Российские чиновники могли получить 100 миллионов долларов «комиссионных» от продажи «Запорожстали»

Financial Times опубликовала результаты 10-месячного расследования об источниках финансирования небоскреба Trump International Hotel and Tower Toronto, строительство которого велось с 2007 по 2012 г. Выводы расследования основаны на юридических документах, судебных заявлениях и более двух десятков интервью. Они показывают, как этот проект «связывает [нынешнего] президента США с теневым постсоветским миром, где политика и личное обогащение шли рука об руку», пишет FT.

Некоторые из выявленных финансовых операций показывают, как Дональд Трамп зарабатывал на привлечении денег, чье происхождение может оказаться сомнительным. Они также поднимают вопросы о том, может ли глава Белого дома из-за своих прошлых бизнес-операций оказаться уязвим для влияния информированных о них внешних сил (тем более что он в нарушение президентских традиций не избавился от долей в десятках компаний, составляющих Trump Organization). В числе таких операций может быть тайная выплата бизнес-партнером Трампа по проекту Trump Toronto «$100 млн московскому «решале», представлявшему поддерживаемых Кремлем инвесторов», пишет FT: «Этот платеж был частью серии транзакций, принесших миллионы участникам проекта в Торонто, который, в свою очередь, принес миллионы будущему президенту».

Партнером Трампа по Trump Toronto был Алекс Шнайдер, чья семья эмигрировала из СССР и в 1982 г. осела в Торонто. Шнайдер быстро стал одним из богатейших людей Канады – к 36 годам, в 2005 г., он уже попал в список миллиардеров Forbes с состоянием в $1,4 млрд. Его бизнес-империя с годовой выручкой $4 млрд раскинулась от Еревана до Торонто, писал тогда Forbes, перечисляя активы, в том числе: контроль над «Запорожсталью», четвертой по величине сталелитейной компанией Украины, сталелитейная компания в Волгограде, электросеть в Армении, активы в Израиле, Турции, Сербии, офисное здание и казино на Арбате в Москве. Все эти активы входили в холдинговую компанию Midland Resources, зарегистрированную на острове Гернси.

Дела давно минувших дней

Расследование FT уходит еще в советские времена, показывая, как люди, устанавливавшие связи с КГБ, с политиками позднесоветского и постсоветского периодов, могли с их помощью зарабатывать состояния. Как делать деньги на переходе от социализма к капитализму, Шнайдеру в начале 1990-х гг. показал другой осевший в Канаде советский эмигрант Борис Бирштейн, на дочери которого Шнайдер впоследствии женился. Бирштейн был одним из немногих бизнесменов, которым было разрешено проникать с Запада за железный занавес, пишет FT. «Я уже много лет веду бизнес с Советским союзом, – говорил Бирштейн в интервью в 1993 г. – Я начинал с Брежневым и каким-то образом смог занять в определенном смысле уникальное положение, я встречался со многими людьми и свел дружбу со многими очень влиятельными людьми».

В мае FT поговорила с бывшим офицером КГБ, который в 1980-е гг. работал в аппарате внешней разведки. Он поведал, как Коммунистическая партия и КГБ пытались спрятать деньги за рубежом, когда рушился СССР. Он также рассказал, что в конце 1980-х гг. Бирштейн был одним из западных бизнесменов, связанных с людьми из КГБ, которые занимались международными бизнес-проектами комитета. В 1991 г. компания Бирштейна наняла на год члена ЦК КПСС Леонида Веселовского в качестве консультанта по экономике. Но Веселовский, рассказал FT бывший офицер КГБ, также был высокопоставленным сотрудником службы внешней разведки КГБ и «организатором отмывания денег комитетом». (Найти Веселовского для получения комментариев FT не удалось; по словам бывшего офицера КГБ, он «исчез без следа».)

Заявление, что Бирштейн был «оперативником» КГБ, «абсурдно» и «заведомо ложно», сказал FT его адвокат.

Активную совместную деятельность Бирштейн и Шнайдер начали на Украине, в частности, занявшись торговлей металлами. «Борис очень многое сделал для него, – сказал газете бывший менеджер Midland, холдинговой компании бизнесменов. – [Шнайдер развивал бизнес] на основе того, что Борис для него создал».

«Бирштейн дал Шнайдеру некоторые доли в украинском стальном бизнесе», – писал в свидетельских показаниях в 2017 г. Эдуард Шифрин, который стал бизнес-партнером Шнайдера после Бирштейна, вышедшего из капитала Midland в 1996 г. В 2016 г. Шифрин подал арбитражный иск против Шнайдера в Лондоне.

Поначалу Бирштейн и Шнайдер перепродавали украинские металлы за границу (то есть были для Украины примерно тем же, чем в то же время для России – братья Рубены). А затем во время приватизации уже Шнайдер и Шифрин приобрели долю в «Запорожстали», заплатив в 2001 г. всего $70 млн. Через пять лет она будет оцениваться почти в 10 раз дороже, отмечает FT. Банкир Вадим Гриб, возглавлявший другой консорциум инвесторов, сказал недавно газете в Киеве, что конкуренция была нечестной: власти Украины покровительствовали Midland, присвоив ей статус стратегического инвестора. Связи были ключевым фактором, подтвердил FT Василь Хмельницкий, бывший партнером Midland на тендере: «Пятнадцать лет назад, чтобы быть успешным бизнесменом, нужно было иметь доступ к власть имущим».

Шнайдер и Шифрин расширяли бизнес, в том числе в России. Купленный в 2003 г. волгоградский металлургический завод «Красный Октябрь» был «одним из немногих остававшихся в России, что производили броневую и арматурную сталь, необходимую для оборонного сектора», сказал FT Матье Булег, эксперт лондонского Chatham House. По его мнению, чтобы получить разрешение на такую сделку, нужно было иметь хорошие связи в российском военном руководстве.

Откуда деньги?

В 2007 г. Шнайдер и Трамп под вспышки фотокамер золотыми лопатами начали выкапывать котлован для Trump Toronto на церемонии начала строительства небоскреба стоимостью 500 млн канадских долларов ($380 млн по текущему курсу). К 2010 г. строительство здания с 261 гостиничным номером и апартаментами должно было закончиться, но оно затягивалось. В октябре Шнайдер выделил на проект еще $40 млн. В последующие годы Трамп получит не менее $4 млн в виде лицензионных отчислений и выплат за управление (Trump Organization была оператором здания); скорее всего, гораздо больше, отмечает FT, потому что финансовая информация, раскрытая Трампом как кандидатом и президентом, охватывает лишь время с 2014 г. «Документы, с которыми ознакомилась FT, порождают серьезные вопросы относительно того, как компания Шнайдера зарабатывала деньги в течение периода перед решением инвестировать эти $40 млн в Trump Toronto», – пишет газета.

В октябре 2010 г. Шнайдер и Шифрин окончательно разделили бизнес. О том, что первому отойдут активы в Канаде, включая Trump Toronto, Доминикане и Израиле, а второму – российские, они договорились еще в 2008 г. По активам в других странах, в частности по «Запорожстали», решения не было; но в 2010 г. они ее продали.

В мае 2017 г. The Wall Street Journal со ссылкой на информированные источники сообщила, что инициатором сделки по покупке неизвестными покупателями доли Midland в «Запорожстали» стал российский ВЭБ, который также предоставил им средства. А часть полученных денег Шнайдер направил на достройку Trump Toronto. Но до сих пор было неизвестно, что Шнайдер и Шифрин тайно заплатили $100 млн комиссионных, которые могли быть перечислены российским чиновникам, пишет FT.

«Запорожсталью» интересовались корейская Posco, Роман Абрамович, Алишер Усманов, а также украинский бизнесмен Ринат Ахметов, основной владелец группы «Метинвест», писали украинские СМИ в конце мая 2010 г. Некий пул российских инвесторов во главе с ВЭБом якобы предложил за весь комбинат $1,7 млрд, перебив оферту Ахметова. В июле стало известно, что за свою долю 48% Midland получила через «Тройку диалог», участвовавшую в организации сделки, $850 млн. Эта цифра фигурировала в материалах Высокого суда Лондона, куда Ахметов обратился за компенсацией за срыв сделки с ним. В январе 2011 г. отраслевое издание MetalBulletin со ссылкой на материалы лондонского суда сообщило, что покупателями стали фирмы Atinia Ventures, Parborio Holdings, Belego Holdings, Sileni Trading и Equalchance Processing. Кто за ними стоит, до сих пор не известно.

Сделка под давлением, рекомендатель и решала

В мае 2010 г. Шифрин позвонил Шнайдеру из Москвы, пишет FT, основываясь на изученных документах, включая показания бывших партнеров по арбитражному делу между ними в Лондоне. Согласно показаниям Шнайдера, Шифрин сообщил, что покупатели, действующие «от имени российского правительства», хотят купить долю в «Запорожстали» и на него оказывают «давление», чтобы Midland ее продала. По утверждению Шнайдера, Шифрин сказал ему, что в Москве эту сделку рассматривают как «политически стратегическую». В своих показаниях Шнайдер пишет, что высокопоставленный российский чиновник «в очень ясных выражениях» сказал ему провести эту сделку, а если нет, то его российские активы окажутся под угрозой.

FT ознакомилась на Кипре и Британских Виргинских островах с документами компаний, которым Midland продала долю в «Запорожстали». Исходя из них «есть серьезные основания полагать, что ВЭБ сам оплатил всю цену покупки и в итоге получил контроль над долей Midland в сталелитейной компании», пишет FT. Председателем наблюдательного совета ВЭБа был тогдашний премьер-министр Владимир Путин, а Россия до украинских событий 2014 г. уже наращивала экономическое присутствие в восточной Украине, получая контроль над промышленными активами напрямую или через дружественных олигархов, отмечает газета. В ВЭБе от комментариев отказались.

Midland получила от покупателя на $160 млн больше, чем предлагал Ахметов. Но, как свидетельствуют изученные FT документы, из этих $160 млн на выплату Ахметову за разрыв предварительной договоренности с ним должны были пойти $50 млн, $10 млн предназначались самой Midland, а оставшиеся $100 млн должны были быть отправлены через подставные компании на Кипре и в других местах тем, кого Шнайдер в судебных документах назвал introducers – рекомендателям, представлявшим покупателей и организовавшим сделку.

Человеком, который ее организовал, согласно судебному свидетельству Шифрина, был Игорь Бакай.

Бакай был бывшим руководителем Государственного управления делами Украины, основателем и первым руководителем «Нафтогаза». После оранжевой революции он в 2004 г. уехал в Россию, где стал, как пишет FT, «решалой». К 2010 г., согласно судебному свидетельству Шифрина, Бакай «имел хорошие политические связи на самом высоком уровне» и фронтировал сделку с «Запорожсталью».

Самый важный вопрос, сказали FT аналитики, к которым она обратилась за консультациями, – что стало с этими комиссионными в $100 млн. «Способствовало ли незаконное обогащение российских чиновников сделке, которая в итоге обеспечила получение миллионов [долларов] будущим президентом США?» – задается вопросом газета.

Такие «существенные» комиссионные «могут показаться необычными по сравнению с деловыми операциями на Западе, но, ведя бизнес в России и на Украине, Midland платила различные комиссии, и это стандартная практика», говорится в свидетельских показаниях Шифрина. Он также добавляет: «Я даже не знаю, предназначались ли эти комиссионные исключительно для» Бакая или также «для других получателей», которых он представлял. Шнайдер в своих показаниях в арбитражном деле пишет, что под предлогом перечисления тайных комиссионных Бакаю Шифрин перевел деньги себе. Однако он также утверждает, что примерно в то время, когда проводилась сделка, Шифрин сказал менеджеру Midland в Москве, что ему нужны деньги «расплатиться с чиновниками в Кремле». (Шифрин отрицает, что говорил такое.)

В заявлении Бакая, имеющемся в арбитражном деле, говорится, что он действительно получил деньги. На вопрос FT, подтверждает ли он то заявление, Бакай ответил, что находится под домашним арестом по другому делу и ему запрещено говорить со СМИ (его обвиняют в хищении 630 млн руб. у «Металлоинвеста» Алишера Усманова).

Шифрин в октябре 2016 г. (накануне победы Трампа на выборах) получил российское гражданство, отмечает FT.

Грязные деньги?

Несколько человек, знакомых со сделкой по «Запорожстали», предложили FT разные версии того, куда ушли $100 млн. Но каждая из них порождает серьезные вопросы относительно деятельности бизнес-партнера Трампа. Документы, проанализированные FT, не оставляют сомнений, что Шнайдер подписал платеж на $100 млн, понимая, что деньги пойдут людям, представляющим интересы Кремля, отмечает FT.

По словам Тома Китинга, бывшего банкира JPMorgan, который теперь специализируется на финансовых преступлениях в лондонском Королевском объединенном институте оборонных исследований (RUSI), если бы платеж в $100 млн считался взяткой, тогда денежный поток через Шнайдера в Trump Toronto мог бы означать, что «Trump Organization получает средства преступного происхождения и, таким образом, используется для отмывания денег». Как утверждают эксперты, любые юридические риски для Трампа и его бизнеса будут зависеть от того, знал ли он и руководство Trump Organization – или должны были знать – о происхождении денег партнера.

Один из бывших партнеров Trump Organization, попросивший не раскрывать его имени, называет ее подход к процедуре due diligence (проверке деловых партнеров) «умышленной забывчивостью». «Дональд не проводит due diligence», – приводило в прошлом году Bloomberg слова Эйба Уоллока, занимавшего высокий пост в Trump Organization.

«Россия давно ассоциируется с грязными деньгами», – отмечает Элиза Бин, входившая в комитет по расследованиям сената США и участвовавшая в нескольких расследованиях об отмывании денег. «Любой, кто получает существенные средства из бывшего Советского Союза, должен знать, что эти деньги связаны с большим риском и требуют тщательной проверки, чтобы убедиться в их чистоте», – говорит она.

Шнайдер и Шифрин отказались давать комментарии для статьи FT.