Показания на экс-генерала Сугробова дали его подчиненные

Задержание высокопоставленного экс-сотрудника МВД генерала Дениса Сугробова на рыбалке в Волгограде стало полной неожиданностью для бывших коллег — в МВД до последнего дня ходили упорные слухи, что Сугробов, наоборот, может вернуться на руководящую должность благодаря своим связям. Однако сегодня следователи СКР вышли с ходатайством в Басманный суд об аресте Сугробова. 

Как выяснили «Известия», первые показания на Сугробова в уголовном деле появились еще в марте этого года. Дали их арестованные подполковник Алексей Бондар и майор Иван Косоуров из ГУЭБиПК МВД. Кроме того, в деле есть записи телефонных переговоров экс-оперативника Сергея Пирожкова и завербованных полицейскими коммерсантов. В начале апреля вопросы о роли Сугробова в полицейском организованном преступном сообществе (ОПС) задавали и его экс-подчиненному генералу Борису Колесникову, в отношении которого возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 210 УК РФ («Организация преступного сообщества»). Однако Колесников заявил, что никаких указаний от Сугробова не получал и вообще считает себя жертвой провокаций спецслужб.  

Скандал вокруг высокопоставленных офицеров МВД разгорелся 14 февраля 2014 года. Сотрудники ФСБ задержали нескольких полицейских по подозрению в провокации взятки в отношении заместителя руководителя 6-й службы 9-го управления ФСБ Игоря Демина. По версии следствия, оперативники взяли в незаконную разработку чекиста и попытались вручить ему взятку в $10 тыс. в московском ресторане «Урюк» через своего агента — коммерсанта Руслана Чухлиба. Сейчас под стражей в рамках этого уголовного дела находятся 11 офицеров МВД, в том числе замначальника ГУЭБиПК генерал-майор  Колесников, а также три агента полицейских. СКР предъявил арестованным обвинения по ст. 286 УК («Превышение должностных полномочий») и 304 УК («Провокация взятки»), а также ст. 210 УК РФ («Организация преступного сообщества»). 

Следователи утверждают, что задержанные поставили на поток фабрикацию уголовных дел против чиновников, которых специально провоцировали на преступления. По их версии, среди пострадавших оказались сотрудники подмосковного управления Росреестра Ольга Жданова и Алексей Акчурин, замдиректора НИИ имени Герцена Сергей Безяев, а также сенатор от Новгородской области Александр Коровников, передававший взятку экс-директору департамента Счетной палаты Александру Михайлику.

Однако, как выяснили «Известия», следователей с самого начала интересовала не только роль каждого из задержанных в этом деле, но и причастность к полицейскому ОПС экс-руководителя ГУЭБиПК генерал-лейтенанта Дениса Сугробова, дальнейшая судьба которого решается сегодня в Басманном суде Москвы. Поводом послужили записи телефонных разговоров экс-оперативника Сергея Пирожкова и завербованных полицейскими коммерсантов — Павла Глобы и Руслана Чухлибы, которые должны были нести взятку чекисту Демину.

— Пирожков рассказывал предпринимателям, что разработка сотрудника ФСБ ведется с санкции генералов Бориса Колесникова и Дениса Сугробова, — рассказывает «Известиям» источник, близкий к следствию. — Он говорил, что «на самом верху люди в курсе всей этой операции».

Сам Колесников эту информацию категорически отрицает. Как следует из документов, которые имеются в распоряжении «Известий», генерал расценивает «личные диалоги Пирожкова с Глобой» про себя и Сугробова «как наивные фантазии для предания своей значимости, чтобы тот не боялся ФСБ».

— Это словоблудие Пирожкова произошло после провокационного вопроса Глобы. Пирожков, видимо, этого не понял и, думаю, просто стал от себя лепить сказки, — утверждает Колесников.

Также он заявил следователям, что «никому из своих подчиненных не давал указаний оперативно разрабатывать Демина и не получал таких указаний от Сугробова». О том, что его подчиненные разрабатывают сотрудника ФСБ, генерал, по его словам, узнал только после возбуждения уголовного дела. Кроме того, утверждает Колесников, до своего ареста он ничего не знал о существовании таких агентов, как Сергей Пирожков, Павел Глоба и Руслан Чухлиба. 

Как следует из показаний Колесникова, разработку сотрудника ФСБ Игоря Демина непосредственно вели заместители начальника Управления «Б» подполковник Алексей Бондар и майор Иван Косоуров, а также их подчиненные майор Михаил Назаров и капитан Сергей Борисовский. Для операции они привлекли трех агентов: Сергея Пирожкова, Руслана Чухлиба и Павла Глобу. Последний, как выяснилось, был завербован ФСБ. Он поставил в известность своего куратора о том, что в отношении чекиста проводятся оперативные мероприятия. После чего полицейские и попали в «засаду».

— Подполковник Бондар и майор Косоуров рассказали следователям, что Денис Сугробов был в курсе всей операции, их показания есть в деле, — рассказал «Известиям» высокопоставленный собеседник в спецслужбах. — Больше месяца назад у него дома был проведен обыск.

Адвокат Колесникова Георгий Антонов говорит, что ни Сугробов, ни Колесников вообще не были в курсе оперативных мероприятий в отношении сотрудника ФСБ.

— Колесников ежедневно подписывал десятки служебных документов и дел оперативного учета. И у него не было времени для детального ознакомления с каждой из оперативных разработок, — поясняет Антонов. — Очевидно, что подчиненные генерала хотели «задокументировать» Демина на  получении первого «транша». После чего доложить  Колесникову о начале проведения операции, а также проинформировать его, что в разработке оказался сотрудник ФСБ. И дальше по цепочке доклад бы пошел вплоть до министра.

По словам адвоката, уголовное дело стало местью сотрудников УСБ ФСБ РФ, которым не понравилось, что полицейские посмели попытаться возбудить уголовное дело против их коллеги.

— Все оперативные службы в нашей стране равны между собой, и нигде в российских законах не написано, что сотрудники одной службы, узнав о преступлении, не могут разрабатывать сотрудника другого оперативного подразделения. А сейчас вопрос поднимается таким образом: «Как вообще полицейские посмели разрабатывать сотрудника ФСБ?» — возмущается Антонов. — Дело дошло до того, что сотрудников, боровшихся с коррупцией, обвинили в создании преступного сообщества. 

Напряженность в отношениях между ФСБ и ГУЭБиПК МВД возникла в 2011 году, после того как руководителем ведомства назначили генерал-майора Дениса Сугробова. На тот момент ему было 34 года и он был самым молодым генералом в истории российской полиции. Однако часть влиятельных силовиков хотела видеть на этом посту другого амбициозного молодого генерала — Андрея Хорева. Но из-за многочисленных скандалов вокруг его персоны он был отправлен в отставку.

Владимир Осечкин, руководитель Gulagu.net, говорит, что о фабрикации уголовных дел в ГУЭБиПК под руководством генерала Колесникова узнал еще в мае прошлого года.

— О масштабной коррупции в ГУЭБиПК МВД нам стало известно в мае 2013 года, когда к нам обратились родственники высокопоставленного чиновника, которые рассказали о вымогательстве $1 млн генералом Колесниковым. Далее наши эксперты и координаторы собрали информацию, в том числе к нам попала аудиозапись, на которой трижды судимый персонаж обсуждает с сотрудником ГУЭБиПК распределение уже полученных от предпринимателей 100 млн рублей, а также планы, каким образом ещё можно забрать две дорогие квартиры и при этом организовать заказную посадку, — рассказывает Осечкин. — По нашей просьбе депутаты Госдумы направили запросы, наши обращения и собранные доказательства в ФСБ, а также министру МВД и генеральному прокурору. Собственно говоря, это стало одним из поводов для начала серьезной разработки в отношении Сугробова и его подчиненных. 

Осечкин утверждает, что располагает конкретными данными о том, что с помощью коррупции и больших денег готовится целая пиар-кампания с целью дискредитации следствия и оказания давления на правосудие, соответствующее заявление он уже подал в ФСБ.

Буквально за сутки до задержания Дениса Сугробова стало известно, что генерал Борис Колесников получил в СИЗО «Лефортово» травму головы. Об этом сообщил зампред ОНК Москвы Павел Пятницкий, навестивший вчера Колесникова в больнице, куда его перевели из СИЗО. Травму, по словам Колесникова, он получил во вторник 6 мая. Как это произошло и что конкретно случилось, он якобы не помнит.

— Колесников сидел на кровати, он сказал нам, что у него черепно-мозговая травма. На затылке у него были выбриты волосы, на рану наложены бинт и лейкопластырь, — рассказывает Пятницкий. — Я несколько раз спрашивал, что с ним произошло, может, у него был конфликт с соседом по камере (в СИЗО «Лефортово» двухместные камеры. — «Известия»), но Колесников ответил, что это бытовая травма, а как он ее получил, он не помнит. Говорит, что просто упал в камере. 

По словам Пятницкого, вчера Бориса Колесникова из СИЗО перевели в нейрохирургическое отделение московской ГКБ № 5. Он лежит в отдельной палате с решетками на окнах, у входа в нее дежурят полицейские.

Источники, близкие к расследованию, не исключают, что травма эта не случайная и нужна была, чтобы потом просить следствие и суд о смягчении меры пресечения Колесникову из-за якобы внезапно ухудшившегося здоровья. На момент написания заметки суд еще не вынес решение об аресте генерала Сугробова, на котором настаивает СКР.