Основатель Acronis Сергей Белоусов: «Про Крым, по-моему, все уже забыли»

Сергей Белоусов не стесняется носить униформу: на все интервью он приходит в темно-синей рубашке с вышивкой «Acronis». Логотип компании Белоусов разместил на аватарках в соцсетях, на яхте и даже — в виде тату у себя на плече. Недавно Acronis появился на болиде Toro Rosso, команды Formula.

Acronis — лишь одна из компаний Белоусова, но в настоящее время самая главная: по словам предпринимателя, он тратит на нее 85% времени. Белоусов и партнеры основали Acronis в 2003 году. Осенью 2013-го Белоусов вернулся к ее оперативному управлению. В планах — увеличить оборот компании в 100 раз: со $100 млн на момент прихода Белоусова — до $10 млрд. Сейчас оборот — $200 млн. Клиенты Acronis — пять миллионов частных пользователей и 500 000 компаний в 145 странах мира. Две трети выручки Acronis приносят Америка и Европа, 25% приходится на Азию и остальной мир, включая примерно 2,5% от России.

«В мире количество данных растет от 40% до 125% в год, поэтому и все производители современных систем управления данными тоже растут», — отмечает Белоусов, собираясь сделать Acronis лидером в сегменте резервного копирования (backup) и аварийного восстановления и защиты данных.

Белоусов родом из Ленинграда, выпускник Московского физико-технического института, гражданин Сингапура (по этой причине Белоусов не входит в российский рейтинг Forbes, в отличие от партнера Ильи Зубарева). Говорит, что в 1999 году с точки зрения бюрократических процедур ему проще оказалось получить сингапурский паспорт, чем российский заграничный.

Впервые в Сингапур Белоусов приехал в 94-м, когда занялся производством компьютеров и телевизоров: основные поставщики комплектующих были в Азии. «Мне в Сингапуре понравилось, я открыл офис. Сейчас уже осознанно могу сформулировать: я не хочу быть членом какой-то великой империи, как позиционируют себя Россия, Китай, США. А Сингапур – это небольшая, нейтральная, очень богатая, политически независимая страна», — рассуждает Белоусов.

Зато в России находится крупнейший офис Acronis — в нем работает 400 из 750 сотрудников компании; именно здесь центр разработки (Research and Development, R&D). Белоусов не часто бывает в России, хотя и вовлечен во многие деловые и научные проекты (и даже попал в рейтинг РБК российских бизнесменов, создающих будущее). Избегает политики, но значимые события для IT-отрасли комментирует. Например, критически отозвался о «пакете Яровой»: польза от этого закона для борьбы с террором очень сомнительна, а отрицательный эффект для экономики России очевиден.

У Белоусова большие виды на Азию. В 2014 году он перенес штаб-квартиру Acronis из Бостона в Сингапур, в 2016-м открыл центр разработки на 120 программистов (второй после российского). До конца года по партнерскому соглашению начнет работать офис Acronis в Индии. Офис в Японии существует с 2008 года; есть представительство и в Южной Корее.

Находясь в Сингапуре, нам удалось договориться о встрече с Белоусовым день в день. Но нас предупредили: на встречу будет отведено немного времени, потому что у Белоусова лекция перед студентами компьютерной школы Национального университета Сингапура (NUS School of Computing), а потом — рейс в Бостон. Кстати, лекции — один из способов найти светлые головы для сингапурского R&D.
В офисе Acronis на 30-м этаже в одной из башен Suntec City прохладно (в отличие от погоды снаружи), на входе — картонный макет фигуры Белоусова с рекламным слоганом. Дальше — кухня с русским самоваром, кофе и закусками. В центре офиса — настольный футбол. В офисе работает 50 человек. Мы расположились в переговорной с панорамным видом на небоскребы.

— В интервью пару лет назад вы говорили, что в будущем существенная часть мировой экономики сконцентрируется в Азии. В чем сила этого региона?

— В Азии живет половина населения Земли и стабильная политическая ситуация. Да, без демократии, но для бизнеса главное — стабильность.
В Азии самый большой стабилизатор — Китай. Он не агрессивен во внешней политике, и не позволяет разжигать конфликты вокруг себя. Поэтому в Азии все растет, и рост — быстрый или менее быстрый — сохранится в ближайшие несколько десятилетий.

— Компания работает в Китае?

— Acronis — по мировым меркам IT-компания среднего размера. У нас продажи в 150 странах мира. Естественно, мы продаем и в Китай, и в Тайвань – наши продукты используются везде.

— Что скажете про снижение темпов роста экономики Китая? Отдельные инвесторы считают это чуть ли не катастрофой.

— Насколько я понимаю, есть кризис развития капитала, который предсказывал Карл Маркс. Мировая экономика развивается циклами: перепроизводство, недопроизводство, перепроизводство, недопроизводство… Все замедляется, потом ускоряется — логичная история. Любой человек иногда болеет. Так и с экономикой. Ничего трагичного не вижу.

— Россия получается, наоборот, нестабильна — с Крымом, санкциями…

— Про Крым, по-моему, все уже забыли.

— Но санкции-то остались. Они влияют на вашу компанию?

— Санкции не влияют на IT-бизнес в России напрямую. Дальше — мы отличаемся от других бизнесов с корнями в России. Acronis основан не в России, я не гражданин России. Наконец, наш фокус — на частных клиентах, малом и среднем бизнесе. Санкции обычно касаются больших стратегических корпораций.

— Способствуют ли санкции импортозамещению? Известно, что ваша другая компания Paralles заявляла о проекте «Росплатформа» — облачной платформе взамен технологий Microsoft и Amazon.

— Для вашего интервью я скажу так: пока мы видим отрицательные результаты. Разговоры про импортозамещение занимают много времени. Но никакого импортозамещения не происходит, никто ничего не покупает.

— У вас много проектов в России, связанных как с бизнесом, так и с наукой, образованием. Зачем тратите время и силы?

— Я родился в России. Россия дала мне прекрасное образование, и у меня там много друзей, знакомых. Это моя любимая страна. Я, конечно, не россиянин, но… Люди имеют склонность делать что-то, где они могут обеспечить добавленную стоимость. Мне сложно сделать нечто полезное в Индонезии, например. Там много индонезийцев, и там я не очень нужен. В России я могу быть полезен. Это с одной стороны. С другой, самое лучшее, что можно сделать, в целом, для общества — помогать с наукой и образованием.

Наука, образование, технологии – это то, что может делать мир лучше. С помощью знаний можно решить огромное количество человеческих проблем — смерти, болезней. Или — неэффективной плохой коммуникации между людьми, из-за которой случаются войны и убийства.

— Как помогаете?

— Сложный вопрос, я не знаю, как на него быстро ответить. Я занимаюсь, в основном, бизнесом: 85% времени трачу на Acronis, 10% — на разные портфельные компании, в частности, венчурного фонда Runa Capital. Оставшееся время уходит на научно-образовательные проекты. Я — председатель наблюдательного совета Новосибирского госуниверситета (НГУ), член набсовета университета «Иннополис» в Казани, председатель попечительского совета Российского квантового центра. Участвую в жизни Физтеха, потому что я его закончил.

— Хватает 5% времени на общественную деятельность?

— Это серийная активность, связанная между собой и с моим бизнесом, — все про технологии. Поэтому как-то специально время выделять не надо. Человек в моем возрасте, который активно работает, может занимать от 7 до 30 позиций в различных советах. Семь — это легко, а 30 — тяжело, но тоже возможно. Каждый совет занимает сколько-то времени в квартал, например, НГУ — один день. Еще есть электронные письма — я посылаю приблизительно 150 писем в день. И — около 100 звонков в неделю. Функции, если коротко, выглядят так: меняем систему менеджмента, нанимаем людей, даем деньги, ищем деньги.
— Есть мнение, что в российской науке все насколько плохо, что просто давать деньги уже не помогает. Нужны более серьезные действия.

— Расстрелы что ли? Везде и всегда нужно одно: люди, управление, деньги. У российских университетов есть выпускники и публикации. Они не находятся на ключевых позициях в мировых рейтингах, как, допустим, университеты Сингапура, но в 500 лучших входят. Это – не ноль.

— Если взять выпускника Физтеха 1995 года, когда вы окончили, и нынешнего. Кто круче?

— Сложно сравнивать, потому что роль науки и технологий за 20 лет очень сильно изменилась. Наверное, выпускник Физтеха в 1995 году — это мировая элита, а сейчас — не совсем мировая элита, но все равно очень качественный кадр. Исторически  многие самые крутые технические таланты имеют российское происхождение, а самая большая их концентрация, конечно, в Москве. Не случайно и центр разработок Acronis тоже здесь.

— А с учетом девальвации эти таланты еще и дешевые.

— Стоимость кадров — вещь относительная. Если бы разработчики Apple сидели в Москве и стоили в четыре раза дешевле, то, наверное, это дало бы компании несколько процентов прибыли. Но себестоимость разработки — не самое главное. У Apple главное — эффективность. Нет, даже так — продвинутость. А она круче, чем эффективность. Можно быть очень эффективным в разработке — клепать одну за другой технологии, которые будут хорошими, но не будут лучшими.

Сейчас в Москве кадры намного дешевле — это удобно с точки зрения конкурентоспособности. Но, скажем, в 2007 году было очень дорого. И ничего страшного не происходило, правда же?

— Почти три года назад вы вернулись к оперативному управлению Acronis. Что изменилось?

— Мы начали выпускать новые продукты. На момент моего возвращения компания занималась программным обеспечением для резервного копирования. А сейчас Acronis производит платформу для управления данными, включая резервное копирование, аварийное восстановление, хранение, безопасное разделение, синхронизацию, архивирование, поиск.

Компания переместила фокус с решения одной конкретной задачи на решение общей проблемы, связанной с данными. Мы даем возможность не терять данные, всегда иметь их под рукой, передавать кому угодно, контролировать, держать в безопасности и т.д.

— Насколько глубоко вы разбираетесь именно в технической части бизнеса? Код написать можете?

— Я могу написать код, но я не пишу коды. Разбираюсь основательно.

— То есть вас не проведешь?

— Нет. У меня PhD в Computer Science. Вообще, лидеры успешных технологических компаний  бывают очень сильны или в маркетинге, или в технологиям. Стив Джобс, допустим, больше относился к первой категории. Я имею экспертизу в обоих направлениях.

— Кто конкуренты Acronis?

— С одной стороны, в области данных работает много разных компаний. С другой, прямых конкурентов нет — с таким же набором функций.

— Например, Microsoft для вас конкурент?

— Microsoft – это компания, которая производит платформу для приложений. А мы производим платформу для данных. В области компьютеров есть три направления — приложения/вычисления, данные и сеть. Microsoft – это приложения и вычисления, Cisco — сеть. А в области данных нет такого лидера. Я считаю, что Acronis может им стать.

— Усиливаете ли вы бизнес за счет покупок?

— Мы купили три компании за последние три года, и собираемся дальше покупать. Может, это займет месяц, может, полгода. Мы постоянно рассматриваем активы для покупки.

— Средства свои или заемные? 

—  Мы покупаем за свои деньги, за свои акции. Если нужно, то привлекаем внешние деньги.

— Про IPO не думаете?

— Еще нет.

— Когда уйдете с оперативного управления?

— Никогда!

— А при каких условиях продадите Acronis?

— Если предложат хорошую цену.

— Это какую?

— А никто не знает. У нас амбициозные планы и темпы развития очень хорошие. И то, что сегодня считается хорошей ценой, завтра будет не очень.