В феврале 2018 г. Schlumberger отправила в ФАС очередное ходатайство о покупке доли в EDC, но какую именно компания предлагала сделку, было не известно.
«Ведомости» выяснили, что Schlumberger запросила у ФАС разрешения купить не 51%, как было раньше, а только 49% в EDC. Нефтесервисная компания планирует, кроме того, покупать эту долю не напрямую, а через совместное предприятие, в котором у Schlumberger будет 49%, а у ее пенсионного фонда – 51%. О такой структуре предложения «Ведомостям» рассказали собеседник, близкий к одной из сторон готовящейся сделки между Schlumberger и EDC, а также человек, видевший условия поданной в ФАС заявки Schlumberger.
Таким образом, нефтесервисная компания может стать бенефициарным владельцем всего 24% EDC. В заявке Schlumberger, правда, предполагается опцион на дополнительную долю акций EDC, говорит один из собеседников «Ведомостей», но каковы условия этого опциона, он не говорит. Подтвердить, что опцион указан в предложении Schlumberger, «Ведомостям» не удалось.
Schlumberger договорилась с акционерами EDC, что купит у них 51% компании, в конце июля прошлого года, а в августе министр природных ресурсов России Сергей Донской решил напомнить, что EDC – предприятие, имеющее стратегическое значение для России, так как компания работает на участках недр федерального значения. По стечению обстоятельств именно с 1 июля 2017 г. начали действовать поправки в закон № 57 «Об иностранных инвестициях в предприятия стратегического значения», которые запретили офшорным компаниям (а Нидерландские Антильские острова – офшор) претендовать на контроль в стратегических предприятиях, говорит антимонопольный юрист Илья Федотов. Формально Schlumberger попала под действие этих поправок, констатирует собеседник «Ведомостей», близкий к одной из сторон готовящейся сделки. Именно поэтому новая структура сделки может помочь обойти ограничения, уверен Федотов.
Представитель ФАС отказался обсуждать предложенные Schlumberger условия сделки с акциями EDC – по его мнению, эта информация составляет коммерческую тайну, носит гриф «Для служебного пользования» и не подлежит разглашению. Представители EDC и Schlumberger не ответили на вопросы «Ведомостей».
Одной из причин, мешающих одобрению сделки Schlumberger и EDC, стали санкции, признают собеседники «Ведомостей», рассказывавшие о структуре предложения. Было не ясно, как поступить с передачей российской стороне управления и контроля над EDC, если очередная волна американских санкций целиком накроет нефтяную отрасль России. Но ФАС урегулировала с Schlumberger условия согласования сделки, в том числе вопрос о передаче российской стороне управления и контроля в случае наложения новых санкций, говорил в конце марта замглавы регулятора Андрей Цыганов. ФАС готова вынести вопрос об одобрении сделки Schlumberger и EDC на ближайшую правительственную комиссию, говорил Цыганов. Но когда она может пройти, он не сказал.
Одновременно с Schlumberger РФПИ совместно с фондом Mubadala из ОАЭ намерены приобрести 16,1% в EDC, писал РБК. Эта сделка никак не исключает возможности продать нефтесервисной компании долю в EDC, заверяют оба собеседника «Ведомостей». Представитель РФПИ комментировать сделку с EDC отказался, а представитель Mubadala не ответил «Ведомостям».
Российский рынок нефтесервисных услуг очень привлекателен, сходятся во мнении президент «Союзнефтегазсервиса» Игорь Мельников и директор отдела корпораций Fitch Дмитрий Маринченко. Мельников указывает, что он быстро восстанавливается – следом за ценами на нефть, а у EDC около 20% российского рынка. Маринченко считает, что даже при низких ценах у нефтяников достаточно ресурсов, чтобы не слишком экономить на бурении и инвестировать в него: «Поэтому Schlumberger и хотела бы укрепить позиции на российском рынке, несмотря на все политические риски». В России в разработку вовлекаются все более сложные месторождения, требующие новых технологий, в частности методов увеличения нефтеотдачи пласта (гидроразрыв, горизонтальное бурение скважин и т. д.), уверен аналитик «Атона» Александр Корнилов. На этом можно хорошо заработать, считает он, особенно после того, как прекратит действовать соглашение России с ОПЕК об ограничении добычи нефти.
