Президентскими грантами наградили мошенников

12 января в рамках заседания Координационного комитета Фонда президентских грантов стали известны получатели последних, в число которых попал и Фонд благотворительных инициатив «Народное Единство». Речь идет о сумме в 4,3 миллиарда рублей. Казалось бы, при чем здесь доследственная проверка и глава фонда Александр Рапопорт, а также его знакомые – Ибрагим Гулаев и Лема Касаев?

По прошествии нескольких дней после заседания координационного комитета в сети появилась статья, в которой рассказывалось о схеме завладения чужими деньгами, к которой будто бы прибегли глава получившего грант благотворительного фонда социальных инициатив «Народное Единство» Александр Рапопорт, бывший комсомольский деятель Лема Касаев и якобы ранее судимый Ибрагим Гулаев. В материале отмечалось, что по факту крупного мошенничества начата доследственная проверка. Из имеющихся данных можно сделать вывод, что некто Гулаев, пользуясь рекомендациями неких Рапопорта и Касаева, брал денежные средства на различные проекты, а потом либо не возвращал ничего, либо отдавал кредитору незначительную часть и прибегал к различным уловкам – распискам, обещаниям вернуть деньги с процентами в ближайшее время и так далее. Однако все оставалось по-старому, а выступавшие в качестве «гарантов» некие Рапопорт и Касаев, демонстрируя крайне расстроенные чувства, расписывались в своей неспособности что-либо предпринять и обещая сделать все возможное в сложившейся ситуации. Неизвестно, как долго эта довольно примитивная схема продолжала бы приносить деньги её создателям, но очередной потерпевший не удовлетворился устными обещаниями, а зафиксировал их, сделав аудиозаписи всех разговоров, начиная с самого первого.

Пыль в глаза

Суммарный хронометраж аудиозаписей составляет несколько часов. На них можно услышать, как человек с голосом, как у Гулаева, пытаясь убедить передать ему деньги, рассказывает о внушительных связях в государственных органах и президентской администрации, об офисе в самом центре Москвы в здании ФБГУ «Управление по эксплуатации жилого фонда» при Управделами президента, о православных иконах в офисных кабинетах и о многом другом. Что касается человека, чей голос похож на голос Рапопорта, то он упирал на свои личные гарантии и обширные связи, а также рассказывал о целом ряде успешных проектов, которые ему удалось реализовать с Гулаевым. Третий собеседник, по всей видимости – Кесаев, говорил не только о проектах и гарантиях, но и о законах чести и обычаях горцев.

Разумеется, не всем публикациям в сети стоит безоговорочно верить, однако те самые аудиозаписи попали в распоряжение «Версии». Из них действительно можно почерпнуть немало интересных деталей. Аудио позволяют сделать предположения относительно возможного варианта реализации схемы. Не исключено, что некто Гулаев мог предлагать своим потенциальным жертвам принять участие в разного рода проектах. Для убедительности он козырял связями и возможностями, будто бы у него имеющимися, потом брал деньги у потерпевших, не заботился об их возврате и начинал «кормить завтраками». При этом, насколько можно понять, в бэкграунде у заемщика присутствуют судимость за мошенничество и процедура личного банкротства. Информация о его делах уплыла в сеть – еще в 2022 году данные о нем разместил проект «Антимошенник».

Гаранты без гарантий

Порой потенциальные жертвы пытались «пробить» сведения о Гулаеве в сети, и то, что они находили, вероятно, не способствовало их желанию вести с ним дела. В этом случае в дело, похоже, и вступали «гаранты» – Касаев и Рапопорт. Впрочем, бывало и так, что они сами отправляли людей к Гулаеву, презентуя его как очень уважаемого бизнесмена. Соответствующая схема могла быть реализована, к примеру, и в отношении последнего потерпевшего. Рапопорт, по всей видимости, познакомил его с Гулаевым под видом «реализации совместного проекта». Поскольку у потенциального инвестора появилось множество вопросов относительно биографии бизнесмена, Рапопорт предложил «безопасный вариант», предполагающий, что он лично выступит в качестве «гаранта» по сделке.

На записи можно услышать голос, напоминающий голос Рапопорта. Его обладатель утверждает, что уже много лет знаком с Гулаевым, и вместе они успели реализовать множество больших проектов. Он пообещал, что деньги, переданные потерпевшим, будут находиться в его сейфе до тех пор, пока проект не будет реализован. Для убедительности этот человек предлагал собеседнику показать ему деньги по другим проектам, которые также находятся на хранении в его сейфе.

Негативную информацию о Гулаеве в сети он назвал происками недоброжелателей. При этом человек с голосом Рапопорта обратил внимание на порядочность бизнесмена.

Все это не развеяло сомнений потерпевшего, и ему предложили дополнительную гарантию в лице Касаева – предполагалось, что деньги будут храниться у него. Последнему тут же позвонили и договорились о встрече.

Честь и репутация

Потерпевший наконец успокоился, посчитав, что два гаранта – это достаточные основания для того, чтобы поверить Гулаеву. На следующей записи можно услышать, как собеседник с голосом, похожим на голос Касаева, повторяет примерно то же самое, что ранее звучало от человека с голосом Рапопорта. Прозвучали все пункты, озвученные ранее: многолетнее знакомство, реализация крупных проектов, возможность разместить деньги в сейфе до конца проекта и так далее. После этого потерпевший все же согласился на передачу денег, которые и были помещены в сейф.

Через некоторое время стало очевидно, что обязательства не выполняются. Потерпевший вознамерился вернуть свои деньги, встретился с Касаевым, однако вместо купюр получил от него лишь историю о том, что он не разобрался в ситуации и сразу отдал всю сумму из сейфа каким-то людям, присланным Гулаевым. Дальше инвестор услышал уже знакомые рассказы о «безупречной репутации» и «чести горцев», о многих успешных проектах, а также заверения о том, что подобная история с деньгами произошла впервые в практике этих бизнесменов.

Дальнейшее развитие событий напоминало малобюджетную театральную постановку. Гулаев отдал потерпевшему небольшую сумму, заявив, что это штраф за просрочку. Он написал расписку, которую также передал потерпевшему – вероятно, чтобы потянуть время и представить происходящее как обыкновенный займ – в ней не говорилось ничего о том, что деньги получил не Гулаев, а Касаев. Второй из них заявил, что не разобрался в ситуации, поэтому и передал деньги Гулаеву, а тот положил всю сумму на свой расчетный счет и перевел куда-то еще. При этом хранение денег в сейфе у Касаева было принципиальным условием договоренностей, и это неоднократно проговаривалось.

Ушли без возврата

Над тем, чтобы в дальнейшем придумывать более-менее правдоподобные оправдания, Гулаев, кажется, не трудился. Он заявил потерпевшему, что отправил деньги кому-то на счет, и сейчас их уже вернули на счет его компании в банке. 1 января, по его словам, финансовая организация должна была выдать их. Правда, в этот день банк не работал, о чем было известно заранее. Следующая дата возврата денег передвинулась на окончание новогодних праздников. Разумеется, по их прошествии деньги не вернулись, а вместо этого Гулаев снова перенес дату.

Может быть, всю историю действительно удалось бы представить как невозвращенный займ – как это, по всей видимости, уже делалось с другими людьми. Однако аудиозаписи встреч, сделанные потерпевшим на диктофон, этому явно могут помешать. Кроме того, потерпевший воспользовался услугами соответствующих специалистов и заверил переписку с Гулаевым, Рапопортом и Касаевым на случай, если они ее удалят.

Когда очевидность факта мошенничества уже не вызывала сомнений, потерпевший обратился в правоохранительные органы. Может быть, в контексте расследования следствию стоит проверить и планы комбинаторов относительно освоения президентского гранта?