Минобороны не смогло собрать ‟Гвоздики‟ в букет

Арбитражный суд Москвы отказал Минобороны во взыскании более 178,3 млн руб. с пермского ЗАО «Специальное конструкторское бюро» (СКБ) и ОАО РЖД. Эти деньги военные пытались получить в качестве компенсации за утерю шести гаубиц 2С1 «Гвоздика», которые должно было отремонтировать СКБ. В ноябре 2018 года состав, который транспортировал орудия на завод, сошел с рельсов, восстановлению они не подлежали. В итоге суд счел, что пермские промышленники не отвечали за доставку груза, а годичный срок исковой давности к РЖД истек еще в 2019 году. Эксперты не исключают, что теоретически ответственность за ущерб могут понести должностные лица Минобороны.

Как следует из материалов арбитражного дела, государственный контракт на капитальный ремонт самоходных гаубиц 2С1 «Гвоздика» между ЗАО СКБ и Министерством обороны РФ был заключен 28 марта 2018 года и действовал до 2020 года. Предприятие должно было получить из арсенала ракетно-артиллерийского вооружения Центрального военного округа 12 орудий. Согласно договоренностям с военными, гаубицы планировалось доставить к месту назначения железнодорожным транспортом. 29 ноября шесть из них были переданы по доверенности представителю ЗАО СКБ, после чего началась их транспортировка.

ЗАО «Специальное конструкторское бюро» входит в структуру ПАО «Мотовилихинские заводы». СКБ является разработчиком и единственным в России производителем боевой и транспортно-заряжающих машин из состава реактивных систем залпового огня типа «Град», «Смерч» и их модифицированных версий «Торнадо-Г», «Торнадо-С». Компания также производит системы ствольной артиллерии и занимается ремонтом военной техники. В 2021 году выручка от продажи превысила 1,76 млрд руб., чистый убыток составил более 687,5 млн руб.

122-миллиметровая самоходная гаубица 2С1 «Гвоздика» принята на вооружение в 1971 году. Предназначена для уничтожения живой силы и огневых средств пехоты, разрушения укреплений полевого типа, проделывания проходов в минных полях и проволочных заграждениях, борьбы с артиллерией, минометами и бронетехникой противника. Помимо российской армии состоит на вооружении ряда стран СНГ, Сирии, Болгарии, Польши и Украины.

В итоге предназначенные для ремонта «Гвоздики» до Перми не доехали. 30 ноября 2018 года более тридцати вагонов перевозившего их состава сошли с рельсов в Омской области. Человеческих жертв тогда удалось избежать, но все шесть орудий были признаны неремонтопригодными. Через несколько месяцев Уральское СУ Следственного комитета РФ на транспорте сообщило, что предварительной причиной происшествия стал дефект на колесной паре вагонов другого поезда. Он проходил перед «пострадавшим» составом и срезал болты-крепления рельсов. Причем балансодержателем вагона оказалась эстонская компания.

Исковое заявление к ЗАО СКБ и ОАО РЖД Министерство обороны подало в декабре прошлого года. В документе военные потребовали взыскать солидарно с ответчиков более 178,3 млн руб., во столько они оценили балансовую стоимость шести пострадавших изделий. Свои доводы истец мотивировал тем, что исполнитель госконтракта нарушил его условия, ненадлежаще исполнил свои обязательства, в результате чего причинил ущерб грузу.

В итоге суд счел претензии министерства к СКБ безосновательными. Как отмечается в решении, военные не представили доказательств, что СКБ нарушило какие-либо условия контракта, госстандартов и технических условий. Несмотря на то что погрузку техники на платформы обеспечивали сотрудники пермской компании, эти работы принимали представители РЖД.

В судебном акте также отмечается, что на момент крушения поезда СКБ не являлось владельцем состава, а ответственность за сохранность гаубиц оно, согласно контракту, несло только после акта приема-передачи изделий в ремонт, но этот документ подписан не был.

Суть претензии Минобороны к железнодорожникам в судебном акте не раскрыта. Но в решении указывается, что после приемки груза к перевозке ответственность за его сохранность несла РЖД. Но в исковых требованиях к этому ответчику суд отказал из-за истечения срока давности. Из судебного акта следует, что в данном случае этот срок составлял один год с момента крушения, то есть он истек 30 ноября 2019 года.

Эксперты «Ъ» не исключают, что теперь теоретически ответственность за причинение ущерба могут понести должностные лица Минобороны. «Ответственность может быть дисциплинарная, административная, уголовная и материальная,— отмечает партнер юридической компании "Генезис" Василий Сосновский.— Основным ее видом является дисциплинарная ответственность, например замечание, выговор или увольнение». Господин Сосновский пояснил, что перед применением дисциплинарного взыскания проводится служебная проверка. «Возможна и уголовная ответственность по ст. 293 УК "Халатность", то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности»,— рассказал эксперт.