Олег Кан хочет отгрызть себе крабовую корону

В Арбитражный суд города Москвы поступил иск на 3,1 млрд рублей к Минсельхозу России. В такую сумму может оценивать свои убытки ООО «РК СПК» из-за незаконного, по её мнению, отзыва квот на добычу водных биоресурсов. «Версия» подробно писала о «крабовой войне», разгоревшейся в 2018-2019 годах в федеральных СМИ, в Госдуме и Совете Федерации. Похоже, что теперь, когда Глеб Франк отказался от безусловного контроля над РРПК, противоположная сторона увидела шанс на реванш.

Как можно понять из материалов других арбитражных дел, подведомственное Минсельхозу Росрыболовство настаивает, что решение о принудительном расторжении квотных договоров было принято совершенно законно, «в связи с невыполнением обязательств по освоению». Это арбитражное дело вызывает интерес не только внушительной суммой иска. В нынешней ситуации, когда деловые контакты с Европой лопаются один за одним, и Россия всё стремительнее разворачивает свою экономику на юго-восток, понятно, что без большого рыночного передела в рыболовецком и крабовом промысле Дальнего Востока не обойдётся. Так что, этот иск, скорее всего, только одна из «первых ласточек».

Компанию ООО «РК СПК» возглавляет Наталья Кан – по некоторым данным, она является родственницей бывшего «крабового короля» Дальнего Востока Олега Кана, который уже несколько лет скрывается от правоохранительных органов. Его подозревают в убийстве конкурента – бизнесмена Валерия Пхиденко, которое было совершено ещё в 2010 году.

«Крабовый бизнес», действительно,— один из самых криминогенных в России, и в том, что дела о заказных убийствах здесь идут бок о бок с «хозяйственными спорами», ничего странного нет.

В то же время, уголовное дело против Олега Кана, многие на Дальнем Востоке считают «заказным» и «сфабрикованным» с целью передела сфер влияния на рынке добычи морских ресурсов.

И здесь, действительно, есть над чем задуматься: дело в отношении Кана было возбуждено в 2018 году, спустя почти 10 лет с момента убийства Валерия Пхиденко. И случилось это как раз в тот момент, когда подошёл срок очередного распределения квот на вылов рыбы и краба. Сам убийца был изобличён и осуждён в 2011 году, а вот заказчик тогда не был найден. Интересно, что хабаровский судья, изначально отказал следствию в разрешении на заочный арест «крабового короля», подозреваемого в заказном убийстве конкурента. В дальневосточных СМИ тогда разгорелась самая настоящая информационная война: одни изо всех сил обеляли Олега Кана, другие, напротив, отчаянно демонизировали. В дело даже подключились федеральные телевизионные каналы. На фоне разгоревшегося скандала, Олег Кан, не дожидаясь ареста, предусмотрительно уехал из России.

Ни для кого не было секретом, что главным «бенефициаром» этой истории стал Глеб Франк, зять олигарха и миллиардера Геннадия Тимченко. Некоторые СМИ чуть ли не открыто называли Франка инициатором истории с уголовным делом в отношении своего главного конкурента.

В октябре 2019 года около половины всех квот на вылов рыбы, моллюсков и крабов было продано на аукционах новым владельцам за рекордные для отрасли деньги. Кан же, который рассчитывал на сохранение в стране «исторического принципа», когда квоты закрепляются за прежними владельцами на следующие 10–15 лет, остался не у дел.

Самыми активными участниками аукционов были именно структуры Франка. А основанные Каном компании – «Курильский универсальный комплекс» (КУК) и «Монерон» – лишились примерно половины располагаемых квот и в их новом распределении не участвовали. Одним словом, «Русская рыбопромышленная компания» принадлежащая Глебу Франку, при распределении квот буквально растолкала конкурентов по промыслу краба и стала одной из крупнейших в отрасли.

Тогда же, в феврале 2018 года, на IV съезде работников рыбохозяйственного комплекса, среди делегатов ходили тревожные листовки о том, что «Русская рыбопромышленная компания» (РРПК) готовит «революцию в отрасли». Атмосфера в забитом до отказа зале московского Центра международной торговли была нервозной. Ради доступа к рынку краба РРПК собирается «перекроить закон», возмущался с трибуны президент дальневосточной отраслевой ассоциации Александр Дупляков: «Такого в истории российского рыболовства еще не было!» Выступавший следом вице-премьер Аркадий Дворкович пообещал разобраться, но не успел, поскольку был уволен из правительства.

«Версия» подробно писала о настроениях, которые доминировали тогда в рыбопромышленной отрасли. Настроения эти обострялись тем, что ещё до принятия закона о крабовых аукционах доходы от их проведения были заложены в проект федерального бюджета, и уже тогда приморские регионы начали подсчитывать возможные убытки.

Кан, тем временем, из-за границы выступал с громкими заявлениями, требуя от Следственного Комитета России «честного и объективного расследования». Есть сведения, что перед тем, как в отношении Кана было возбуждено уголовное дело, у него с Франком шли переговоры о продаже части бизнеса, но они ничем не закончились. Когда же Каном заинтересовались правоохранительные органы, и он, видимо, понял, что может потерять всё, идти на «попятную» было уже поздно.

Вот как прокомментировал одному из дальневосточных СМИ ситуацию в 2018 году представитель Глеба Франка Сергей Извольский:

«Мы оценили краболовный флот Кана приблизительно в 150 млн долларов. Его такое предложение не устроило, поскольку он видел потенциал в исторической квоте и активно отстаивал свою позицию через различные ассоциации и СМИ. После того как стало публично известно, что в отношении Кана возобновлено расследование уголовного дела об убийстве, мы прекратили общение, так как с людьми, находящимися в федеральном розыске, никаких взаимоотношений и совместных дел не практикуем».

Но, похоже, после «низложения» Олега Кана, Глеб Франк не долго носил венец крабового короля. Первый серьёзный удар по его бизнесу был нанесён пандемией коронавируса, а после того, как его тесть попал в «санкционный список», появилась информация, что Франк передает контроль над своими «рыбными активами».

Вполне возможно, что именно этот факт сподвиг Олега Кана на новый этап борьбы за крабовую «корону». Если это так, то путь ему предстоит долгий: для начала придется доказать, что министерство лоббировало интересы его конкурента, и добиться возмещения убытков. Ну и самое главное – доказать свою невиновность в деле об убийстве конкурента… А восстановить репутацию посложнее, чем активы.

Не надо при этом, забывать, что добыча рыбных ресурсов и морепродуктов в бассейне Тихого океана это не просто выгодный для кого-то бизнес, это ещё и вопрос продовольственной безопасности России. И в этой, непростой для страны ситуации, государево око должно быть в этом вопросе особенно бдительным.