«Россия получит позор»

В Верховном суде на Поварской сегодня завершился процесс по делу Николая Карпюка и Станислава Клыха. Судейская коллегия утвердила приговор Верховного суда Чечни, который признал украинцев виновными в гибели нескольких десятков российских военнослужащих во время новогодних боев за Грозный зимой 1994-1995 годов. По версии следствия, Карпюк и Клых, вместе с соотечественниками из националистической партии УНА-УНСО прибыли в Чечню через Грузию, создали подразделение «Викинг» и принимали участие в боях в районе площади Минутка, железнодорожного вокзала и Президентского дворца. Коллегия присяжных, которая рассматривала дело в Грозном, признала украинцев виновными, а судья Вахит Исмаилов назначил Клыху наказание в виде 20 лет лишения свободы, а Карпюку — 22 с половиной, — самый большой срок среди украинских политзаключенных в России.

Процесс в Чечне завершился не только обвинительным приговором Карпюку и Клыху, но и частным определением адвокатам Марине Дубровиной и Доке Ицлаеву. Достаточно жесткие претензии были направлены в чеченскую коллегию адвокатов и в краснодарскую, к которой относится Дубровина. «Мое дело менее важно, чем жалоба судьи против моих адвокатов. Я понимаю, за что осудили меня — это месть за то, что я украинец и патриот. А им мстят, чтобы другим неповадно было защищать людей», — заявил в последнем слове Николай Карпюк.

Верховный суд частное определение отменил полностью, не найдя в действиях адвокатов ничего предосудительного. Вообще коллегия Верховного суда постаралась провести заседание так, чтобы не было никаких претензий: в зале заседания, кроме украинских консулов, присутствовали представители дипломатических служб, по меньшей мере, восьми стран. Суд удовлетворил практически все ходатайства защиты, приобщил к материалам дела все документы, которые, по мнению адвокатов, подтверждали алиби подсудимых. Но фактически это никак не повлияло на результат: отмена частного определения адвокатам стала единственной победой стороны защиты.

«Мы хотим представить все те же доводы, что звучали на всем протяжении процесса, — говорил перед заседанием адвокат Илья Новиков. Он представлял интересы Николая Карпюка, но в Грозном появился лишь к завершению процесса, после окончания судебной эпопеи Надежды Савченко в ростовском Донецке. — Дело с самого начала фальшивое, ни Карпюк, ни Клых никогда не были в Чечне. Они не воевали ни в 1994 году, ни позже, не было никакого батальона «Викинг», который якобы воевал на стороне сепаратистов. Ничего этого не было. К старой истории гибели около тридцати российских военнослужащих во время новогодних боев в Грозном просто добавили показания единственного свидетеля и привязали две фамилии — Карпюк и Клых».

Кроме них в деле фигурируют Дмитрий Ярош, Дмитрий Корчинский, братья Тягнибок и экс-премьер Украины Арсений Яценюк.

«Человек, который стоит за этим делом, кто лично ответственен за этот процесс и приговор, это начальник Следственного комитета России Александр Бастрыкин, — резко прокомментировал решение Верховного суда Новиков. — Это дело за пределами России гораздо больше известно не как «дело Карпюка-Клыха», а как «дело Арсения Яценюка», потому что Бастрыкин в интервью «Российской газете» официально заявил, что не только доказана вина Карпюка и Клыха до начала суда, но и что доказано, будто бы вместе с ними в составе украинской банды «Викинг» в 1994-1995 годах воевал тогдашний премьер Украины Арсений Яценюк. Надо понимать, что за пределами России в этот тезис не поверил никто. И нас с вами, граждан России, считают идиотами или трусами по той причине, что мы верим или делаем вид, что верим в эти вещи. К сожалению, система устроена так, что ошибки или преступления лица такого уровня, как начальник Следственного комитета, ни один суд, даже Верховный суд России, признать не может. Репутационные последствия, если нам вообще есть что терять в этом смысле, и чисто правовые, с которыми России придется столкнуться по итогам этого дела, во многом связаны именно с этим».

Сам экс-премьер Украины неожиданно сегодня утром отреагировал на процесс в Москве, опубликовав в фейсбуке текст с поддержкой Карпюка и Клыха.

Как выяснилось, Яценюк не стал единственным украинским политиком, выступившим сегодня в поддержку соотечественников. Неожиданно почти для всех возле здания Верховного суда утром оказалась Надежда Савченко.

Она прилетела в Минск, а оттуда попыталась приехать в Россию на автомобиле. Ее остановили на границе, продержали три часа, отобрали документы, потом отпустили обратно в Минск, откуда она прилетела в Москву. В Шереметьево ее снова остановили сотрудники погранслужбы. Тем не менее, к началу заседания она была в Верховном суде, вызвала необыкновенный ажиотаж. К обеду в суд прибыли съемочные группы, наверное, всех российских телеканалов, которые, конечно, не собирались освещать процесс, но старательно записывали, как Савченко молчала с улыбкой, скрестив на груди руки, в ответ на вопросы: «Зачем вы приехали в Москву? А почему вы оставили украинцев с их проблемами? А что вы можете сказать по поводу бизнеса Порошенко в России? А вы не хотите завести свой бизнес здесь?».

К концу вопросы от людей, державших микрофоны, стали откровенно хамскими. Савченко не выдержала и ушла общаться с адвокатами и родственницей Клыха. Единственный комментарий, который она позволила себе сказать, было несколько фраз, объясняющих ее приезд в Москву. «Несправедливое решение. Я приехала в Россию с одной надеждой — поддержать Карпюка и Клыха. Потому что прошла сама эту дорогу. Только ради Николая и Стаса, чтобы сказать им несколько теплых слов, а не говорить с прессой. Комментарий закончен. До свидания», — заявила Савченко и ушла вместе с Новиковым.

Адвокат признался, что знал о намерении его бывшей подзащитной приехать, отговаривать не стал, но страховал ее, пока она с трудностями пересекала границы.

Выступления адвокатов и прокурора по существу дела вызывали гораздо меньше внимания, чем Савченко. «Дело было фальшивое с самого начала. Карпюка и Клыха вписали в дело, когда в Россию не приехал Ярош, которого пытались выманить. Все дело строилось на показаниях уголовника Малофеева, который вспомнил, что воевал в Чечне с Карпюком, уже когда задержали последнего. После того, как Клыха задержали в Орле, он вспомнил, что тот тоже воевал с ним», — кратко охарактеризовал дело адвокат Илья Новиков. Удивительным стало приобщение к материалам дела документов, полученных защитой по запросу от украинской прокуратуры. Чеченский суд игнорировал их, а  в Верховном приобщили полностью, но результат был одинаковый. Это были несколько десятков свидетельских показаний людей, с которыми Карпюк как заместитель председателя УНА-УНСО контактировал в Украине в 1994 и 1995 годах, когда, по версии следствия, воевал в Чечне. Для Клыха Национальный университет имени Шевченко предоставил оригинал зачетной книжки. Последний зачет 1994 года был сдан студентом истфака Клыхом 30 декабря, первый экзамен нового года — 4 января. Очевидно, утверждает защита, принимать участие в боях в Грозном он в этом время не мог.

В материалах дела, кроме вновь приобщенных документов, находятся и признательные показания Карпюка и Клыха. В суде они оба заявили, что их пытали электрическим током, чтобы выбить признания.

«Этого дела бы вообще не было, если бы не были выбиты показания, которые они дали на себя. Это пытки электрическим током, причем показания выбивают до тех пор, пока не получат нужные. Фактически, и Станислав и Николай находились в изоляции, у них не было доступа к адвокатам, консулам и родственникам. То, что им говорили, они воспринимали, как правду, во всяком случае, Клых. После психотропных препаратов, которые ему давали, у него были сильные галлюцинации», — рассказала адвокат Марина Дубровина. По результатам независимой психиатрической экспертизы, из-за пыток Клых утратил связь с действительностью. На последнем заседании он отказался от услуг Дубровиной и заявил, что хочет видеть в качестве адвоката певца Стаса Михайлова. Впрочем, сегодня Клых держался сдержанно и определенно заявил, что в Чечне никогда не был, но надеется лишь на обмен.

«Могу сказать, что я жертва курортного сезона в Крыму. Я не был в Чечне, но как я могу это доказать телевизору? Нас здесь держат с помощью ФСБ, ГРУ, Минобороны с целью получения выкупа, не знаю, кому это понадобилось, может, это какие-то отношения между Россией и Украиной. Мы все будем потом смеяться с этого суда. Но сейчас уже никаких перспектив нет, возможно, будет обмен. Поэтому уповаю на Господа Бога», — заявил Клых во время прений.

Карпюк был также немногословен.

«Как я говорил, меня судили без меня. Я был лишен возможности принимать в этом участие. Верховный суд Чечни как бы объявил юридическую экстерриториальность российскому законодательству и российскому праву. Здесь вообще понятие закон... Это как офицер ФСБ рассказывает, так закон и трактуют. А что касается присяжных, их сразу спросили — вы за кого, за Украину или за Россию? Их не спросили, вы за правду или за ложь?», — настаивал он на своей невиновности.

«Присяжных сразу спросили — вы за кого, за Украину или за Россию? Их не спросили, вы за правду или за ложь?»
Когда судья объявил перерыв и коллегия удалилась в совещательную комнату, в зале суда началось то, зачем собрались съемочные группы телеканалов. «Слава Украине! Хлопцы, тримайтесь! Микола, ты выдержишь. Мне тоже вынесли двадцать, а ни хрена не двадцать. Слава Украине, героям Слава!», — закричала Савченко в экран, где из клетки грозненского СИЗО в зал заседания смотрели Карпюк и Клых. Родственница Клыха, пожилая женщина в цветастом платке, накинутом на плечи, встала за кафедру и, смотря в экран, причитала: «Голубчик мой, я верю, что ты честный парень. Мы очень любим тебя и ждем, голубушек, рыбонька. Ты что курить начал...». «Я до сих пор не понимаю, что со мной происходит», — смущенно улыбаясь, говорит Клых.

«Всем встать, суд идет», — останавливает их пристав.

«Приговор Верховного суда Чеченской республики от 26 мая 2016 года в отношении Карпюка Николая и Клыха Станислава оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения», — кратко зачитал решение судья. Подсудимые не отреагировали никак. Люди с камерами и микрофонами, по большей части, бросились к Савченко.

Еще до заседания адвокаты заявляли, что сегодняшнее решение суда хорошо только тем, что открывает возможность иска в Европейский суд по правам человека и к инициированию обменных процессов. «Если дело дойдет до Европейского суда, Россия получит позор в виде постановления ЕСПЧ. Никаких шансов у Российской Федерации выиграть это дело в Европейском суде нет», — обозначил стратегию дальнейших действий защиты адвокат Дока Ицлаев.

Но коммуникация жалоб в ЕСПЧ занимает годы. Пока что приговор Карпюку и Клыху вступил в силу. Если надежды на возвращение украинцев дипломатическими путями не оправдаются, им предстоит провести в российской тюрьме более 20 лет.

Впрочем, официальный Киев уже своеобразно отреагировал. «Очередное судилище. Очередной незаконный приговор. Очередное преступление. Осуждаем и требуем от РФ немедленного освобождения политзаключенных Карпюка и Клыха», — написала в своем твиттере пресс-секретарь МИД Украины Марьяна Беца.