Московскую налоговичку заслали на принудительные работы, но 46 миллионов вернули

Пресненский суд вынес приговор по делу бывшей начальницы налоговой инспекции № 3 Москвы Марины Чайко. За злоупотребление полномочиями, в результате которых ее сожитель Алексей Прядко смог заработать около 38 млн рублей, суд назначил ей 2,5 года лишения свободы. Однако в колонию женщину не отправили: это наказание суд заменил принудительным работами, которые отсрочил до достижения ее семилетней дочерью 14-летнего возраста. Осужденная и ее защита остались довольны приговором суда, который не планируют обжаловать.

Назначенное на 10:00 утра оглашение приговора началось с задержкой почти в три часа. Все это время Марина Чайко, высокая, стройная 50-летняя блондинка, сохраняла олимпийское спокойствие, в то время как второй подсудимый, 42-летний Алексей Прядко, мерил шагами коридор суда. Корреспонденту Business FM он заявил, что не являлся «ни гражданским мужем, ни сожителем» подсудимой, а всего лишь был ее «знакомым».

Пока ждали приговора, он не мог скрыть возмущения тем, что ранее прокурор запросил для него и Марины Чайко реальные сроки — в два и 2,5 года лишения свободы в колонии общего режима соответственно. Поскольку по новым правилам оглашаются лишь вводная и резолютивные части приговора, на это ушло всего несколько минут.

Помощь в трудоустройстве

Уголовное дело в отношении в то время действующего начальника межрайонной налоговой инспекции (ИФНС) № 3 (в ее ведении находятся Арбатский, Тверской и Пресненский районы Москвы) Марины Чайко столичное управление Следственного комитета России возбудило зимой 2021 года. Должность руководителя Марина Чайко занимала недолго — с февраля 2018 года, после того как проработала в налоговой инспекции почти 30 лет.

16 декабря 2021 года женщину задержали, а на следующий день суд отправил ее под домашний арест, в то время как второго фигуранта, Алексея Прядко, заключили в СИЗО. Тогда СМИ сообщили, что в ходе обысков дома и на работе у чиновницы нашли многочисленные украшения известного ювелирного бренда Cartier, более 15 брендовых часов, а также десятки млн рублей.

Марине Чайко инкриминировали «злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия» (часть 3 статья 285 УК РФ — до десяти лет лишения свободы), а ее гражданскому мужу, в прошлом сотруднику налоговых органов Алексею Прядко — пособничество в совершении этого преступления (часть 5 статья 33, часть 3 статьи 285 УК РФ).

Следствие утверждало: используя свое влияние, Чайко в 2020 году устроила сожителя на работу в крупную консалтинговую компанию, в которой были проблемы с уплатой налогов. Работая там налоговым консультантом, ее гражданский муж Прядко ежемесячно получал по 2 млн рублей, заработав почти за два года 38 млн рублей.

Ценный сотрудник на удаленке

Следствие пыталось доказать, что Прядко не появлялся на работе, а деньги фактически шли в качестве «откатов» его жене. Однако эта версия не нашла подтверждения. В самой же коммерческой организации редкое посещение Прядко офиса объясняли тем, что его, как и большинство сотрудников, в период пандемии перевели на удаленную работу.

В результате факт фиктивного трудоустройства следствию доказать так и не удалось, и оно переквалифицировало действия фигурантов на более мягкую часть 1 статьи 285 УК РФ, которая предусматривает наказание от штрафа в размере до 80 тысяч рублей до четырех лет заключения.

Свою вину они признали и ходатайствовали о рассмотрении их дела в особом порядке. В этом случае суд не тратит время на исследование доказательств, процесс проходит в сокращенной форме, а подсудимые вправе рассчитывать на более мягкое наказание, не превышающее двух третей от максимально возможного.

Для того, чтобы рассмотреть дело, судье Александре Авдотьиной потребовалось всего четыре судебных заседания, в ходе одного из которых защита Марины Чайко ходатайствовала о прекращении ее дела с назначением судебного штрафа. В этом случае человек считается юридически несудимым. Однако суд данную просьбу отклонил.

Тогда в ходе прений сторон защита Марины Чайко просила суд ограничиться назначением ей штрафа в размере 80 тысяч рублей, а адвокаты Прядко — не назначать подсудимому строгое наказание, связанное с реальным лишением свободы.

Наказание

Приговор же, по сути, оказался компромиссным. Судья Александра Авдотьина назначила подсудимым именно те сроки, которые для них требовал прокурор, — 2,5 года лишения свободы в колонии общего режима для Марины Чайко и два года заключения для Алексея Прядко.

Однако в случае с женщиной назначенное ей наказание суд посчитал возможным заменить принудительными работами с выплатой 10% заработка в доход государства. В исправительный центр экс-начальницу налоговой инспекции не отправили, так как суд назначил отсрочку исполнения приговора до достижения ее семилетней дочерью (ее отцом является Алексей Прядко) 14-летнего возраста. Это равносильно условному сроку, поскольку, когда в 14 лет ребенок перестает быть малолетним, суд освобождает осужденного от отбывания наказания, если за это время тот не совершит ничего противозаконного.

Что же касается Алексея Прядко, то и в его случае суд заменил реальный срок принудительными работами, которые счел отбытыми, так как в ходе следствия он год провел в СИЗО, а потом еще два месяца под домашним арестом. Все это пошло в зачет назначенного ему наказания.

Изъятые в ходе обысков в рамках уголовного дела и признанные вещдоками 46 миллионов 763 тысячи рублей, 1 млн 662 тысячи долларов США, а также 22 870 евро судья постановила «возвратить по принадлежности законным владельцам». Также был снят арест с внедорожника Toyota Land Cruiser.

«Пограничная история»

По закону осужденные могут обжаловать приговор в течение 15 суток с момента получения его копии, которую судья обещала выдать 7 июля. Осужденные и их адвокаты не скрывали радости по поводу исхода дела и заявили Business FM, что не будут обжаловать судебный акт. «Справедливость наконец восторжествовала», — не смог сдержать эмоций Алексей Прядко. От дальнейших комментариев он воздержался. Марина Чайко, в свою очередь, заметила радиостанции, что случившееся «очень многое переменило» в ее жизни. Она призналась, что после выхода из-под домашнего ареста до сих пор сидит без работы. «Получилось, что мои знания никому не нужны», — посетовала она. Защищавший ее адвокат Олег Тонаканян подчеркнул, что по делу отсутствовал ущерб, так как Прядко был официально трудоустроен, и из зарплаты, которую он получал, платил подоходный налог. «Поэтому считать данную сумму незаконно полученной никак нельзя, и ущербом она тоже не является», — сказал адвокат. Интересно, что компания, в которой трудился Прядко, так и не заявила по делу никакого иска.

Адвокат также назвал показательным тот факт, что его подзащитная ни дня не провела под стражей, а суд не отправил ее в колонию. «В этой ситуации, на самом деле, мог оказаться каждый, — такое мнение высказал Олег Тоноканян. — Это очень пограничная история — что можно считать преступлением, а что нет». Он полагает, в помощи в трудоустройстве «знакомого» (именно так защитник назвал Алексея Прядко — Business FM) в компанию, которая, по его словам, оказывала маркетинговые услуги, в том числе иностранным фирмам, не было ничего предосудительного.

Адвокат отметил, что Прядко «действительно имел большой опыт работы в налоговых структурах» и «реально отрабатывал» в фирме большую зарплату, которая не была «раздутой», поскольку он «консультировал 16 компаний, получая за обслуживание каждой по 125 тысяч рублей».

Огромное количество наличности, найденной в ходе обысков у фигурантов, защитник назвал «семейными деньгами». «Суд разобрался, это не деньги Марины Владимировны, это деньги семьи, которые были изъяты в доме ее отца, а не в ее доме. Еще часть изъяли в доме Алексея Юрьевича [Прядко], а часть — в доме его родителей. Это общая, сборная сумма, найденная, скажем так, у родственников Марины Владимировны», — пояснил защитник. По его словам, часть средств члены семьи выручили в том числе от продажи недвижимости. На вопрос о том, могло ли уголовное дело в отношении ее подзащитной помешать ее карьерному росту, так как ходили слухи, что кандидатуру Чайко рассматривали на должность руководителя Федеральной налоговой службы России по Москве, адвокат отвечать не стал.