Почему оппозиция не договорилась

У оппозиции не получится пойти на следующие выборы единым фронтом: как и в предыдущие годы, не согласные с политикой Кремля не смогли договориться друг с другом и разделились уже как минимум на три колонны — РПР-ПАРНАС, «Яблоко» и «Гражданская инициатива» вместе с «умеренными» оппозиционерами. Корреспондент Znak.com Екатерина Винокурова узнала некоторые детали переговоров, предшествовавших расколу.
 
О том, что в новой коалиции объединенных демократов, пока состоящей из Партии Прогресса Алексея Навального, партии РПР-ПАРНАС и партии «Демократический выбор» Владимира Милова, не все так просто, стало известно буквально через пару дней после ее создания. Я встретилась тогда с рядом оппозиционных политиков, в коалицию не вошедших, и выяснила их версию предшествовавших событий.
 
Переговоры о создании единого и максимально широкого списка, которым оппозиционно настроенные политики могли бы идти на выборы в Госдуму, начались вскоре после траурных мероприятий, связанных с девятью днями после смерти Бориса Немцова. В переговорах, кроме итоговых участников коалиции, участвовали представитель «Открытой России», Геннадий и Дмитрий Гудковы, Владимир Рыжков, Ирина Прохорова, Андрей Нечаев (партия «Гражданская инициатива») и еще ряд персон, попросивших меня о конфиденциальности. Идея идти на выборы под брендом РПР-ПАРНАС ни у кого аллергии не вызвала:  партия зарегистрирована, имеет право участвовать в выборах без сбора подписей и обладает самым сильным брендом из имеющихся.
 
Главная проблема и главная причина, по которой переговоры длились так долго, – это отсутствие взаимного доверия и выработка обоюдных гарантий. Другая проблема – как именно «разыграть» места на выборы по одномандатным округам и места в списке. Часть участников переговоров настаивали на том, что 100% мест надо распределить на основе праймериз, другие возражали, что если проводить интернет-праймериз и ограничиться ими, в итоге список будет в большей части состоять из москвичей-блогеров, а не из перспективных политиков регионального уровня.
 
Еще один тонкий момент касался региональных выборов 2015 года, в частности региональных Заксобраний Костромской, Калужской и Новосибирской областей. Изначально партия Нечаева собиралась идти на них под собственным брендом, однако была готова вести переговоры о едином списке с РПР-ПАРНАС, но списке совместном. Следующий сложный момент – наличие за столом переговоров как более радикально настроенных политиков (Навальный), так и более умеренных (Прохорова), которым надо было бы выработать общую программу и общий план публичных действий. Впрочем, все разговоры крутились вокруг главной проблемы еще не созданной коалиции: отсутствие доверия друг к другу.
 
В итоге к середине апреля (а точнее, к середине прошлой недели) была выработана следующая схема: каждый из потенциальных участников коалиции формулирует четко свои пожелания, на основе которых будет написано письменное соглашение. Его все участники коалиции одновременно опубликуют в своих блогах в заранее оговоренное время.
 
На следующий день ряд политиков из СМИ узнали, что коалиция уже создана и им просто предлагают к ней присоединиться. Они сочли это прямым нарушением договоренностей, хотя публично реагировали сдержанно. В ответ они услышали публичные обвинения в связях с Кремлем.
 
Я поговорила и со знакомыми, близкими к администрации президента, чтобы понять, оказывалось ли давление на «умеренных». Мне отвечали: нет, «умеренные» давно ни с кем не общались, а Кремлю нет смысла сейчас на кого-то оказывать давление — «все переругаются сами».
 
Сейчас, по моей информации, продолжаются сепаратные переговоры «умеренных» с Нечаевым и партией «Гражданская инициатива» о том, чтобы идти на выборы, возможно, параллельно с РПР-ПАРНАС и с опорой на региональных лидеров. РПР-ПАРНАС пытается возобновить переговоры с умеренным крылом оппозиции, но доверие уже подорвано.