Сергею Хачатурову не удалось оптимизировать приговор

Мосгорсуд (МГС) заново рассмотрел апелляционную жалобу защиты бывшего основного совладельца ПАО «Росгосстрах» (РГС) Сергея Хачатурова и гендиректора ООО «Техника и автоматика» Надежды Клепальской на приговор, вынесенный предпринимателям в прошлом году. Два месяца назад МГС кардинально изменил решение суда первой инстанции, сняв одно из обвинений, переквалифицировав другие и резко смягчив назначенное осужденным наказание. На этот раз Мосгорсуд фактически оставил первый приговор в силе, лишь на полгода снизив назначенные предпринимателям за растрату, мошенничество и легализацию сроки: теперь у господина Хачатурова он составляет 7,5 года колонии общего режима, у госпожи Клепальской — 5,5 года.

Апелляционной инстанции МГС пришлось возвращаться к рассмотрению жалоб защиты Сергея Хачатурова и Надежды Клепальской на вынесенный им в прошлом году приговор после того, как недавно Второй кассационный суд, куда обратилась с протестом уже прокуратура, вернул дело на новое рассмотрение.

Сергей Хачатуров и Надежда Клепальская, как не раз ранее сообщал “Ъ”, обвинялись в мошенничестве и легализации около 6 млрд руб. (ст. 159 и 174.1 УК РФ), а также присвоении и растрате имущества на 2,2 млрд руб. (ст. 160 УК РФ). По версии ФСБ, растрата заключалась в выводе паев ЗПИФ «Недвижимость Невский». Они находились на балансе компании «РГС-Активы», которая принадлежала Сергею Хачатурову, а их вывод был осуществлен в 2017 году накануне смены собственников. Эпизод мошенничества касается сделки по выводу с баланса принадлежащей бизнесмену компании «РГС-Активы» 3,6% акций ПАО «Росгосстрах». Они были внесены в уставный капитал подконтрольной подсудимому фирмы «Техника и автоматика» (ТиА), гендиректором и основным владельцем которой значилась Надежда Клепальская. Взамен компания «РГС-Активы» получила 1,6% акций ТиА. В конце августа 2017 года, когда по требованию ЦБ РФ шла консолидация акций РГС, этот пакет был продан на Московской бирже банку «Траст».

После сделки и уплаты налогов господин Хачатуров инвестировал полученные им 4,4 млрд руб. в процентные векселя Альфа-банка, получив доход в размере 59 млн руб., а затем в евробонды. Эти сделки следствие трактовало как легализацию похищенного. Сергей Хачатуров и Надежда Клепальская вины не признавали. В июле прошлого года Дорогомиловский райсуд тем не менее приговорил их к восьми и шести годам колонии соответственно.

В минувшем октябре Мосгорсуд кардинально изменил приговор, переквалифицировав обвинение с мошенничества и растраты на ст. 165 УК РФ (причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием) и оправдав подсудимых по статье о легализации. Мотивируя это решение, апелляционная инстанция фактически согласилась с доводами защиты. Напомним, адвокаты на протяжении следствия и процесса настаивали на том, что мошенничества и растраты не могло быть по определению, поскольку все фирмы, участвовавшие в упомянутых сделках, являлись собственностью господина Хачатурова и, соответственно, он не мог похитить у себя свое же имущество. Обвинение же в легализации, говорила защита, также необоснованно, поскольку господин Хачатуров продал собственное имущество и полученные за него средства мог использовать на совершенно законных основаниях.

В итоге госпоже Клепальской было назначено условное наказание, и она вышла на свободу. Господину Хачатурову снизили срок с восьми до четырех лет. С учетом времени, проведенного в СИЗО, он должен был выйти на свободу в январе. Однако решение кассационного суда вернуло Надежду Клепальскую под арест, остался в заключении и Сергей Хачатуров.

На этот раз апелляционная инстанция МГС согласилась с приговором райсуда, лишь сократив каждому из осужденных срок наказания на полгода. «У Московского городского суда, видимо, не хватило возможностей, чтобы остаться на ранее установленной им самим и, очевидно, единственно возможной позиции, что хищение собственного имущества невозможно,— сказал “Ъ” адвокат Алексей Мельников.— Это вопрос, от которого принципиально зависит возможность ведения в России бизнеса как такового. Мы с приговором категорически не согласны и обжалуем его».