Прокуратура с прищуром глядит на блогера Лерчек

Мосгорсуд признал законным решения Пресненского суда столицы, который отказался перевести под домашний арест блогера Валерию Чекалину (известна как Лерчек) и ее мужа Артема Чекалина по делу об уклонении от уплаты налогов на сумму более 311 млн рублей и отмывании денег. Тем самым вышестоящая инстанция отклонила апелляционное представление прокуратуры. Последняя, несмотря на возмещение фигуранткой ущерба, продолжала настаивать, что у следствия нет об этом данных. Как оказалось, вопреки имеющимся в деле документам.

Заседания, в ходе которых прокуратура добивалась отмены решений районного суда в отношении супругов Чекалиных, прошли в Мосгорсуде одновременно на одном этаже, но в разных залах.

Представление в отношении основной фигурантки рассмотрела судья Анастасия Рыжова. Вначале находящаяся под запретом определенных действий (ЗОД) 30-летняя Чекалина изъявила желание участвовать в слушании, но потом передумала и просила провести заседание без нее. Не было в зале и следователя, чье ходатайство об изменении меры пресечения так настойчиво отстаивала прокуратура.

Представитель ведомства была немногословна. Она просила отменить решение районной инстанции от 21 июля и вернуть материал по ходатайству следователя об изменении Валерии Чекалиной меры пресечения в тот же суд в ином составе на новое рассмотрение.

«Регулярный выход в интернет»

Из озвученного же судьей представления следовало, что Валерия Чекалина была уведомлена о запрете общаться со свидетелями, пользоваться средствами связи и интернетом. Она нарушила наложенные на нее ограничения. Однако, согласно данным уголовно-исполнительной инспекции и оперативно-разыскным материалам, она контактировала со свидетелем по уголовному делу, а также вместе с мужем дала интервью YouTube-каналу «Эмпатия Манучи», в котором рассказала о расследовании ее уголовного дела. В ее пользовании находится абонентский номер, с которого наблюдается «регулярный выход в интернет, в том числе в ночное время», утверждала прокуратура.

«Кроме того, налоговыми органами не представлены сведения об уплате в установленный срок налоговой недоимки. Тем самым сведений о возмещении ущерба в деле нет», — утверждалось в документе.

Все эти доводы буквально разбила адвокат обвиняемой. Так, Юлия Лисановская рассказала, что последний довод опровергается самими материалами дела. В них защита ранее приобщила платежное поручение, а также ответ из столичной налоговой инспекции № 3. Последняя благодарила Валерию Чекалину за сотрудничество. При этом Главное следственное управление Следственного комитета России по Москве в своем же постановлении от 5 июля о продлении срока предварительного следствия указало о выплате Чекалиной недоимки в 311 млн 43 тысячи рублей.

Адвокат подчеркнула, что решением Савеловского суда столицы, который 16 марта избрал ее подзащитной и ее мужу меру пресечения в виде запрета определенных действий, не запрещено давать интервью СМИ. «Следователем был приложен смотр видеозаписи, там есть стенограмма. Из нее видно, что Чекалиной не разглашались никакие данные предварительного следствия. Кроме того, с нее не бралась подписка [о неразглашении данных предварительного следствия]», — подчеркнула адвокат. Она добавила, что в вышеназванном интервью не было ничего предосудительного: ее клиентка призывала блогеров платить налоги и возмещать налоговые недоимки, не дожидаясь возбуждения уголовного дела и решения налоговых органов. При этом она раскаивалась в случившемся.

Телефон для всех

Ранее Артем Чекалин и вовсе заявил, что интервью с женой они записали по инициативе сотрудников администрации президента, которые сами вышли на них.

Довод об использовании Чекалиной интернета на протяжении более чем часа, а также пользование телефоном в ночное время адвокат объяснила следующим образом: «Кроме нее, телефоном пользуются ее дети. Их трое, за ними не уследишь. Также телефоном пользовались ее мать Эльвира Феапентова и помощница по хозяйству Михеева».

Адвокат отметила, что Чекалиной запрещали «давать свой телефон другим лицам». При этом, по словам помощницы блогера, она могла находиться с работодательницей и в ночное время, особенно в марте, когда та стала фигуранткой дела и ей установили ЗОД. Тогда, по словам защитницы, требовалось отменить ранее назначенные мероприятия и решить вопрос с ведением блога Чекалиной.

Она добавила, что, согласно разъяснениям допрошенного на заседании Пресненского суда специалиста, создание резервных копий и автоматическая загрузка и выгрузка материалов в облако могут происходить самостоятельно вне зависимости от воли владельца телефона.

Общение со свидетелем адвокат объяснила тем, что, во-первых, Аркадий Чекалин является близким родственником ее доверительницы, а именно тестем. А во-вторых, он был допрошен как свидетель по делу об уклонении от уплаты налогов (ч. 2 ст. 198 УК РФ), в рамках которого Чекалиной избрали подписку о невыезде. По делу об отмывании денежных средств (ч. 4 ст. 174. 1 УК РФ), в рамках которого Чекалиной был избран ЗОД, он свидетелем не являлся. Оба дела, как пояснила адвокат, были соединены в одно производство лишь 13 июля — намного позже интервью, которое увидело свет 17 мая.

На эти контраргументы прокуратуре противопоставить было нечего. В итоге судья Анастасия Рыжова сочла решение Пресненского суда законным и оставила его в силе.

Аналогичным образом поступила и судья Анастасия Аверчева в отношении Артема Чекалина — она оставила без изменения решение Пресненского суда от 14 июля. Тогда суд также оставил его под запретом определенных действий, отклонив ходатайство о переводе под домашний арест.

Быть ли новому делу?

Адвокат Артема Чекалина Сергей Гуров назвал принятое Мосгорсудом решение «абсолютно законным», однако не рискнул заглядывать в будущее и не ответил на вопрос Business FM, можно ли в ближайшее время ожидать прекращения уголовного дела.

Ранее на заседаниях Пресненского суда следователь утверждал, что чету Чекалиных проверяют на причастность к другим поступлениям, в том числе предусмотренных статьей 159 УК РФ «мошенничество» и статьей 238 УК РФ «производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности». То же 14 августа говорилось и в представлении прокуратуры.