Президентский совет рассмотрит картину Брюллова

Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова и комиссия по прецедентным делам президентского Совета по правам человека (СПЧ) проведут независимую экспертизу дела о конфискации арестованного в 2003 году ФСБ шедевра Карла Брюллова «Христос во гробе» у коллекционеров из Германии Александра и Ирины Певзнер. Правозащитники приняли к рассмотрению их жалобу на решение Верховного суда, признавшего без судебного следствия и вынесения приговора господина Певзнера виновным в контрабанде, а изъятую у него картину, на которую претендует Русский музей,— «орудием преступления».

В распоряжении “Ъ” оказались копии обращений Александра и Ирины Певзнер к российским официальным правозащитникам. Советника президента, главу СПЧ Михаила Федотова заявители просят оценить правомерность конфискации у них картины Карла Брюллова и «поставить президента в известность о грубом нарушении прав иностранных граждан». В жалобе федеральному омбудсмену Татьяне Москальковой (наделенной полномочием обратиться в суд с ходатайством о проверке вступившего в законную силу судебного решения) содержится просьба установить факт нарушения прав заявителей и принять меры, способствующие их восстановлению.

Напомним, коллегия по уголовным делам Верховного суда (ВС) 28 апреля признала подлежащей конфискации картину Брюллова «Христос во гробе» как «орудия» преступления, совершенного, по мнению ВС, господином Певзнером (см. “Ъ” от 29 апреля). Картину ВС предписал оставить на хранении в Государственном Русском музее (ГРМ), где она находилась под арестом в качестве вещдока по возбужденному в отношении господина Певзнера в 2003 году делу о контрабанде (ненадлежащее таможенное оформление ввезенной культурной ценности). В 2013 году дело было передано в суд, который прекратил его по сроку давности без рассмотрения по существу и вынесения приговора, но спустя еще три года генпрокуратура добилась конфискации шедевра. В определении ВС говорится, что оно принято с учетом «значительности ущерба, причиненного государству незаконными действиями» Александра Певзнера: не уплатив пошлину, он получил «преступный доход», а «для достижения преступного результата использовалась оспариваемая картина». ВС счел господина Певзнера «уклонившимся от наказания», а конфискацию — «соразмерной содеянному» и «не ухудшающей положение» владельцев «уголовно-правовой мерой воздействия». Владельцы картины заявляют, что им неизвестны другие примеры «признания лица, в отношении которого дело прекращено, виновным в совершении инкриминированного преступления и применения к нему уголовно-правовой меры воздействия». В своих жалобах они указали на нарушение ст. 49 Конституции о презумпции невиновности, а также ряда норм Уголовно-процессуального кодекса РФ и Европейской конвенции по правам человека. «Решение ВС по нашему делу является прецедентом, на основании которого суды РФ могут конфисковывать имущество, законно принадлежащее лицам, без судебного следствия и вынесения приговора»,— считают господа Певзнер.

Михаил Федотов сообщил “Ъ”, что жалоба господина Певзнера передана для рассмотрения в постоянную комиссию СПЧ по прецедентным делам. Если комиссия сочтет дело таковым, она подготовит заключение с помощью экспертов независимого экспертного правового совета. Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова жалобу господина Певзнера приняла к производству и намерена запросить его уголовное дело. Омбудсмен считает, что «вопрос о законности и обоснованности конфискации вещественного доказательства по уголовному делу без приговора суда, до которого следствие не смогло довести дело в течение десяти лет, требует глубокого изучения с привлечением экспертов». По Конституции никто не может лишить владельца собственности иначе как на основании приговора суда, напомнила госпожа Москалькова. «Если не доказано, что имущество является объектом преступления, оно не может быть изъято у собственника, даже если его собственность признана художественной ценностью, если, конечно, она приобретена на законных основаниях. Однако эта ценность не может быть вывезена за пределы страны, если на то нет специального разрешения. В таком случае владелец этой ценности может распоряжаться ею на территории России по своему усмотрению, в том числе принимать решение относительно публичного доступа к ценности, ее продажи или завещания»,— добавила она. Кроме того, госпожа Москалькова ожидает решения Конституционного суда, куда обратился господин Певзнер за разъяснением норм ст. 81 УПК о вещественных доказательствах: заявитель просит уточнить, позволяет ли она конфисковать вещественное доказательство по прекращенному уголовному делу.

Завотделом русской живописи XVIII–XIX веков ГРМ Григорий Голдовский сообщил, что картина по-прежнему находится в музее на временном хранении в качестве вещественного доказательства без права на ее реставрацию. ГРМ обратился в Минкультуры с просьбой передать картину музею, однако ответа пока не получил. В Минкультуры от комментариев отказались. По данным источников “Ъ”, передать картину ГРМ власти планируют в сентябре.

Что происходило с картиной «Христос во гробе»

Картина Карла Брюллова «Христос во гробе» предположительно написана в 1840-е годы по заказу графа Николая Адлерберга — генерал-губернатора Финляндии с 1866 по 1881 год, умершего в 1892 году в Мюнхене. Считается, что картина была либо вывезена графом в конце XIX века в Германию, либо написана Брюлловым за границей для домовой церкви заказчика в имении под Мюнхеном. В 1935 году картина без подписи автора была передана в русский православный храм в Брюсселе. В 2002 году община продала неизвестный на тот момент шедевр проживающим в Германии коллекционерам Александру и Ирине Певзнер за €100 тыс. с условием, что в случае отрицательной экспертизы Государственного Русского музея (ГРМ) деньги будут возвращены. В 2003 году экспертиза подтвердила, что ввезенное в Россию полотно принадлежит кисти Карла Брюллова, после чего оно было арестовано ФСБ прямо в музее и хранилось в ГРМ без права на его реставрацию и экспонирование. Господина Певзнера обвинили в незаконном перемещении через границу культурной ценности (по оценке судебной экспертизы, стоимостью не менее $300 тыс.), которую он задекларировал на таможне в режиме беспошлинного временного ввоза. Следствие сочло декларацию недостоверной, утверждая, что он собирался картину продать. Спустя восемь лет, когда петербургские суды признали арест картины необоснованным, была выдвинута версия о сговоре коллекционера с таможенниками, проштамповавшими декларацию без надлежащего таможенного оформления. В 2013 году, когда срок давности истек, Выборгский суд, прекратив дело, постановил конфисковать картину. Вышестоящие инстанции признали конфискацию незаконной и постановили вернуть картину владельцам, но те не успели забрать ее из ГРМ из-за тяжбы с не дававшим разрешения на вывоз из РФ Минкультуры, а в 2016 году ВС РФ конфискацию подтвердил.