Семейный исход: почему Борис Минц покинул список Forbes и Россию

Еще в прошлом году Forbes оценивал состояние основного владельца O1 Group Бориса Минца в $1,3 млрд. Теперь предприниматель не только покинул рейтинг долларовых миллиардеров, но и не входит в список 200 богатейших бизнесменов России. Это произошло после того, как впервые была опубликована отчетность O1 Group, и оказалось, что долги холдинга практически равны чистым активам входящих в него компаний ФГ «Будущее» и O1 Properties. 

Минц покинул не только список Forbes. Как сообщили «Ведомости» со ссылкой на свои источники, бизнесмен вместе с семьей перебрался из России в Великобританию и теперь живет в Лондоне. Впрочем, как рассказал Forbes один из знакомых Минца, бизнесмен и так редко бывал в России и не является ее налоговым резидентом (то есть проводит в стране менее 180 дней в году). А РБК еще в феврале писал, что по информации с сайта правительства Мальты, среди ее граждан фигурирует полный тезка Бориса Минца. «Но вот тот факт, что сыновья уехали, — действительно странно», — говорит один из собеседников Forbes. Источник «Ведомостей» объяснял отъезд напряженной ситуацией, которая сложилась для бизнеса Минцев. 
 
«Если мы все грохнемся, значит, страна грохнется», — амбициозно заявлял в 2015 году старший сын Бориса Минца Дмитрий (вместе с братьями Александром и Игорем он вовлечен в управление O1 Group). Сейчас активы Минцев за долги могут забрать сразу два влиятельных игрока: банк «Открытие», перешедший под контроль ЦБ, и концерн «Россиум» Романа Авдеева6. Партнер последнего — группа «Регион», обслуживающая «Роснефть».

История роста

Девелоперский бизнес O1 Properties начал формироваться, еще когда Борис Минц был акционером банка «Открытие». В 2006 году банк приобрел площадку для строительства бизнес-центра Vivaldi Plaza рядом с Павелецким вокзалом. Часть этого центра и отошла компании O1 Properties Бориса Минца, которую тот создал в 2010 году. Он решил заняться девелопментом после того, как его партнер и совладелец «Открытия» Вадим Беляев не стал выкупать пять бизнес-центров у Сергея Гордеева, занимавшего тогда пост сенатора от Пермского края. Покупателем в итоге выступил Минц. Офисы общей площадью в 190 000 кв. м ему обошлись в $900 млн (с учетом долга), из них Гордеев получил наличными около $300 млн. 

К 2012 году Борис Минц вошел во вкус. O1 Properties купила бизнес-центры «Серебряный город» (Silver City), «Лесная плаза» (сегодня называется White Stone), Ducat Place III и знаменитую «Белую площадь» (White Square) у Белорусского вокзала. Причем если цена первых трех офисных комплексов колебалась в районе $300-400 млн, то сделка по покупке «Белой площади» оценивалась в $1 млрд. Большинство активов переходили вместе с долгами, которые только по «Белой площади» составляли $800 млн. Минц продолжал скупать активы до 2014 года и в результате превратил O1 Properties практически в монополиста на московском рынке офисов класса А. По-настоящему неудачной была только одна сделка — по покупке БЦ «Нахимовский, 58»: объект до сих пор не удается сдать в аренду. О1 Properties не только покупала бизнес-центры, но и «меняла» их на свои акции. Например, в 2015 году группа ИСТ Александра Несиса получила 4,5% О1 Properties в обмен на БЦ «Заречье». Ее акции также получили совладельцы Forum Properties Андрей Баринский и Владимир Зубрилин, отдавшие в управление Минцу «Аврора бизнес парк».

Параллельно с бизнес-центрами Борис Минц скупал пенсионные фонды — по примеру «Открытия», создавшего вокруг себя в 2011-2012 годах крупнейшую частную пенсионную группу. К 2016 году внутри O1 Group сформировалась внушительная коллекция НПФ с активами на 340 млрд рублей, которые были объединены в ФГ «Будущее». Минц покупал фонды не в последнюю очередь для того, чтобы финансировать собственные проекты в девелопменте, но, когда Центральный банк ужесточил требования к инвестиционным декларациям НПФ, делать это пришлось через нетривиальные схемы взаимного финансирования. По данным на конец 2015 года, НПФ Минца инвестировали в бумаги партнеров: в структуры «Открытия», акции которого бизнесмен продал в 2013 году (49 млрд рублей), группы «ИСТ» (около 35 млрд рублей), в O1 Group (8 млрд рублей). Они также держали на депозитах и счетах в Московском кредитном банке Романа Авдеева 34 млрд рублей. При этом O1 Group должна была МКБ около 24 млрд рублей — кредиты брались в том числе на покупку НПФ, по этому долгу была заложена большая часть пенсионного бизнеса Минца.

История краха

Крупным кредитором O1 Group был и банк «Открытие», рухнувший в августе 2017 года. Накануне санации компания «О1 Груп Финанс», подконтрольная О1 Group, всего за час выпустила облигации на 65 млрд рублей. Часть бондов была выкуплена «Открытием», одновременно структуры Минца погасили кредитную задолженность перед банком и вывели из-под обеспечения активы на 30 млрд рублей. В результате этих сделок вместо обеспеченных кредитов банк получил на балансе облигации «О1 Груп Финанс» — эти сделки очень не понравились временной администрации «Открытия», которая в октябре решила оспорить их и вернуть обеспечение.

Параллельно в суд на «Открытие» подала и ФГ «Будущее». Дело в том, что O1 Group успела обменять кредиты на облигации накануне краха «Открытия», однако не вошла в число продавцов акций банка — в отличие от пенсионных фондов «НПФ электроэнергетики», «Лукойл-Гарант» и РГС (входили в группу «Открытие»). Они за день до объявления о санации банка продали около 13% его акций и смогли избежать убытков после того, как бумаги рухнули на 60%. Продавцом выступил банк «Траст», находившийся на санации у «Открытия». ФГ «Будущее» (владела 4% акций «Открытия») на эту распродажу приглашена не была, хотя считает, что «Траст» обязан был выставить соответствующую оферту. Сейчас НПФ «Будущее» (крупнейший в пенсионной группе Минца) пытается отсудить у «Траста» около 12 млрд рублей — в такую сумму генеральный директор группы Марина Руднева оценивала потери из-за списаний по акциям «Открытия».

Чувствительным ударом по пенсионному бизнесу Минца оказались и вложения в облигации Внешпромбанка (лишился лицензии в 2016 году) и банка «Пересвет» (отправился на санацию в 2017 году) — всего на 10 млрд рублей. Кроме того, у фондов были вложения и в компании, связанные с девелоперским бизнесом Минца, часть из которых допустила дефолты и занимается реструктуризацией своих обязательств. Все это привело к тому, что 2017 год ФГ «Будущее» закончила с убытками в 16,4 млрд рублей. 

Параллельно у фондов группы «завис» депозит на 13,6 млрд рублей в Промсвязьбанке. До этого НПФ «Будущее» владел 10% его акций, которые продал на бирже за день до санации. Как и в случае с заменой кредитов «Открытия», Центральный банк считает эти сделки сомнительными и пытается «развернуть» их в судебном порядке. Недавно нынешний председатель правления «Открытия» Михаил Задорнов говорил, что уже сомневается в том, что сможет вернуть 100% долга O1 Group, но еще надеется получить часть активов на баланс банка. По иску «Открытия» Московский арбитражный суд наложил арест на акции кипрской компании «О1 Пропетиз Лимитед» и бизнес-центр Nevis. 

Будущее «Будущего»

Впрочем, на активы Минца претендует не только новое руководство «Открытия». 75% + 1 акция ФГ «Будущее» все еще находится в залоге у МКБ. В залоге у банка находится и около 62% O1 Properties. Это в беседе с Forbes подтверждал Роман Авдеев. Как именно девелоперский бизнес попал в залог, он не уточнял. Собеседник Forbes, хорошо знакомый с бизнесом О1 Properties, предполагает, что это могло произойти в конце 2017 года, когда Минц взял в МКБ еще один кредит, пытаясь закрыть «дыру» в пенсионных фондах. «Это была стратегическая ошибка, в итоге он все потерял», — сожалеет собеседник Forbes: по его мнению, спасать нужно было девелоперский бизнес. 

В начале марта 2018 года O1 Group выпустила неожиданный релиз, в котором сообщила, что продаст свой пакет в О1 Properties компании «Лайса» — рекламному подрядчику РЖД. При этом частью сделки является обязательство по выплате кредита О1 Group перед МКБ на общую сумму в 25 млрд рублей. Авдеев признался Forbes, что узнал об этом из газет. «Естественно мне это не понравилось, — возмущается банкир. — Но я верю, что кредит будет возвращен». Для большей уверенности Авдеев перевел кредит на концерн «Россиум», после чего работой по его взысканию занялась компания Riverstretch Trading & Investment (RT&I). Ранее она прославилась тем, что выкупила у Сбербанка долговые обязательства структур экс-владельца «Дон-строя» Максима Блажко на $532 млн, залогом по которым был бизнес-центр Nordstar-Tower, и добилась мирового соглашения. Источники Forbes, знакомые с бизнесом Авдеева, считают, что RT&I может действовать в интересах группы компаний «Регион», обслуживающей «Роснефть». Как писал Forbes, МКБ в последнее время стал одним из банков, помогающим нефтяной компании привлекать валютное финансирование. По информации источников «Ведомостей», именно RT&I может в скором времени стать владельцем бизнес-центров Минца. В «Регионе» утверждают, что никакого отношения к ним RT&I не имеет. 

Общая задолженность O1 Properties в конце 2017 года составляла $3,32 млрд при оценочной стоимости активов порядка $4,23 млрд (это 15 бизнес-центров площадью 743 000 кв. м). Стоимость акционерного капитала за вычетом долга — $867,4 млн, говорится в отчетности компании. Чистый арендный доход — $258,8 млн, при этом убыток составляет $116,15 млн. «Этот убыток носит исключительно бумажный характер и связан с переоценкой недвижимости О1 Properties, — объясняет директор PwC Саян Цыренов. — Денежный поток, генерируемый компанией, был положительным — его хватало не только на обслуживание долга, но и на выплату дивидендов акционерам».

Что ждет ФГ «Будущее»? Минц еще в начале этого года хотел продать фонды и вел переговоры со Сбербанком, сообщали три источника Forbes. Но Сбербанк не устроило качество активов, писал позже «Коммерсантъ». Проблема фонда в том, что ему необходимо заменить порядка 40% активов, согласно консервативной оценке, говорит собеседник Forbes, близкий к НПФ. Впрочем, особенностью фонда на рынке считали тот факт, что главой совета директоров несколько лет был Алексей Кудрин, который покинул этот пост в середине мая из-за назначения на должность главы Счетной палаты. «Скорее всего у фонда не будут отзывать лицензию в том числе и по этой причине — согласно нормам о деловой репутации, глава совета директоров будет под ударом в случае краха компании в течение года», — говорит собеседник Forbes на пенсионном рынке.

Один из собеседников Forbes, близкий к одному из пенсионных фондов, говорит, что фонду «Согласие» Романа Авдеева (еще 10% — у «Региона») уже были переданы для анализа инвестпортфели НПФ Минца. Но пока никакого решения не принято. По словам источника Forbes, близкого к НПФ «Будущее», процедура передачи фонда «под колпак» взыскателей долга может состояться уже в июле-августе. При этом НПФ «Согласие» в ближайшее время может объединиться с НПФ «Нефтегарант» «Роснефти».

Фактически потеряв O1 Group, Борис Минц сохранил за собой довольно мало ликвидных активов. В периметр О1 Properies, например, не входят БЦ «Аврора» и «Большевик». На их территории реализуются проекты по строительству жилья, объясняет собеседник Forbes в крупной международной консалтинговой компании по недвижимости. Знакомые Минца рассказывают Forbes, что на Лазурном Берегу у семьи бизнесмена есть вилла и яхта, где тот регулярно устраивал вечеринки для друзей и партнеров. Кроме того, он слышал, что бизнесмен покупал участки в Новой Зеландии. «Но их цена, как и коллекции русского импрессионизма, ни в какое сравнение не идет со стоимостью того бизнеса, который он [Борис Минц] потерял», — резюмирует источник Forbes. По его словам, коллекция картин, принадлежащая Минцу (на ее покупку он потратил больше $25 млн, как рассказывал Forbes), покинула Россию вместе с ним. Сейчас стены Музея русского импрессионизма, открытого Минцем на территории фабрики «Большевик», действительно пустеют. Как утверждают в самом музее — из-за переэкспозиции и ремонта. После завершения работ все картины вернутся на место, и эмиграция Минцев никоим образом на работе заведения не скажется, заверили в музее. По словам собеседника Forbes, Борис Минц всегда находится на связи с музеем, и его финансирование (около $1,5 млн в год) останется прежним.