СК проверит «Трансаэро» на махинации с отчетностью и сговор с банками

Фактически обанкротившаяся авиакомпания «Трансаэро» могла несколько лет преднамеренно вводить банки и надзорные органы в заблуждение, манипулируя своей отчетностью при получении кредитов и госгарантий. Это следует из копии депутатского запроса Дмитрия Ушакова (фракция «Справедливая Россия»), направленного в пятницу на имя председателя Следственного комитета России Александра Бастрыкина. Депутат, аргументируя свою позицию, также выдвинул гипотезы о сговоре между «Трансаэро» и банками-кредиторами на получение необеспеченных займов, о преднамеренном доведении компании до банкротства ее менеджментом.

— На основании изложенного прошу Вас, уважаемый Александр Иванович, проверить изложенные в настоящем депутатском запросе факты и дать правовую оценку... действиям менеджмента ОАО «АК «Трасаэро» на наличие признаков мошенничестве либо намеренного введения в заблуждение менеджментом ОАО «АК «Трансаэро» кредиторов и надзорных органов (Росавиация, Минтранс и др.), возможном сговоре между ОАО «АК «Трансаэро» и банками-кредиторами на получение необеспеченных кредитов, либо о преднамеренном доведении до банкротства ОАО «АК «Трансаэро», — пишет Ушаков.

По мнению депутата, финансовые проблемы у авиакомпании возникли гораздо раньше, чем в 2015 году. Выводы Ушакова, как он указывает в обращении Бастрыкину (копия запроса есть у «Известий»), основаны на изучении отчетности компании за 2011-2014 годы. Депутат выделил три ключевых момента, которые могут указывать на мошенничество компании. Первый — это постоянная переоценка бренда компании на протяжении четырех лет, с помощью которой скрывались масштабные убытки и дефицит собственного капитала. Второй — нарушение правил бухгалтерского учета, третий — пересчет финансовых показателей за предыдущие отчетные периоды вразрез с правилами МСФО [международные стандарты финотчетности], таким образом, чтобы они играли на руку авиакомпании.

Чудесный бренд и снисходительный аудитор

Так, с 2010 по 2014 годы стоимость бренда «Трансаэро» увеличилась более чем в 94 раза, с 650 млн рублей до 61,3 млрд рублей. Это абсолютный рекорд среди российских компаний, отмечается в запросе.

— «Трансаэро» осуществил дооценку рыночной стоимости товарных знаков по состоянию на 01.01.2011 года на сумму 1,65 млрд рублей (стоимость собственного бренда), — пишет Ушаков, — Аудитор ООО «РСМ Русь» в аудиторском заключении по бухгалтерской отчетности за 2013 год указывает, что не получил достаточных аудиторских доказательств того, что указанная стоимость определялась по текущей рыночной стоимости ... То есть аудитор признает, что не может проверить обоснованность данной переоценки товарного знака «Трансаэро», а переоценка не соответствует требованиям действующего законодательства.

В 2014 году произошел наиболее существенный скачок в стоимости нематериальных активов, с 2,1 млрд до 61,3 млрд рублей. В аудиторском заключении к отчетности «РСМ Русь» снова отмечает, что аудитор «не получил достаточных аудиторских доказательств того, что указанная выше стоимость соответствует принципам определения справедливой стоимости нематериальных активов». Такое повышение стоимости бренда компании выглядит как способ замаскировать убытки, следует из запроса, «переоценка не соответствует требованиям действующего законодательства».

— Совокупный финансовый результат периода (за 2014 год) вместо 44,65 млрд рублей, без переоценки стоимости брэнда «Трансаэро», составил бы 44,65-59,14 = -14,49 млрд рублей, то есть убыток в сумме 14,49 млрд рублей, — отмечает Ушаков. — ... Собственный капитал, по данным консолидированной отчетности «Трансаэро», в 2013 году достиг отрицательного значения 19,74 млрд руб. Добавив к нему убыток за 2014 г., должен образоваться дефицит собственного капитала свыше 33 млрд рублей. Но после дооценки стоимости товарных знаков и синхронном увеличении статьи «резерв переоценки» собственный капитал ОАО «АК «Трансаэро» составил не минус 33 млрд рублей, а плюс 33 млрд рублей.

Опрошенные эксперты сходятся во мнении, что аудиторское заключение было дано объективно, но крупнейшие аудиторские компании, как правило, относятся к своим клиентам строже и вряд ли бы признали такую отчетность достоверной.

— Аудитор высказал оговорки, они в принципе с похожим содержанием высказывались из года в год. Заключения «РСМ Русь» достаточно логичны. Но ни один аудитор из «большой четверки» (PWC, Deloitte, KPMG, E&Y) эту отчетность достоверной не признал бы, — считает заместитель гендиректора ИК «Регион» Анатолий Ходоровский. 

«РСМ Русь» учреждена в 1995 году, сейчас принадлежит Татьяне Газеевой (11%) и Елене Лоссь (89%). Выручка за 2014 год — 236,3 млн рублей, чистая пирбыль заявлена на уровне 1,4 млн рублей. Среди клиентов компании — «Автодор», «Ростех», «Объединенная судостроительная корпорация», «Объединенная авиастроительная корпорация», «Россети» и проч.

Произвольная дооценка стоимости брэнда «Трансаэро» может свидетельствовать либо о подлоге и недостоверности бухгалтерской отчетности, либо о попытке менеджмента ОАО «АК «Трансаэро» скрыть убытки второй финансовый год подряд, пишет Ушаков. 

Все это позволило «Трансаэро» привлекать кредиты и выпускать ценные бумаги, увеличивая собственный капитал, отмечает он. Как говорят эксперты, «РСМ Русь» в этой ситуации претензий предъявить едва ли получится. Аудитор в заключении к отчету по крайней мере за 2014 год и так обозначил ключевые проблемные моменты, говорит руководитель группы налоговой практики «Пепеляев групп» Леонид Кравчинский.

Также депутат обращает внимание на то, что авиакомпания по сути нарушала требования формирования финотчетсности. Согласно требованиям МСФО и российским стандартам бухгалтерского учета (РСБУ) все валютные статьи в отчетности должны быть переведены в рубли, перевод этот осуществляется по курсу на конец отчетной отчетного периода. «Трансаэро» же, утверждает депутат, переводила валюту в рубли по курсу на дату валютной операции. По оценкам депутата, авиакомпания за счет игры на разных курсовых значениях отразила объем рублевых потерь почти в два раза меньше, чем должна была.

— Согласно консолидированной финансовой отчетности «Трансаэро» в 2014 году, отрицательная курсовая разница составила 9,5 млрд рублей. Если бы требования МСФО и ПБУ соблюдались бы компанией, то курсовая разница увеличилась бы до 19 млрд рублей, — подчитал Ушаков. — Игнорирование указанных требований привели к сокрытию убытков «Трансаэро» и искажению отчетности компании, что, в свою очередь, привело к недостоверному информированию инвесторов и кредиторов «Трансаэро» о финансовом положении компании.

«Трансаэро» уличили в активной редактуре задним числом

«Трансаэро» не раз меняла отчетность задним числом, утверждает Ушаков, — делая корректировки, «в результате которых существенно изменились размеры отдельных активов и пассивов, а также существенно изменился финансовый результат». Например, в отчетности за 2013 год, основные средства компании за 2013 год составляли более 13 млрд рублей, в отчетности за 2014 год этот же показатель предыдущего периода пересчитан в меньшую сторону — до 8 млрд рублей. Аналогичная ситуация с «непокрытым убытком» за 2013-й: он вырос с течение времени с 266 млн рублей до 32 млрд рублей. 

По мнению юристов такие манипуляции — один из способов сбалансировать «активы» и «пассивы» в бухгалтерском балансе.

Некоторые корректировки были сделаны спустя два года: так, непокрытый убыток 2012 года в 2014 году оказался выше на 15 млрд рублей, пишет Ушаков.

— В отчетности за I полугодие 2015 года дыра в балансе еще больше увеличилась, поэтому авиакомпании пришлось в нематериальные активы добавить еще и программное обеспечение за 7 млрд рублей. Это противоречит правилам бухгалтерского учета (если речь не идет об уникальном софте, что вполне возможно), но «Трансаэро» это не смутило, — говорит авиаэксперт Андрей Крамаренко.

По мнению аналитиков, в запросе Ушакова правильно проанализирована финансовая ситуация «Трансаэро», однако доказать возможные махинанции и умысел бедут нелегко.

- Да, была крайне странная отчетность. В отчетностях за 2012 и 2013 года были явно скрыты многомиллиардные убытки. Это не секрет, что Плешаковы [супруги владели контрольным пакетом акций компании] жили не бедно, но никаких доказательств того, что акционеры выводили деньги, нет, - говорит Крамаренко.

Плешаков связывает банкротство с остановкой продаж билетов

Авиакомпанию «Трансаэро», вероятнее всего, ждет банкротство. 1 сентября на совещании у первого заместителя председателя правительства Игоря Шувалова было принято решение о том, что страдающую от нехватки средств авиакомпанию купит «Аэрофлот» за один рубль. Через некоторое время гендиректор компании Ольга Плешакова покинула свой пост, передав свой пакет акций мужу, экс-председателю совета директоров Александру Плешакову. Как выяснилось, владельцами акций были не только супруги Плешаковы, но и их дети. Размер пакета акций, которым владели дочери Плешаковых, не назывался. Гендиректором «Трансаэро» был назначен Дмитрий Сапрыкин, бывший заместитель гендиректора «Аэрофлота». Но Плешаков не успел вовремя консолидировать необходимый пакет акций (у семьи было менее 75% акций) и сделка не состоялась.

Сейчас авиакомпания лишена основного способа заработка средств — продажа билетов на ее рейсы была остановлена 1 октября. В связи с этим решением нового руководства «Трансаэро», как писали «Известия» (izvestia.ru/news/592653), Плешаков выслал Сапрыкину письмо, в котором он связал с банкротством именно прекращение продажи билетов — то есть владелец «Трансаэро», насколько это было в его силах, постарался снять с себя ответственность.

Многие аэропорты планировали остановить обслуживание самолетов «Трансаэро», но «Аэрофлот» договорился с аэропортами. Перевозка билетов продолжится до 15 декабря 2015 года — ее «Аэрофлот» осуществляет за счет собственных средств.

Процедуру банкротства «Трансаэро» могут начать кредиторы. По заявлению главы ВТБ Андрея Костина от 2 октября, банк уже готовит соответствующие иски. По его словам, банк кредитовал «Трансаэро» только по просьбе правительства и 90% из 12-миллиардоного кредита обеспечено госгарантиями. Общая сумма долга «Трансаэро» оценивается примерно в 260 млрд рублей. Из отчетности компании за 2014 год следует, что в список ее кредиторов входят — ВТБ, Сбербанк, МКБ, Промсвязьбанк, Новикомбанк, Газпромбанк, Международный финансовый клуб, Альфа-банк, МТС-банк, РСХБ, Открытие, Банк Балтийское Финансовое Агентство, Московский Индустриальный банк, Еврофинанс, Моснарбанк, Глобэксбанк, Абсолют Банк. 

На вопросы «Известий» банкам, были ли они в курсе финансового положения «Трансаэро» перед выдачей ей кредита — и если нет, то почему не был проведен достаточный анализ аудиторских данных — банки в большинстве своем не ответили.

В пресс-службе «Сбербанка» заметили, что банк не знакомился с заключением аудиторской компании «РСМ Русь».

— Нам оно не известно. Все кредиты выдавались до девальвации, когда операционная модель была стабильной. Последний небольшой кредит был выдан «Трансаэро» в октябре 2014 года. Это был стабилизационный кредит на операционное закрытие года. Кредит был выдан под жесткие гарантии перестроить бизнес-модель компании. Для подготовки такой бизнес-модели нам было обещано нанять известных на рынке аудиторов и консультантов. «Трансаэро» это обещание не сдержало. Подобной тактики мы придерживались в ситуации с компанией «Ютэйр». В ситуации с «Ютэйр» данный подход показал позитивные результаты, — сообщили в Сбербанке.

— Обоюдная выгода между «Трансаэро» и кредиторами, несомненно, существовала, — говорит гендиректор консалтинговой компании Infomost Борис Рыбак. — Управляющим в банках очень важны крупные капиталоемкие сделки. Сделка с крупными компаниями по 60 млн рублей никому не интересна, вот сделка на $1 млрд — это другой разговор. Любой профессионал банку может рассказать все что угодно про свою кредитоспособность, особенно если банк хочет это услышать. Не могу исключать, что в истории с «Трансаэро» именно так и было.