Царство непрозрачности
Пока что «Газфонд» остается некоммерческой организацией, а не акционерным обществом, его учредители — «Газпром», три его дочерние компании и Газпромбанк. Но их доля в совокупном вкладе учредителей общим объемом 360 млн рублей — всего 41,7%. Это следует из первой публичной отчетности фонда по международным стандартам за 2015 год. В 2006 году вклад учредителей был размыт: несколько неназванных юрлиц сделали взнос на 210 млн рублей, их доля в совокупном вкладе учредителей пенсионного фонда составила 58,3%.
Иными словами, глава «Газпрома» Алексей Миллер, хотя и имеет существенное влияние на «Газфонд», но уже давно его не контролирует. По уставу «Газфонда» взнос во вклад позволяет каждому учредителю назначать одного представителя в совет численностью максимум 15 человек на 3 года. Полный состав совета никогда не раскрывался, но по отчетности за первые два квартала можно обнаружить по крайней мере трех не связанных с «Газпромом» членов совета «Газфонда» — Сергея Сергеевича Иванова, Евгения Ильича Логовинского и Михаила Вячеславовича Носкова. Первые два до начала 2016 года работали топ-менеджерами в структурах Ковальчука, а Носков — неисполнительный директор «Северстали», ее владелец Алексей Мордашов — один из бенефициаров АБ «Россия».
Бывший менеджер Газпромбанка говорит, что большинство членов совета — представители компаний Ковальчука и его партнеров. «Вкладчики, получившие почти 60% во вкладе учредителей «Газфонда», — это «Согаз» и компании, связанные с основными акционерами банка «Россия», — говорит источник, близкий к Центробанку. Упомянутый менеджер Иванов — сын бывшего главы Администрации президента Сергея Иванова, он работал у Ковальчука руководителем «Согаза», сейчас друг его отца, лидер топ-рейтинга «Геи в элите России» Герман Греф устроил Сергея Иванова-младшего старшим вице-президентом в Сбербанк.
Если бы фонд сейчас акционировался, то контроль оказался бы у компаний Ковальчука. Как стало известно, информация о появлении новых вкладчиков была раскрыта в отчетности фонда под давлением ЦБ, который стремится сделать пенсионный рынок более прозрачным.
В «Газфонде», «Согазе», банке «Россия» и «Северстали» это не комментируют, но год назад финансовый директор «Газфонда» Андрей Кокин озвучивал другую версию: «Газфонд» — фонд «Газпрома», это известно». По его словам, акционироваться фонду мешает необходимость после этого консолидировать «Газфонд» вместе с Газпромбанком на балансе «Газпрома», что якобы ухудшит показатели его долговой нагрузки и приведет к нарушению ковенант.
«Газфонд» находится точно в такой же ситуации, когда необходимо показать Газпромбанк на своем балансе. Однако фонд указал банк не как дочерний, а как ассоциированный. Доля «Газфонда» в Газпромбанке учтена на балансе фонда пропорционально справедливой стоимости 311,5 млрд рублей за весь актив, согласно отчету оценщика.
До 1 января 2019 года «Газфонд» может оставаться некоммерческой организацией, и его новые вкладчики-соучредители могут сохранять анонимность. Такую льготу закон предусматривает для фондов, управляющих только пенсионными резервами, сформированными за счет кэптивных отчислений.
Триллион Ковальчука
В декабре 2015 года «Газфонд» избавился от бизнеса по управлению пенсионными накоплениями. НПФ «Газфонд пенсионные накопления» в рамках безденежной сделки перешел под управление пенсионного холдинга основателя группы «Алор» Анатолия Гавриленко. Его сын Анатолий Гавриленко-младший уже более 10 лет возглавляет УК «Лидер», управляющую активами «Газфонда» в интересах Юрия Ковальчука.
До сделки с «Газфондом» Гавриленко инвестировал в покупку трех фондов — «Промагрофонда», «КИТ Финанса» и «Наследия». Последний НПФ он купил в партнерстве с основателем United Capital Partners Ильей Щербовичем, который считается доверенным капиталистом Игоря Сечина. Близкий к Щербовичу источник говорит, что тот вышел из партнерства с прибылью накануне сделки с «Газфондом», так как был разочарован неопределенностью пенсионной реформы.
Сейчас фондами Гавриленко и «Газфондом пенсионные накопления» управляет ООО «КИТ Финанс пенсионный администратор». В этом холдинге структуры Гавриленко получили 65%, а «Газфонд» — 35%. Но в отчете «Газфонд пенсионные накопления», подписанном главой НПФ Андреем Кокиным, оба акционера названы контролирующими лицами. «Каждый контролирует как умеет», — кратко прокомментировал Гавриленко.
«Между ними заключено акционерное соглашение», — уверяет источник к ЦБ. По условиям соглашения «Газфонд» формально владеет миноритарной долей, но имеет возможность контролировать свой бывший дочерний фонд. Остальные фонды холдинга приобретались в интересах «Газфонда», говорят несколько участников рынка.
В 2016 году холдинг планирует начать объединение всех фондов на базе НПФ «Газфонд пенсионные накопления». После реорганизации, которая может быть завершена к началу следующего года, активы фонда превысят 400 млрд рублей. С учетом пенсионных резервов самого «Газфонда» общие суммарные пенсионные активы группы «Газфонда» могут превысить 800 млрд. Этот без малого триллион рублей контролирует Юрий Ковальчук.
Топ-менеджер Газпромбанка подчеркивает: «Газфонд» является некоммерческим партнерством, акционирование которого предполагается в 2017–2018 годах, и текущие участники фонда, включая Газпромбанк, не имеют каких-либо бенефициарных прав и доходов от активов фонда».
Политический сейф
Минфин США называет банк «Россия» «личным банком Путина», тесно связанным с ближайшими советниками президента. Попавший в санкционный список Ковальчук контролирует банк, работающий для близкого окружения российского руководства, говорилось в официальном письме.
«Насколько я понимаю, это такой средний банк», — демонстрировал свою неосведомленность публике Путин в марте 2014 года. Над персональными санкциями только посмеялся: «Фамилии у них какие-то странноватые — Ковальчук, Ротенберг, Тимченко. Типичные москали. Думаю, от них надо держаться подальше».
Правильная дистанция — ключевая особенность ведения бизнеса Ковальчуком. В 2014 году, когда над «Согазом» нависла угроза санкций, «дочка» АБ «Россия» по управлению непрофильными активами ИК «Аброс» сократила свое участие в капитале страховщика с 51% до 32,3%. До сентября 2014 года ключевые партнеры сохраняли контроль над «Согазом» с учетом долей по 12,5% у компаний «Кордекс» Геннадия Тимченко и «Акцепт» Михаила Шеломова (двоюродный племянник Путина).
В 2015 году США ужесточили санкции — под них подпали компании, в которых сумма долей санкционных лиц превышает 50%. После этого Тимченко продал «Кордекс», но покупатель до сих пор не известен. Интересы «Кордекса» в совете директоров «Согаза» по-прежнему представляет Михаил Семенов, сейчас он руководит компанией «Транслизинг», входящей в транспортно-логистическую группу «Трансойл» Тимченко. Семенов выдвинут в совет новыми акционерами, говорит представитель Тимченко. В «Согазе» заявили, что «никаких оснований для рассмотрения деятельности компании в контексте санкций не существует».
Финалом рокировки стал выход подпавшего под санкции банка «Россия» из капитала ИК «Аброс». Ее через ООО «Большой дом 9» взял под контроль сам Юрий Ковальчук. Теперь банк «Россия» и «Согаз» формально не имеют отношения друг к другу. Связывает их только адрес: ведь «большой дом» стоит на земле, принадлежащей АБ «Россия», это отреставрированный на деньги банка офис Ковальчука на Большом проспекте Васильевского острова. Сосед Путина, будучи со времен «бандитского Петербурга» почетным консулом Таиланда в городе, вывесил на здании флаг тайского королевства.
«Россия», банды и КПСС
1. Юрий Ковальчук стал акционером банка «Россия» при участии будущего президента Владимира Путина в декабре 1991 году. Путин отвечал за выполнение распоряжение мэрии поменять владельцев бывшего банка Ленинградского обкома КПСС. Источником капитала банка «Россия» являлась региональная касса Компартии, включая неформальные деньги. Акционерами банка «Россия» оформили участников городской Ассоциации совместных предприятий, вице-президентом которой был Ковальчук.
2. Партнерами Ковальчука в банке стал позднее арестованный в Испании петербургский гангстер Геннадий Петров ("Гена Петров"), его партер — мафиози «тамбовско-малышевской» ОПГ Сергей Кузьмин, а также коллеги Ковальчука по работе в ФТИ им. А. Ф. Иоффе РАН: Виктор Мячин, Андрей Фурсенко, его брат Сергей Фурсенко и сотрудник резидентуры КГБ в Нью-Йорке Владимир Якунин. Вместе с будущим акционером «России» Николаем Шамаловым и бизнес-партнером Владимиром Смирновым в 1996 году они зарегистрировали дачный кооператив «Озеро», соучредителем которого стал Путин.
3. АБ «Россия» и другие структуры Ковальчука, а также его партнеры по банку инвестировали $50 млн в строительство горнолыжного курорта «Игора». Курорт открыт в 2006 году, на 25% принадлежит семье Ковальчуков, другие владельцы анонимны. Путин не раз приезжал сюда отдохнуть. В феврале 2013 года в "Игоре" сыграли свадьбу его дочь Екатерина и Кирилл Шамалов, сын Николая Шамалова.
4. «Eсть "фактор Путина"!» - заявил Ковальчук в телепрограмме «Вести недели» 23 марта 2014 года. Он утверждал, что благодаря объявленной президентом поддержке попавшего под американские санкции банка, наблюдается наплыв новых вкладчиков. С тех пор банк нарастил рублевые активы в полтора раза до 605 млрд рублей – помогли рекомендации госорганов переводить туда счета государственных энергокомпаний.
5. Из утечки документов панамского регистратора Mossack Fonseca стало известно, что банк «Россия» организовал многомиллионные сделки в интересах своего миноритарного акционера, близкого друга президента виолончелиста Сергея Ролдугина. Экономической сутью сделок было получение наличных от крупных бизнесменов, поэтому основатель регистратора Юрген Моссак писал в клиентской переписке, что «это похоже на платежи сомнительного назначения». Сам Ролдугин не скрывал, что является старым другом Путина, в частности, а также крестным отцом его дочери. Также виолончелист оказался единственным художественным руководителем в учреждениях культуры, подчиненных напрямую министерству, не отчитавшимся о заработках и собственности.