Пан или пропал

Важнейшей новостью ноября на российском банковском рынке стала санация пяти банков, входивших в группу «Рост», – Рост-банка, Тверьуниверсалбанка, АККО-банка, СКА-банка и банка «Кедр». Важно даже не это, а то, что санация Рост-банка знаменует совершенно новый этап в политике Центрального банка и его руководителя Эльвиры Набиуллиной.

Самое интересное в ситуации с Рост-банком – это действия регулятора. С тех пор как в июне 2013 г. Эльвира Набиуллина заняла пост председателя Банка России, ЦБ начал «расчистку» рынка, избавляясь от всех ненадежных банков или банков, проводящих сомнительные операции. «Ликвидаторская» активность ЦБ резко возросла: были отозваны лицензии более чем у ста кредитных организаций, включая такие известные, как Инвестбанк, Мастер-банк и «Мой банк».

Объявленная ЦБ «битва за чистоту» привела к тому, что резервный фонд Агентства по страхованию вкладов (АСВ) стал таять. Он сократился с 206 млрд руб. в начале прошлого года до 75 млрд руб. на 1 ноября нынешнего года, и это притом что в марте ЦБ перечислил АСВ 60 млрд руб. на выплаты вкладчикам Крыма и Севастополя. «Размер привлеченных вкладов в группе «Рост» очень велик (порядка 70 млрд руб.). АСВ просто не потянет их выплачивать», – отмечает директор московского офиса международной консалтинговой компании Tax Consulting U.K. Эдуард Савуляк.

«Экономисты длительное время убеждали всех, что с падением цен на нефть мы войдем в сложный социально-экономический кризис, поэтому, когда он начался, то некоторая паника, в том числе в банковском секторе, стала очевидна», – сказал недавно председатель наблюдательного совета ВТБ Сергей Дубинин. При этом в публичном пространстве правительство стушевалось, а все взоры прикованы к действиям ЦБ. Так, директор Института экономики РАН Руслан Гринберг, комментируя падение рубля, заметил: «Это скандал, конечно, и позор для Центробанка. Если он не вмешается, то возможно и дальше такое». Но правомерно ли требовать этого от ЦБ? 

Ням-ням-банки

Решение о санации банков из группы «Рост», как говорят в ЦБ, принято «в связи с наличием угрозы интересам их кредиторов и вкладчиков».

«У банка показатель достаточности капитала Н1 находился на низком уровне, также показатели ликвидности банка находились близко к предельным значениям, соответственно можно предположить, что у банка могли возникнуть сложности с исполнением своих обязательств перед кредиторами», – комментирует решение ЦБ аналитик «Инвесткафе» Михаил Кузьмин. 

Группа «Рост» возникла благодаря усилиям предпринимателя Олега Карчева, уроженца Норильска, физика по образованию, известного своими инвестициями в самые разнообразные виды бизнеса – торговлю электроникой, логистику, обслуживание грузовиков, факторинг, страхование и даже переработку золотой руды. «Ко» уже рассказывал об одном из его инвестпроектов – долговой бирже Invoice Market (см. «Ко» от 13.10.2014).

Кроме того, Олег Карчев – акционер компании Merlion, являющейся крупнейшим в РФ дистрибьютором компьютеров и оргтехники. Эта коммерческая структура достигла впечатляющих успехов благодаря слиянию нескольких дистрибьюторов. «Исторически у нас был бизнес по дистрибуции компьютерных запчастей, мы торговали «железом». В 2004 г. друзья и коллеги из других компьютерных компаний предложили объединение, что мы и сделали в рамках компании Merlion», – рассказывал Олег Карчев. 

Создавать банковскую группу «Рост» бизнесмен начал в 2008 г. Основой для нее стали $100 млн, которые Олег Карчев выручил от продажи в 2008 г. сети продовольственных магазинов «Ням-ням» австрийской REWE, развивавшей сеть Billa. 

Группа началась с того, что в 2008 г. Карчев купил Рост-банк, ранее подконтрольный Восточно-европейской финансовой корпорации (ВЕФК) Александра Гительсона. ВЕФК  – банковский холдинг, потерпевший крах в ходе глобального финансового кризиса. На Александра Гительсона завели уголовные дела о хищении госсредств, он бежал за границу, был экстрадирован в Россию из Австрии и предстал перед судом. Карчев же воспользовался фактически лицензией и начал создавать банковский бизнес с нуля. 

Еще по результатам 2011 г. Рост-банк входил лишь в третью сотню, а по итогам 2012 г. занимал 137-е место. Владельцы постоянно вкладывали в Рост-банк дополнительные средства и покупали новые банковские активы, особенно в последний год: смоленский СКА-банк куплен в январе 2014 г., Тверьуниверсалбанк тоже в январе, сургутский АККО-банк – в апреле, а красноярский банк «Кедр» – в мае. «Только за последний год общая величина уставного капитала и субординированных займов возросла более чем в полтора раза, до 3 млрд руб., а с завершением процедуры присоединения банка «Казанский» уставный капитал вырос еще на 58%, до 3,8 млрд руб.», – констатировали аналитики «Велес-Капитал». 

Как пояснили «Ко» в агентстве «Рус-Рейтинг», в результате объединения Рост-банка с купленным в 2012 г. банком «Казанский» чистые активы объединенного банка за период с июля 2013 г. по январь 2014 г. выросли почти в четыре раза, до 67,6 млрд руб. «На данном фоне в балансовых данных банков (особенно в крупнейших в группе – Рост-банке и «Кедре») появилась тенденция роста кредитных рисков. В частности, уровень просроченной задолженности (по РСБУ) Рост-банка за период с начала 2014 г. увеличился с 1,3% почти до 4% по кредитному портфелю», – отмечает директор по методологии агентства «Рус-Рейтинг» Елена Николаенко. 

Самая последняя сделка (покупка кэптивного банка АК «Алроса» МАК-банка за 400 млн руб.) должна была состояться осенью 2014 г., но ее не одобрил ЦБ. Регулятор уже видел финансовые проблемы в холдинге Олега Карчева. 

Стоит отметить, что Олег Карчев практически не общается с прессой и не фигурирует в документах как владелец собственных бизнесов. Согласно данным сервиса «Контур-Фокус», Олег Карчев владеет всего одной компанией – московской фирмой «Дельта», занимающейся установкой охранной сигнализации. Логистическим холдингом «Тайсу», который часто называют основным бизнесом Карчева, официально владеют два гибралтарских офшора. Что касается других компаний, в разное время связываемых с Карчевым, то их совладельцами числятся различные граждане, относительно которых часто можно предположить, что они являются доверенными лицами истинных хозяев. Таким доверенным лицом являлась и супруга Олега Карчева Елена Власова, до недавнего времени считавшаяся владелицей 50,54% акций Рост-банка. В свое время, комментируя сей факт, Олег Карчев говорил: «Просто исторически так сложилось, что все активы всегда оформляются на нее. Я принимаю решения, веду дела».

Сегодня, по данным сервиса «Контур-Фокус», среди акционеров Рост-банка нет Елены Власовой, но зато есть большое количество других физлиц, и это явно неблагоприятный признак, поскольку, как показал опыт этого года, часто накануне банкротства банков владельцы продают их широкому кругу физлиц. Так было, например, с «Моим банком» экс-сенатора Глеба Фетисова. Таким образом владельцы пытаются уйти от ответственности, но, как показывает пример арестованного Глеба Фетисова, им это не всегда удается.

Риски скорости

Что же случилось с Рост-банком? Общим мнением опрошенных «Ко» экспертов стало то, что банк не смог справиться с быстрыми темпами роста. «В основе финансовых проблем, с которыми столкнулись банки группы Рост-банка, лежит реализация рисков быстрого роста группы, что всегда является испытанием для финансового института, – поясняет Елена Николаенко. – При этом в случае группы Рост-банка быстрый рост совпал со сложной экономической ситуацией, с появившимся дефицитом качественных заемщиков и в целом качественных направлений размещения средств с точки зрения соблюдения баланса риск/доход». 

В качестве же специализации банковской группы было выбрано кредитование малого и среднего бизнеса – сегмента, о котором уже многие годы говорят как о зоне дефицита банковских кредитов. Многие банки демонстративно объявляли, что желают ликвидировать этот дефицит, создавали соответствующие направления в своей деятельности, однако необеспеченность МСБ кредитными ресурсами по-прежнему является общим местом. «Мы себя видим в нише среднего и малого бизнеса. В этом сегменте место точно есть – конкуренция достаточно слабая, ведущие российские банки хотя и декларируют свою работу с МСБ, участвуют в ней слабо и вряд ли в обозримой перспективе покроют этот рынок, даже несмотря на свои возможности», – говорил Олег Карчев в 2012 г. Но поставить на поток выдачу кредитов непрозрачному и нестабильному бизнесу – задача если не безнадежная, то рискованная. А риски наложились друг на друга: сверхбыстрый рост, организационные риски интеграции разных банков, замедление роста экономики, отсутствие у Рост-банка лояльной клиентуры. 

Ранее Олег Карчев подчеркивал, что Рост-банк не является кэптивным банком компании Merlion, поскольку дистрибьютор может себе позволить кредитоваться дешевле в более крупных банках. Но отсутствие «якорных» клиентов сыграло с банком злую шутку: осенью он столкнулся с резким оттоком клиентских средств. Отток же, в сущности, был спровоцирован Центральным банком. Как рассказала «Ко» кредитный аналитик агентства Standard & Poor's Екатерина Марушкевич, осенью ЦБ проводил проверку Рост-банка в рамках процесса присоединения приобретенных ранее банков и формирования единой банковской группы. По итогам проверки Центробанк предписал банку доначислить резервы в размере 4,7 млрд руб. в конце октября и 3,6 млрд руб. в начале ноября. Когда информация об этом просочилась в прессу, в Рост-банке начался быстрый отток клиентских средств. Начиная с 20-х чисел октября до середины ноября депозиты клиентов уменьшились более чем на 10 млрд руб., или на 15% от общей величины клиентских пассивов.

«Несмотря на то, что акционер Рост-банка оказал банку экстренную финансовую поддержку в размере 3,6 млрд руб. в начале ноября, этого оказалось недостаточно для финансового оздоровления банка и возвращения его к нормальной деятельности», – констатирует Екатерина Марушкевич.

Жалко денег

Еще в конце июня президент РФ Владимир Путин на встрече с председателем Банка России Эльвирой Набиуллиной призвал соотносить отзыв лицензий с возможностями АСВ. 

Ранее замглавы Агентства по страхованию вкладов Андрей Мельников говорил о том, что фонд АСВ при сложившейся динамике выплат может быть исчерпан к середине 2015 г., однако «исчерпание» фонда могло бы теоретически произойти и раньше. Если предположить, что долги Рост-банка должны быть полностью оплачены из резервного фонда АСВ, то деятельность системы страхования вкладов на этом можно считать законченной. 

Это, разумеется, не означало бы краха АСВ, поскольку на помощь ему пришел бы ЦБ с его возможностью неограниченно печатать деньги. «В настоящее время финансовая устойчивость фонда страхования вкладов обеспечивается возможностью в любой момент привлечь кредит Банка России, который, в свою очередь, не имеет каких-либо ограничений по величине, установленных законом», – объясняет заместитель председателя Центробанка Михаил Сухов. Но в условиях борьбы с инфляцией возвращение средств вкладчикам с помощью кредитов ЦБ было бы не самым желательным действием с точки зрения макроэкономики. Поэтому в конце осени ЦБ сменил политику: вместо беспощадного отзыва лицензий он принимает решение о санации крупных проблемных банков. Собственно, начало нового этапа в политике ЦБ знаменовало еще решение по Мособлбанку, санацию которого взял на себя банк Аркадия Ротенберга «Северный морской путь» (СМП-банк). Слухи о санации банка «Связной» пока не подтвердились. 

Кто будет санировать?

В качестве санатора привлечено Агентство по страхованию вкладов. Оно назначит в каждый банк временную администрацию, которая, в свою очередь, объявит проведение инвентаризации имущества и активов банков. Однако АСВ может осуществлять лишь общий надзор по управлению «спасаемыми» банками. Как показывает опыт предыдущего финансового кризиса, обычно в качестве санаторов привлекаются другие банки. 

Проблема заключается в том, что в условиях экономической рецессии найти такие банки очень сложно. А если они находятся, то требуют госпомощи, и остается неясным, не было бы лучше просто заплатить вкладчикам компенсации. Так, СМП-банк Аркадия Ротенберга, взявшийся за санацию Мособлбанка, получил кредит от ЦБ на 117 млрд руб., при этом, по словам представителей санатора, «дыра» в капитале Мособлбанка достигает 97 млрд руб.

«Дыра» в капитале Рост-банка пока не столь велика. Михаил Сухов сказал о нехватке 10 млрд руб., но анонимные источники, знакомые с результатами поведенной регулятором проверки, говорят, что более точная сумма – 17 млрд руб. 

«Как правило, стоимость санации сопоставима с величиной остатков во вкладах. При условии, что нет забалансовых обязательств, о которых ничего сейчас неизвестно», – поясняет Эдуард Савуляк. Опыт показывает, что у оздоравливаемых банков вдруг обнаруживается невозвратная кредитная задолженность. Пока же размеры проблемной задолженности Рост-банка оцениваются в 25,6 млрд руб. «Причины санации – слишком рискованная кредитная политика и отток капитала, – объясняет проблемы Рост-банка аналитик инвестхолдинга «Финам» Антон Сороко. – Низкокачественные активы в большинстве своем – кредиты корпоративным и розничным клиентам сомнительного качества, которые были выданы банком либо из-за ошибок андеррайтеров, либо в погоне за новой клиентской базой». 

Решение о выборе санатора будет принято 12 декабря, а пока известно о переговоре с целым рядом банков. Это Пробизнесбанк, Бинбанк, Московский кредитный банк и банк «Открытие». Последний, считающийся главным кандидатом, на момент сдачи номера от комментариев отказался, но очевидно, что решение будет зависеть от того, какую помощь для спасения «тонущих» обещают АСВ и ЦБ. Пока же опрошенные «Ко» эксперты уверены, что найти санатора будет трудно. «Большинство желающих поучаствовать уже заняты санированием других банков. Поэтому основной кандидат – АСВ», – уверен Эдуард Савуляк. «Возможно, в других рыночных условиях найти желающих санировать такую группу не составило бы большого труда. Но, учитывая тот факт, что рынки Запада полностью закрыты для российских банков, а на локальном рынке обостряется борьба за ликвидность, большинство банков вряд ли рискнет взять на себя такую нагрузку», – соглашается Елена Николаенко. 

Атака захлебнулась?

Таким образом, атака ЦБ на ненадежные банки захлебнулась из-за банальной нехватки денег.

Меж тем примерно то же самое произошло и в макроэкономической области, где ЦБ пытался сгладить падение рубля, находящегося под давлением нефтяных цен. За год золотовалютные резервы снизились примерно с $510 до $420 млрд. Причем около трети потраченной суммы – примерно $30 млрд – было израсходовано в октябре. 

В итоге Центробанк согласился на «плавающий» валютный курс, отказавшись от массированных регулярных интервенций.

«Как-то все по-детски, – удивляется председатель совета директоров инвесткомпании «Еврофинансы» профессор Яков Миркин. – Взяли и уронили рубль больше чем на 50% за год. Было 32, стало 50. Ба-бах! Взяли и сожгли $90 млрд международных резервов за год. Почти одну пятую. Пшик, и все! Устроили банковскую и две валютные паники… А итог? Концентрация денежных средств банков в Москве и Московском регионе год назад – 77%, сегодня – 85% (средства на корсчетах банков в ЦБР). Резкий рост дефицита кредитов в регионах, особенно в среднем и малом бизнесе. Дальнейшее укрупнение, сверхконцентрация банков. Рост цены денег – ссудного процента – в 1,2–1,4 раза. Инфляция – почти в два раза. Вывоз капитала за 2014 г., кажется, $120–150 млрд».

Перед лицом надвигающегося экономического кризиса мы имеем дело с ситуацией, когда финансовый регулятор начинает ощущать собственное бессилие.

Впрочем, в крайнем случае ЦБ сможет решить любые проблемы банковской системы, запустив денежный печатный станок. Таким образом, убытки проблемных банков будут распределены по всем налогоплательщикам с помощью механизма инфляции.