Владельцы и сотрудники предприятий Шебекино рассказали РБК о работе под обстрелами, прилетах на заводы и фабрики, судебных спорах о форс-мажоре и о том, как платить зарплату без доступа к собственной бухгалтерии.
Шебекино и близлежащие села Белгородской области находятся под массированными обстрелами со стороны Украины больше недели. В городе много предприятий, но туда закрыт въезд, нет света и воды, работа заводов остановлена, сотрудники эвакуированы.
«Стреляют — прячемся в укрытие, прекращают стрелять — продолжаем работу»
Шебекинский округ — один из основных промышленных центров Белгородской области. Там располагаются не только местные производства, но и резервные площадки белгородских предприятий (город находится в 30 км от Белгорода), а также федеральных компаний. Например, в округе расположено одно из производств компании «СИ Груп», на котором производятся макароны «Шебекинские», завод по выпуску искусственных сапфиров «Монокристалл», Шебекинский машиностроительный завод, завод по производству смол и добавок для строительных красок компании «Аллнекс» и другие.
Точных данных, сколько предприятий в Шебекино пострадали от обстрелов, насколько сильно и какой ущерб им причинен, пока нет: город постоянно обстреливают, и произвести оценку нет возможности. 2 июня губернатор Вячеслав Гладков сообщал о десяти пострадавших предприятиях и уточнял, что на их восстановление понадобится 13 млрд руб. Уже 5 июня он отмечал, что «навскидку» средств на восстановление пострадавших районов из сформированного фонда не хватит, не уточняя, имеется ли в виду также восстановление предприятий.
Сотрудница Шебекинского мелового завода рассказала РБК, что до 31 мая предприятие работало, потом его остановили. «Я должна была выйти 31 мая на смену в день, но мы уже не вышли. В ночь на 2 июня у меня была ночная смена, но мне позвонили, сказали, что завод остановили. Сохранится ли зарплата, как это будет оформлено — не знаю», — говорит она.
Сотрудница Белгородского завода сапфиров «Монокристалл» сообщила, что завод остановил работу также после 31 мая. «В последний обстрел, 31 мая, который был особенно мощный, мы находились в подвале. Обстрел продолжался час, из «Градов». Нас эвакуировала администрация после обстрела. После этого, насколько мне известно, были еще прилеты, и осталось ли что-то от завода, уже не могу сказать», — рассказывает женщина. По ее словам, сотрудники завода работали под обстрелами с сентября: «Стреляют — прячемся в укрытие, прекращают стрелять — продолжаем работу».
Пострадала мебельная фабрика «Радом», сообщила РБК ее сотрудница: «В наш «Радом», на котором мы с мужем работали, прилетело. Сначала увидели в соцсетях, начали созваниваться [с коллегами], нам подтвердили, что правда».
Несколько жителей Шебекино сказали РБК, что сильно пострадал Завод премиксов № 1, который выпускал добавку лизин для кормов для животных.
«Заводы? Их нет, — лаконично ответила жительница Шебекино Наталья на вопрос РБК. — Было, наверное, с Белгорода видать, как они горели (имеются в виду Завод премиксов № 1 и «Монокристалл». — РБК). В среду [31 мая] они «Премиксы» добили».
РБК направил запросы руководству крупнейших заводов, расположенных в Шебекинском городском округе. Несколько человек отказались комментировать, остальные не ответили.
От обстрелов пострадал средний и малый бизнес. У индивидуального предпринимателя Виталия Немерцева было свое производство и сбыт мебели. В собственности — два магазина, один из которых, площадью 900 кв. м, сдавался в аренду, складские помещения и другие активы. «Склад с мягкой мебелью разлетелся, небольшой склад со всякой мелочевкой тоже разлетелся. В магазинах стекла повыбивало. «Газель», которая была на доставке мебели, помогли кое-как вытащить, я ее забрал. Она вся как решето — «Град» прилетел, всю посекло осколками», — рассказал РБК Немерцев.
Сотрудников, трудоустроенных в Шебекино, перевели на работу на вторую точку предпринимателя в Белгороде. Зарплату им пришлось сократить, признается он, но люди хотя бы остались с работой.
Похожая ситуация у компании «Инбитек», которая производит металлопрокат и металлоизделия. В Шебекино у нее есть промышленное предприятие по производству металлоконструкций и торгово-офисное здание в центре города. «По состоянию цеха — в прошлую пятницу я там был, был зафиксирован прилет, стены пробило снарядом. Разорвалось внутри или нет — не знаю, внутрь мы не заходили. Но пожара не заметили», — рассказал РБК руководитель компании Игорь Чернов.
Сотрудники «Инбитека», работавшие в Шебекино, сейчас находятся в оплачиваемом отпуске. Как пояснил Чернов, их организованно эвакуировали во время обстрелов и отвезли в безопасное место. Почти все разместились у родственников, для кого-то договаривались о квартирах, помогали чем могли, уточнил предприниматель.
Пока руководство компании смотрит на то, как будут развиваться события, но если обстрелы затянутся, «Инбитек» будет искать временную площадку, для того чтобы вернуть сотрудников к работе.
Ни Немерцев, ни Чернов практически ничего не успели вывезти с предприятий, за исключением некоторых документов. Эта проблема стоит и перед другими шебекинскими предпринимателями, поэтому бизнес совместно с администрацией округа разработал схему вывоза некрупных вещей. Руководителям компаний необходимо составить заявку на вывоз, подать ее в администрацию округа, после чего ее согласуют и передадут данные на КПП при въезде в закрытую зону. Пока вывозить можно только что-то небольшое — сейфы, серверы, печати, документы, которые могут войти в машину вроде «Газели». Практически все собеседники РБК поясняют, что за территорией Шебекинского округа постоянно ведется наблюдение с помощью дронов, кроме того, обстрелы могут начаться в любую минуту. Поэтому передвигаться необходимо очень быстро и задерживаться надолго, в том числе для погрузки крупной машины, нельзя.
Из-за обстрелов работу останавливают не только предприятия Шебекино, но и расположенные в других районах, в частности ближе к Белгороду. Как рассказал РБК сотрудник ООО «Разуменский рынок», расположенного в поселке городского типа Разумное (10 км от Белгорода), Виктор Кощавка, его компания строила вторую очередь торгового комплекса «Амбар». Однако в мае на фоне обстрелов компания решила заморозить стройку. «Первая очередь уже построена, сейчас строится вторая очередь. Скелет каркаса подняли, а уже обшивать дальше не стали, потому что небезопасно. Чтобы не получилось, что построили здание, а его, как в Шебекино, разбили», — пояснил Кощавка.
По его словам, первый месяц сотрудники находились в оплачиваемом отпуске. «А сейчас форс-мажор, и все это понимают. И хозяева не получают денег, и мы не получаем, все стоит до лучших времен», — добавил собеседник РБК.
Будет ли финансовая поддержка предприятий
Пока официальных заявлений о том, как область будет финансово помогать предприятиям восстанавливаться, нет. Предприниматели, с которыми разговаривал РБК, поясняют, что процедуру оценки ущерба сейчас нельзя начать из-за постоянных обстрелов — как минимум на производство нет возможности привезти оценщика. «Наверное, какие-то компенсации будут, но какие, когда и в каком размере — не знает никто», — пояснил Чернов.
Предприятиям, пострадавшим в предыдущие волны обстрелов (они велись по Шебекинскому округу и другим районам с осени 2022 года, но были слабее), власти выделяли субсидии в виде грантов. Заявления на грант начали принимать 26 апреля. Подать его могли юридические лица, индивидуальные предприниматели, физические лица и самозанятые (если они не находятся в стадии ликвидации или банкротства, а также не являются иностранными). Деньги можно было направить на строительство зданий, аренду, текущий или капитальный ремонт, ремонт оборудования, приобретение сырья или необходимых товаров, технологическое присоединение к объектам инженерной инфраструктуры, оплату коммунальных услуг.
К 10 мая были определены первые получатели грантов. Ими стали 28 предприятий и 18 ИП, а общая сумма субсидий для них составила 397 млн руб.
«Люди уже бегут в суды подать иск на тех, кто терпит бедствие»
Помимо материального ущерба и вынужденной остановки производства шебекинские предприятия столкнутся с множеством других проблем, уверен сопредседатель отделения «Деловой России» в Белгородской области Сергей Лисов. «Мы ожидаем, что будет большое количество неисполненных контрактов, по которым уже были совершены предоплаты, соответственно, суды окажутся завалены исками, которые подадут контрагенты», — пояснил он РБК.
С ним согласен и Чернов. «У нас остался в цеху завезенный материал, то есть обязательства перед поставщиками. У нас остались невыгруженные готовые изделия, то есть обязательства перед покупателем. У нас осталось оборудование, то есть обязательства перед лизингодателем и поставщиком оборудования, — пояснил он. — Например, мы должны были отгружать конструкции в пятницу, а в четверг началась эта заваруха. И все. А у них технологический цикл оборудования проходит. Сидим, думаем вместе, как из этой ситуации выходить».
Руководитель «Инбитека» подчеркивает, что из-за того что в округе не введен особый режим (по аналогии с режимом КТО, который ввели в Грайворонском районе 23 мая после прорыва диверсантов и сняли в тот же день), обязательства по контрактам не приостанавливаются. «Люди бегут в суды подать [иск] на тех, кто терпит бедствие, потому что хотят первыми содрать какие-то остатки мяса, если что-то от компании останется», — поясняет он.
По словам Лисова, в среду, 7 июня, состоялась встреча представителей региональной Торгово-промышленной палаты (ТПП), минэкономразвития области, белгородского отделения «Деловой России» и бизнеса. «Было принято решение о создании реестра пострадавших предприятий, в том числе тех, у кого из-за обстрелов нет доступа к производственным площадкам и офисам. Компании, попавшие в реестр, смогут получить сертификаты о наступлении форс-мажора. Этот сертификат они смогут использовать в суде, чтобы в случае подачи против них иска у них была возможность задействовать пункт о форс-мажоре в договорах с контрагентами», — рассказал он.
Сейчас для получения такого сертификата в Торгово-промышленной палате необходимы документы органов власти, СК или МЧС, которые бы подтверждали обстоятельства возникновения форс-мажора. Если будет создан реестр, доказать возникновение обстоятельства непреодолимой силы станет значительно проще, уточняет сопредседатель «Деловой России» региона.
Оформление такого сертификата в ТПП стоит 13,5 тыс. руб. «Мы предложили дать рассрочку на три месяца тем предпринимателям, которые не могут сейчас полностью оплатить процедуру. ТПП поддержала эту идею», — добавил Лисов.
У многих предприятий из-за обстрелов нет доступа к бухгалтерии, серверам, где хранится информация, в том числе и по начислению зарплаты сотрудникам. «Если обстрелы затянутся или предприятие будет разрушено, работодатель не сможет начислять зарплату, а невыплата зарплаты в течение трех месяцев является основанием для подачи заявления в отношении предприятия на банкротство. Мы просто получим множество предприятий-банкротов, вместо того чтобы дать им возможность восстанавливаться», — поясняет он.
Региональное отделение «Деловой России» направило письмо председателю организации Алексею Репику с просьбой рассмотреть возможность введения временного моратория на банкротство пострадавших предприятий и на уголовную ответственность за несвоевременную выплату зарплаты. Кроме того, бизнесмены предложили временно разрешить предприятиям не проводить отчисления в социальные фонды, если у них нет возможности эти выплаты совершать. Как пояснил Лисов, бизнес считает необходимым ввести меры, похожие на те, что действовали во время пандемии COVID-19.
По складу вдарила болванка - экстремальные условия бизнеса в Шебекино
Что стало с бизнесом Шебекино.