Мир хоронит российскую экономику?

Рубль отправился в свободное падение, а цены в магазинах поползли вверх. Беда в том, что предлагаемые правительством меры в принципе не могут улучшить ситуацию. Свидетельством этого могут служить прогнозы различных зарубежных экспертов, которые дают свои заключения о российской экономике исключительно с тех позиций, что ничего принципиально меняться у нас не будет.

Bloomberg провел опрос 15 аналитиков, которые сошлись во мнении, что при достижении курса доллара в 90 рублей Центробанк начнет валютные интервенции. То есть, за рубежом не верят в какое-то импортозамещение, а ждут от нашего ЦБ только траты резервов для искусственного удержания национальной единицы. Правда, наши руководители не видят даже особых тревог. «Вроде все нормально. Какие интервенции? Надо меньше смотреть на курсы», — заявил в среду первый вице-премьер Игорь Шувалов.

Еще интересней вывод сделал американский банк Bank of America Merrill Lynch. По его расчетам, для выполнения российским правительством бюджета в 2016 году доллар должен стоить 210 рублей. Это если цена нефти составит 25 долларов за баррель, к каковой отметке она неуклонно движется и почти пришла. Заокенаские эксперты не берут в расчет, что будет, если заработает в полную силу российская промышленность, оживет внутренний спрос. Схема прогнозирования очень простая: чтобы иметь больше рублей, получая меньше долларов за нефть, нашему кабмину придется бесконечно девальвировать свою валюту. Возможный экспорт высокотехнологичной продукции, о котором много лет говорят в России с высоких трибун, западными аналитиками выводится за скобки.

Россияне много раз слышали о том, что кризис это еще всегда возможность. В реальности лишь почувствовали ухудшение жизни. В прошлом году количество высокообеспечнных и среднеобеспеченых россиян уменьшилось (на 25% и на 46% соответственно), а количество низкообеспеченных выросло на 8%, число наиболее нуждающихся увеличилось на 28%.

Если тенденции не изменятся, то как будут жить россияне? И правда ли, что доллар будет уже в этом году стоить 210 рублей?

Эксперт по бюджету и инвестициям, профессор ВШЭ Иван Родионов полагает, что доллар таким дорогим не станет, а вот жизнь будет тяжелой:

— Прогнозы о высоком курсе доллара базируются на том ложном тезисе, что России нестрашна низкая цена на нефть, потому что можно пропорционально снижать курс национальной валюты. Так стали говорить еще осенью 2014 года. При этом замечалось, что доля всех нефтепродуктов в нашем валовом продукте составляет всего лишь 9%. Мол, если эти 9% даже сократятся втрое, то ничего страшного с остальными 97% происходить не должно.

Но практика показала, что такой «трюк», который должен был обеспечить наполнение бюджета и Пенсионного фонда, не удался. В прошлом году пенсии проиндексировали недостаточно, индексация в этом году под вопросом. Поэтому, скорее всего, от жесткой привязки курса доллара к цене на нефть откажутся. Технически прием выглядит просто, но на самом деле иррационален и не приносит большой пользы. В глазах мира в долларовом исчислении упал вдвое наш ВВП.

Поэтому я не думаю, что верны все оценки, основанные на простой формуле, когда произведение курса доллара на цену нефти дает стабильную стоимость барреля нефти в рублях. Они не имеют большого экономического смысла.

В прошлом году мы тоже слышали, что при цене нефти 40 долларов курс будет 90. Как видим, этого не было. Курс доллара уже рассчитывается по другой формуле. Так что все прогнозы ничего не значат. Это как если сказать, что Ниагарский водопад каждый год смещается на 5 сантиметров, то через какое-то количество времени он окажется на Северном полюсе. Но мы прекрасно понимаем, что этого не будет.

«СП»: — Чего ждать людям?

— Очевидно, что жизнь будет хуже и существенно. Правительство уже три года дает прогнозы, которые не сбывается. Было бы логично, если бы руководители экономических ведомств ушли в отставку. Наверняка из 145 миллионов найдутся люди, которые готовы налаживать экономику лучше, чем это делается сейчас.

Три года мы видим неудовлетворительный результат. Но если никто за это не наказан, если нет ответственности за работу правительства, то и дальше будет как прежде.

Возьмите прогнозы Пенсионного фонда на этот или прошлый год. Оценки от месяца к месяцу отличаются друг от друга на 20−30%. Очевидно, что оценки финансового блока просто неадекватны. И в ситуации безответственности лучше не будет.

«СП»: — Закроются заводы, сократятся социальные расходы, начнутся невыплаты зарплат и пенсий?

— Граждане будут меньше есть. Будут задержки по зарплатам, с чем уже столкнулись. Будет хаос в сфере деловой активности. Плохо себя будет чувствовать негосударственный сектор экономики, чья доля итак невысока. Понятно, что при колебаниях курса бизнес будет чувствовать себя не очень хорошо.

У нас импорт до сих пор определяет 60−70% того ассортимента, что видим в магазинах. Цены на него еще не выросли настолько, насколько обесценился рубль. Это значит, что еще есть большой потенциал для инфляции. Она сдерживается только тем, что сильно упала покупательная способность граждан. Но в итоге это означает, что обеднеет ассортимент, пойдут продукты-заменители, товары более низкого качества. Появится очень много фальсификата, как он уже появился на рынке алкоголя. То есть, ничего хорошего нам ждать не приходится.

— Ситуация в экономике сложилась очень тяжелая, — говорит генеральный директор Всероссийского центра уровни жизни, заведующий кафедрой экономики труда и управления персоналом РЭА им. Плеханова Вячеслав Бобков. — Никто в руководстве страны не говорит о критическом положении. Но мы видим, какие послания идут от правительства. Что идет сокращение бюджетных расходов. Медведев недавно провел совещание, обозначил ряд мер. В этом году вступает в силу новый порядок расчетов за электроэнергию. 28 регионов будут производить оплату жилья по кадастровой стоимости. Одновременно будут пересмотрены правила приватизации жилья. Раньше она была бесплатной, а теперь ищутся способы получить дополнительные доходы. Это касается бездомных, многодетных семей, инвалидов.

Ситуация меняется таким образом, что придется «затягивать пояса». Насколько сильно? Это зависит от того, сможем ли мы мобилизовать внутренние резервы. Сейчас появляется потребность в развитии собственной экономики. Скажем, сейчас ожидается рост цен на говядину, свинину. Вроде бы собственное производство увеличивается, но сохраняется зависимость от кормов, пищевых добавок. В их производство тоже вложены деньги, но надо дождаться результата. Если удастся не на словах, а на деле реализовать возможности, то будет толк.

Основной драйвер развития экономики — внутренний спрос со стороны граждан. Нашему правительству надо менять именно постулаты экономической модели. К примеру, принято решение не индексировать пенсии всем работающим пенсионерам. Но мы можем столкнуться с тем, что низкооплачиваемым категориям работающих пенсионеров, как-то уборщицам, нянечкам, библиотекарям, просто станет невыгодным работать. Они покинут рабочие места. Значит, было бы разумным внимательно посмотреть, кому конкретно не надо индексировать пенсии.

Надо поднять МРОТ. Низкий МРОТ провоцирует уход в тень, а это означает плохую собираемость налогов и страховых платежей.

Даже в нынешней ситуации сценариев развития экономики много. Если правительству удастся принять меры для активизации внутреннего производства, а в условиях сокращения расходов будут найдены мотивирующие факторы для поддержания занятости и увеличения реальных доходов, то можно рассчитывать на какой-то положительный результат. Но если меры не будут приняты, а выделенные на преодоление кризиса деньги уйдут куда-то «в песок», то можно ожидать самых худших вариантов.

«СП»: — Где «дно» у кризиса? Когда перестанет ходить транспорт?

— Думаю, что политика под влиянием обстоятельств всё-таки будет меняться. Вопрос в том, как долго правительство будет стараться вести прежний курс. Проблема упирается в компетентность и желание тех, кто правила игры корректирует. Если меры не будут приняты, последствия будут плачевные. Они будут связаны с обвалом экономики. Я не хочу говорить о дефолтах, на какое-то время хватит валютных запасов. Весь вопрос в том, сможем ли мы тратить ресурсы, приводя в действие механизмы их восполнения. Или же мы будем тратить ресурсы безвозвратно. Но надо найти возможности для роста доходов граждан. Пока статистика удручает.