От «Мозгобойни» у акционеров мозги кипят

Ущерб истцы оценили почти в €2 млн. Корпоративный конфликт начался еще в 2017 году со входом в число совладельцев екатеринбургских франчайзи.

«Мозгобойня» существует уже 10 лет. За это время компания открыла более 275 точек в 17 странах, а в 2020-2021 годах попала в рейтинг самых выгодных франшиз по версии Forbes. Основатели компании — Екатерина Максимова и Александр Ханин. Позже к совладельцам присоединились Семен Черноножкин и Юлия Родионова.

Корпоративный конфликт в «Мозгобойне» начался в 2017 году — тогда в число совладельцев компании вошли екатеринбургские франчайзи Антон Писчиков, Руслан Гилязов, Александр Лежнин и Николай Тисенко. В конце следующего года Черноножкин и Родионова ушли из компании, продав свои доли екатеринбуржцам. В острую фазу конфликт перешел во время пандемии, отмечает Forbes. По словам Максимовой, она, живущая в Литве, вместе с Ханиным, проживающим на Украине, во многом из-за закрытых границ оказались отрезанными от партнеров из Екатеринбурга.

В прошлом году Максимова, Ханин и Тисенко, по их словам, узнали, что партеры вывели из кипрского юрлица «Мозгобойни» — Mozgo LTD — товарные знаки и деньги в компанию «Квиз Мозгобойня». Последняя компания в равных долях принадлежит Писчикову, Гилязову и Лежнину. Максимова, Ханин и Тисенко не получили объяснения произошедшему, поэтому подали к партнерам иск в суд на Кипре с требованием возместить почти 2 млн евро убытков. Слушание по делу пройдет 13 сентября.

По словам Максимовой, Mozgo LTD получила все товарные знаки «Мозгобойни», поскольку через кипрское лицо было проще наладить работу (прием оплаты, передачу права пользования товарными знаками) с зарубежными партнерами.

В планах было сделать Mozgo LTD головной компанией, а российское юрлицо — «дочкой».

Первые проблемы

В 2016 году франшиза «Мозгобойни» появилась в Екатеринбурге. Ее купил бизнесмен Антон Писчиков, развивающий с 2015 года франшизу барбершопов Boy Cut. В качестве совладельца Boy Cut к нему присоединился Руслан Гилязов, а потом — комик и сооснователь креативного агентства «Клевер» (позже было переименовано в «Руду») Николай Тисенко. Позже на том же условии к ним добавился Александр Лежнин. С 2017 года все они в равных долях владели бизнесом по франшизе «Мозгобойни» в нескольких городах.

Екатеринбург на тот момент стал одним из драйверов роста, отмечает Максимова. В 2017 году партнеры открыли еще несколько франшизных точек «Мозгобойни» в Свердловской области. Суммарный оборот точек, запущенных франчайзи из Екатеринбурга составлял 10-15% от оборота всей сети. Основатели отмечали успехи партнеров и иногда просили их поделиться удачными рекламными находками с управляющей компанией.

В мае 2017-го екатеринбургские партнеры предложили основателям принять из в состав акционеров, вспоминают Максимова и Тисенко. В обмен на доли франчайзи обещали обеспечить маркетинг со стороны управляющей компании для всей сети. Предполагалось даже, что выручка Boy Cut и «Руды» попадет «в общий [с «Мозгобойней»] котел», отмечает Тисенко.

Между тем Максимова утверждает, что Писчиков на одной из встреч поставил ультиматум: либо основатели включают франчайзи в состав акционеров, либо франчайзи перестают развивать франшизу и запускают конкурирующий бизнес под собственным брендом. Писчиков это отрицает и отмечает, что он предложил владельцам варианты развития событий, которые «были оптимальными и наиболее подходящими». В итоге акционеры приняли предложение екатеринбургских партнеров.

По словам Максимовой и Тисенко, работать ввосьмером было непросто, а между учредителями постоянно возникали конфликты. В 2017 году директором компании назначили Тисенко, у которого не было конфликтов с партерами. Напряжение в отношениях акционеров не утихало, поэтому Черноножкин и Родионова вышли из проекта в 2018 году и передали доли екатеринбуржцам.

У ушедших акционеров на двоих было 35% акций. С января 2019 года, после их выхода из бизнеса, распределение ролей выглядело так:

Александр Ханин и Екатерина Максимова — 17,5%;

Антон Писчиков, Руслан Гилязов, Александр Лежнин и Николай Тисенко — по 16,25% (до этого у них было по 7,52%).

Распределение в кипрской компании получилось иным: по 17,5% на каждого екатеринбургского учредителя и по 15% у основателей, заявила Максимова, ссылаясь на выписку из кипрского реестра. Он добавила, что партнеры на словах договорились позже привести доли в кипрской компании в соответствие с долями в российской, поскольку это требовало дополнительных затрат времени и денег, отметила она.

Пандемийный развод

С 2017 по 2019 годы выручка «Мозгобойни» выросла с 35 млн до 44,5 млн рублей. В 2018 году у нее появилось новое юрлицо, «Вундерквиз», которое в 2018-м и 2019-м принесло дополнительно 44 млн и 12 млн рублей выручки соответственно.

В 2019 году гендиректором стал Писчиков. Тисенко объяснил, что сложил полномочия, поскольку у Писчикова произошел личный кризис. Писчиков же утверждает, что гендиректора тогда выбрали общим собранием, исходя из компетенций каждого претендента.

Максимова рассказала, что весной 2020 года она и Ханин оказались отрезаны от российских партнеров и компаний, поскольку жили они в Вильнюсе и Киеве соответственно. В тот момент Максимову, Ханина и Тисенко не информировали и не приглашали на общие онлайн-встречи, изолируя их от принятия управленческих решений. Тисенко и Максимова утверждают, что Писчиков должен был направлять партнерам финансовые отчеты, однако он перестал это делать после июля 2020-го.

Сам Писчиков объясняет ситуацию иначе. По его словам, бизнес во время пандемии «фактически рухнул», а он вместе с партнерами и сотрудниками создал штаб для заработка средств. Максимова, Ханин и Тисенко отказались участвовать в работе штаба «и по факту пропали, сославшись на невозможность выполнять задачи, выгорание и усталость». Писчиков настаивает, что в 2020 году он вместе с Лежниным и Гилязовым за счет онлайн-активностей и маркетинга смог вернуть компанию в относительно устойчивое положение.

В марте, по словам Максимовой, Ханина и Тисенко, на общем собрании отказались от дивидендов в пользу компании. Писчиков утверждает обратное — Максимова, Ханин и Тисенко пришли на собрание с запросом на дивиденды.

Через год конфликт между партнерами усугубился из-за неназванного потенциального инвестора, встречу с которым организовал Ханин. Писчиков утверждает, что инвестор нацелен на поглощение компании. ««Этот факт мы приняли как желание партнеров [Ханина, Максимовой и Тисенко] поскорее выйти из компании. Партнеров не очень волнует, что будет дальше», —отмечают Писчиков, Гилязов и Лежнин.

Максимова в 2021 году узнала о договоре, который весной того же года был заключен между ООО «Квиз Мозгобойня» и Mozgo LTD. Писчиков зарегистрировал первое юрлицо в Екатеринбурге еще в 2019 году. До острой фазы конфликта на него поступала выручка от российских франчайзи. По ее словам, планировалось, что совладельцами этого юрлица впоследствии станут все партнеры.

Договор был об отчуждении товарных знаков, прав на портал Mozgo.com и базы знаний «Мозгобойни» из кипрской компании в пользу екатеринбургской. Длят проведения сделки достаточно было резолюции распорядителя по счету, объясняет Максимова. Распорядителем по счету кипрской компании был Александр Лежнин. В июле того же года Лежнин и Гилязов стали совладельцами «Квиз Мозгобойня».

Иск и ребрендинг

Максимова, по ее словам, «впала в невроз, истерику и панику» после того, как узнала о переходе активов. Когда стало понятно, что договориться на словах не получится, то в ноябре 2021-го Максимова, Ханин и Тисенко подали иск в кипрский суд, чтобы оспорить сделку. Ответчики — Писчиков, Гилязов, Лежнин, ООО «Квиз Мозгобойня» и директор кипрской компании. Сумма иска — €1,9 млн. Также к этой сумме добавится иск о возмещении ущерба, причиненного в результате пользования товарными знаками, пишет E1. Заседание по иску пройдет 13 сентября.

Писчиков, Гилязов и Лежнин не согласны с обвинениями, пишет Forbes со ссылкой на их представителя. Товарные знаки, по его словам, были проданы по официальному договору купли-продажи между Mozgo LTD и «Квиз Мозгобойня». Предприниматели не стали отвечать на вопросы о сумме сделки и о том, сообщили ли о ней другим акционерам.

Параллельно с этим Писчиков, Гилязов и Лежнин начали проводить ребрендинг компании. Они 20 июля переименовали ее в Ruda Games. «Вот уже несколько лет мы видим тенденцию, что классические интеллектуальные игры по типу “Мозгобойни” вышли на определенное плато, у них нет большого роста. Наша задача как издателя – перестать восприниматься компанией одной игры, и мы уже давно вышли за эти пределы», — приводятся слова Писчикова в заявлении Ruda Games (есть в распоряжении «Компании»). Он отметил, что ребрендинг «положительным образом скажется на развитии партнерской сети». Также партнеры предложили франчайзи перезаключить договоры на использование товарных знаков с новым юрлицом, Ruda Games.