Прыткая любовница претендует на миллиарды Зураба Лысова

Замоскворецкий райсуд начал разбирательство в рамках борьбы за наследство покойного совладельца компании—подрядчика «Газпрома» и ресторатора Зураба Лысова. Значительную часть его активов, включая банковские счета на 300 млн руб. в России, $500 тыс. в Болгарии и ресторан White Hart Pub в «Москва-Сити» стоимостью около $5 млн, бизнесмен отписал своей возлюбленной — 45-летней работнице ООО «МиниКраны» Екатерине Беловой. Наследница, впрочем, распределением осталась недовольна, полагая, что не были учтены интересы ее сына-подростка. Теперь она хочет получить еще часть особняка господина Лысова в подмосковной Барвихе стоимостью 3,5 млрд руб.

Процесс начался со скандала. В то время как сама истица и ее адвокат Виктория Бойко не возражали против собравшихся в зале журналистов, слово неожиданно взяла еще один ее юрист —Лидия Нефедычева. Она заявила, что в наследственном споре будет обсуждаться частная жизнь его участников, в том числе 16-летнего сына ее доверительницы Андрея, и на этом основании попросила закрыть процесс от посторонних. Воспользовавшись паузой, взятой судьей Мариной Мусимович на обдумывание решения, журналисты попытались расспросить истицу и ее представителей о сути заявленных требований. «С нашей стороны никаких комментариев не будет,— заявила за всех госпожа Нефедычева.— Кто вам рассказал про это заседание, тот пусть с вами и общается».

Уже после того, как процесс закрыли, участники разбирательства рассказали “Ъ”, что госпожа Белова и ее команда в этот раз претендуют на 1/6 часть трехэтажного особняка Зураба Лысова площадью 1766 кв. м, расположенного на участке в 157 соток в элитном коттеджном поселке «Сады Майендорф» в Одинцовском городском округе Подмосковья.

Бизнесмен, умерший в феврале 2021 года, завещал имение своей дочери Диане, давно живущей в Великобритании, и та спустя полгода после смерти отца вступила в наследство.

Сожительница господина Лысова Белова, тоже получившая свою долю в имении в «Садах», тогда на нее не претендовала и даже заявила нотариусу, что других наследников-иждивенцев нет. Однако двумя годами позже вспомнила, что при распределении имущества остался неоделенным ее сын Андрей. Молодой человек, по словам госпожи Беловой, тоже состоял на иждивении у ее сожителя в силу невозможности самостоятельно зарабатывать на жизнь. Господин Лысов, по ее словам, оплачивал для мальчика репетиторов по иностранным языкам и его занятия в спортивных секциях, покупал ему ноутбуки и мобильные телефоны, а незадолго до смерти сделал подарок, о котором тот давно просил,— щенка лабрадора-ретривера за 60 тыс. руб.

Учитывая эти обстоятельства, госпожа Белова попросила Замоскворецкий суд исправить ошибку, которую она допустила два года назад. А именно — признать ее сына иждивенцем Зураба Лысова, восстановить упущенный срок заявки молодым человеком своих претензий на наследство и отписать в его пользу шестую часть имения. Или же взыскать с унаследовавшей актив дочери покойного эквивалент доли в размере 536 млн руб. Решить этот вопрос за одно заседание суду не удалось.

Зураб Лысов, совладелец компании-подрядчика «Газпрома» ЗАО «Севзаптрубопроводстрой» и пяти столичных ресторанов, включая White Hart Pub на Неглинной улице и в башне «Око» в комплексе «Москва-Сити», тяжело заболел весной 2019 года. У него диагностировали рак поджелудочной железы в терминальной стадии. Поскольку со своей женой к этому времени бизнесмен развелся, а их взрослые дети Диана и Зураб Лысов-младший давно жили отдельно, в особняке больного появилась его подруга Екатерина Белова вместе со своим сыном. Московский олигарх и скромная служащая ООО «Дорстройсервис» и ООО «МиниКраны» в Санкт-Петербурге, получающая в них чуть больше 20 тыс. руб. в месяц, были знакомы много лет, но до болезни господина Лысова встречались нечасто.

21 января 2021 года, за две недели до своей смерти, бизнесмен, уже будучи в больнице имени Боткина, оформил на свою подругу дарственную, передав ей 300 млн руб. на счетах в банке «Возрождение», около $500 тыс., хранящихся в банке Болгарии, и ресторан в «Москва-Сити» стоимостью $5 млн.

Остальное имущество досталось детям господина Лысова Диане и Зурабу. Распределением активов все стороны остались недовольны.

Господин Лысов-младший подал иск в Пресненский райсуд, попросив признать дарственную недействительной. По его данным, сотрудники Боткинской больницы утверждали, что в день подписания документа пациент находился в крайне тяжелом состоянии, он почти не разговаривал, а вечером того же дня попал в реанимацию. При этом три проведенных в рамках разбирательства посмертных психолого-психиатрических исследования состояния Зураба Лысова дали противоречивые результаты. В Центральной клинической психиатрической больнице имени Усольцева не смогли оценить его адекватность «задним числом», а в психбольнице подмосковного Егорьевска довольно быстро решили, что даритель действовал в здравом уме. Назначенная же судом экспертиза в Федеральном исследовательском центре имени Сербского установила, что у больного не были диагностированы отклонения в психике и он не находился под воздействием наркосодержащих обезболивающих препаратов. Пресненский суд в итоге иск отклонил.

Пока суд разбирался с адекватностью Лысова-старшего, Лысов-младший стал обвиняемым по уголовному делу об особо крупной краже (ст. 158 УК), возбужденному полицией подмосковной Истры.

Екатерина Белова в заявлении указала, что сын покойного незаконно воспользовался банковской картой отца, похитив таким образом 4,2 млн руб. из завещанных ей денег. Обвиняемый пояснил Истринскому горсуду, что его сестра действительно пользовалась деньгами отца, но только тогда, когда болезнь перешла в термальную стадию. За счет этих средств были компенсированы расходы на его лечение в Израиле стоимостью $50 тыс., а затем и похороны, на которые ушло 4,5 млн руб.

По словам подсудимого, один только склеп на Троекуровском кладбище обошелся в 3,6 млн руб. Две недели назад Истринский горсуд признал, что Лысов-младший распоряжался деньгами отца, еще не зная о том, что они были завещаны другому человеку, поэтому считать его действия кражей нельзя. Тем не менее фигуранта приговорили к штрафу в 70 тыс. руб. за самоуправство (ст. 330 УК РФ).

Стоит отметить, что параллельно с уголовным делом о краже денег в полиции Одинцово расследовалось аналогичное уголовное дело в отношении Екатерины Беловой. Ее, в свою очередь, дети покойного обвинили в краже драгоценностей из особняка. По версии заявителей, спешно покидая московское жилье после смерти друга, госпожа Белова прихватила коллекцию часов, которые отец и сын Лысовы по традиции дарили друг другу на дни рождения. В числе пропавшего были заявлены Rolex, Hublot и Brеguet общей стоимостью порядка $200 тыс., а также золотой крест с бриллиантами, подаренный покойному его бывшей женой, столовый сервиз за 6 млн руб., несколько бутылок крепкого алкоголя и даже кулер для воды. Госпоже Беловой, впрочем, удалось убедить следователя в том, что все эти вещи возлюбленный подарил ей сам незадолго до смерти, и уголовное дело прекратили.

Адвокат детей покойного Зураба Лысова Алексей Горбачев сообщил “Ъ”, что не согласен с выводами как Пресненского райсуда, отказавшего его клиенту в удовлетворении гражданского иска, так и Истринского, признавшего Лысова-младшего виновным в самоуправстве.

По его данным, все эти решения принимались благодаря активному участию в процессах бывшего мирового судьи Лидии Нефедычевой, представляющей интересы Екатерины Беловой в качестве юриста. Как пояснил защитник Горбачев, госпожа Нефедычева каким-то образом привлекла разбиравшегося с предполагаемой кражей следователя Истринского ОМВД к сбору доказательств для гражданского процесса. В рамках уголовного дела следствие назначило две посмертные психолого-психиатрические экспертизы покойного, приобщенные затем к материалам Пресненского райсуда. Наконец, по делу о краже следователь зачем-то опросила лечащего врача Лысова-старшего в Боткинской больнице, причем задавала ему вопросы вместе с юристом Нефедычевой. Увидев последнюю на процессе в Пресненском суде, врач-свидетель даже поинтересовался, кем она является: адвокатом, «помощником следователя», как он выразился, или просто «гражданским лицом».

«Мы полагаем, что все эти следственные действия были проведены незаконно и необоснованно,— сказал “Ъ” защитник Горбачев.— А поскольку их результаты повлияли на вынесенные судебные решения, они будут обжалованы в вышестоящих судах».