минобороны должен как-то высказаться по этому случаю.

Был 24 июня Пригожин, рейд на Москву — три раза выступал Верховный главнокомандующий. Вы видели хоть одно выступление представителя Минобороны из информационного сопровождения? И я не видел и не слышал. Выступили Суровикин ночью и Алексеев. Все, больше никого не было. Боюсь, что то же самое повторится и сейчас. Это не рядовой солдат выступил, не рядовой комбат, а командующий 58-й армией. По мнению многих специалистов, это самое боеспособное объединение Вооруженных сил РФ, и они сейчас находятся на направлении главного удара ВСУ, сдерживают атаки.

С информационной точки зрения это подарок на блюдечке с голубой каемочкой специалистам противоположной стороны, ципсошникам и представителям нашей оппозиции. Это для них повод поерничать и поиздеваться.

Один из главных непреложных законов информационной войны — идти на опережение, меня так, во всяком случае, учили еще в 90-х годах. Но что имеем, то имеем. Моя точка зрения — надо как-то отреагировать. Это не рядовой случай. Вон интернет как бурлит и будет бурлить! Надо это как-то объяснить общественности.

— Вам известно, действительно ли озвученные Поповым проблемы имели место в 58-й армии?

— Да знают все прекрасно эти проблемы! Есть штаб объединенной группировки, который находится в Ростове, есть группировка Юг, где 58-я армия находится в зоне боевых действий. Доклады шли, просто, видимо, погорячились обе стороны — командующий 58-й и начальник Генерального штаба. И потом — может, уже посоветовали командующему армии, может, сам решил, а может, играет синдром Пригожина. «Те на Москву пошли — это мятеж. А я наоборот, хочу доложить о проблемах».

Ты это озвучь на совещании, как-то еще. А он говорит подчиненным, что «меня сняли, жду куда меня в дальнейшем определят»! Это не очень правильно. Вокруг этого пошла плясать губерния, начинают придумывать разные версии.

У меня еще не было конкретных разговоров с ребятами из 58-й армии, с ветеранами, которые следят за этими событиями, и с оставшимися во Владикавказе в штабе офицерами. Судя по тому, что Гурулев дал сообщение, и за сутки никто не опроверг, значит, видимо, правда.

— Может ли эта новость быть специальной разогнанной информационной кампанией, чтобы «раскачать лодку»?

— Хотя это маловероятно, но я допускаю это. Скорее всего, это было на эмоциях. Но допускаю, что вброс был сделан специально. Не исключаю такой возможности.

Помните, был в свое время накат на Герасимова после требований Пригожина, когда он разговаривал в курилке в штабе Ростова? И потом Герасимов исчез из поля зрения. А три дня назад показали, как он дает указания, заслушав доклады по уничтожению С-200. В принципе, это правильно показать, что Герасимов на месте, это нормальный ход, хотя, на мой взгляд, запоздалый. Синдром Пригожина 24 июня, потом 29 июня встреча верховного с Пригожиным и с 35 командирами — могу допустить, что это звенья одной цепи. Очередная попытка наката на руководство Минобороны.

До конца никто не знает о ситуации с тем же Пригожиным, с тем же Поповым. Может быть, даже и не узнаем об этом. Но здесь кроется подводная мина в том, что это ведет к разброду и шатанию. А люди на той стороне поднимут это и начнут трезвонить. Общество наше не отошло еще от пригожинского рейда, а тут командующий 58-й армией тоже! Значит, что-то там у них неладно, подумает обыватель.

Для кого информационная работа ведется? Для солдат в окопах? Они выполняют свои задачи. Я 24 июня смог дозвониться до некоторых командиров 58-й армии, они мне сказали: «Тимофеевич, да нас меньше всего волнует, что творится в Ростове и на подступах к Москве. Мы выполняем конкретные задачи своих командиров!»

Как повлияет то, что сейчас происходит, мне трудно сказать. Но эту ситуацию надо как-то информационно разруливать. Информационные структуры Минобороны — в первую очередь, профильный департамент — должны как-то на это отреагировать. Молчать, засунув голову в песок, как страус — это не выход.