Марк Ричардс следит за ДСК-1 из-за бугра

Попытки Ричардса вернуть свои деньги привели к целой череде судебных разбирательств, завершившихся «силовой посадкой» юриста Кантемира Карамзина, защищавшего интересы иностранного бизнесмена.

ДСК-1 был создан в Москве в 1961 году, и с момента образования построил более 55 млн. кв. метров жилья. Комбинатом построено 19% жилого фонда Москвы, начиная от первых панельных пятиэтажных домов серии К-7 и до 17-этажных домов более поздней серии П-44, с редкими на то время большими кухнями и просторными комнатами.

Владимир Копелев возглавил ДСК-1 еще в 1982 году. С 1991 по 2008 год являлся генеральным директором "ДСК-1", а затем - председателем совета директоров ОАО "ДСК-1". Неоднократно избирался делегатом съездов КПСС (XXIV, XXV, XXVII) и 19-й партийной конференции.[ Заслуженный строитель СССР, Герой социалистического труда (1974 г.) и Почетный гражданин Москвы (2005 г.).

Летом 2016 года 97% ДСК-1 (состоит из 4-х производственных площадок: Краснопресненского, Хорошевского, Ростокинского и Тушинского заводов ЖБИ) было приобретено финансово-строительной корпорацией "Лидер" Владимира Воронина путем безденежной сделки. То есть? всю немалую долговую нагрузку ДСК-1 «Лидер» взял на себя. «Реструктуризация была запущена для создания из большого неповоротливого предприятия советского типа новой компании, способной предложить современный продукт на рыночных условиях», — отметил президент ФСК «Лидер» Владимир Воронин.

К новому юридическому лицу «Первый строительный комбинат» перешли обязательства ДСК-1 по крупному кредиту в Россельхозбанке (13 млрд. рублей) и строительству 900 тыс. кв. метров жилых домов. После чего совокупный портфель проектов ФСК "Лидер" увеличился до 2,5 миллиона квадратных метров недвижимости. Но это оказались не все обременения, о которых многим было известно еще до продажи Копелевым своего детища.

Распил ДСК-1

По словам адвоката Карамзина, обязательства перед его клиентом Ричардсом были зафиксированы в 2010 году в составе долгов Копелева на 250 млн. швейцарских франков по векселю перед компанией «Китиа Лимитед». Чтобы не возвращать эти деньги, владельцами строительных империй была осуществлена серия финансовых операций, в том числе со средствами совместного бизнеса - АО «ДСК-1».

В июне 2016 года активы Копелева были выведены за границу, акции компании переоформлены на Воронина, а сам АО «ДСК-1» был разделен на пять маленьких обществ с ограниченной ответственностью: ООО «Нью-Сити», ООО «Лайн-Сити», ООО «ДСК-1-Ростокино», ООО «ДСК-1-Тушино», ООО «Гуд-Сити». Такое разделение преследовало еще одну цель. По версии Карамзина, Копелев руками Воронина уничтожал старейшее предприятие, чтобы на его землях обоим начать новый девелоперский проект, прибыльность от которого оценивается, как минимум, в $300 млн.

В подтверждение этого юрист, в частности, ссылается на признание личного помощника Копелева, которое тот сделал 8 апреля 2019 года. Помощник сообщил о взятках, которые его босс дает следователям и подтвердил, что сделка с акциями между Копелевым и Ворониным фиктивна и проведена, чтобы не платить кредитору «Китиа Лимитед» многомиллионные долги.

Вряд ли всю эту комбинацию смог провернуть 84-летний Владимир Копелев. Тут нужен другой, уже не советский склад молодого ума.

Строительный клан

Воронины – московский строительный клан. С 1992 по 2002 год Александр Воронин-старший работал в правительстве Москвы на ключевых постах вместе с Владимиром Ресиным. Помимо прочего, он курировал работу крупнейшей строительной компании Москвы «Главмосстрой», в которую входили несколько десятков предприятий, построивших две трети всего московского жилья.

Строительная карьера Владимира Воронина-младшего, благодаря связям отца, развивалась стремительно. В 1999 году в 25 лет Воронин стал финансовым директором вновь созданного предприятия «Главмосстроймонолит», которое занималось передовым по тем временам монолитным (а не панельным) строительством. «Главмосстроймонолит» активно финансировался из городского бюджета — компания строила школы, здания судов и т. д. Госзаказы добывал высокопоставленный отец, сын строил.

В 1995 году «Главмосстрой», а также два других крупных треста, «Моспромстройматериалы», который владел заводами по производству строительных материалов, и «Мосмонтажспецстрой», который поставлял стройкам металлоконструкции, лифты, сантехнику и прочее оборудование, объединились в строительно-промышленную корпорацию «Развитие».

В 2002 году Александр Воронин-старший оставил госслужбу и возглавил СПК «Развитие». К 2003 году корпорация контролировалась тремя российскими фирмами, следы которых терялись в офшорах. Директором трех этих офшоров была Лариса Воронина. Так же звали супругу Александра Воронина. Если верить газете «Московский комсомолец», к 2005 году ни один дом в столице не строился без участия «Развития».

В итоге СПК «Развитие» и подконтрольные ей строительные главки подверглись классическому рейдерскому захвату и перешли к компании «Нафта Москва» Сулеймана Керимова, занимавшего тогда кресло депутата Госдумы. Гендиректор Владимир Кузнецов, назначенный при Ворониных, был отстранен. Следующим этапом стал силовой захват офиса СПК «Развитие» и сейфов с оставшимися документами.

Есть версия, что война между Керимовым и Ворониными началась с того, что один из соратников Лужкова сообщил ему, что владельцы «Развития» — «беспредельщики» и с ними надо разобраться. Лужков попросил Сулеймана Керимова «разобраться». И «Нафта» в данном случае была инструментом.

После захвата «Нафта» тут же перепродала «Развитие» Олегу Дерипаске, выручив порядка $70–80 млн. Хотя по оценкам специалистов, на тот момент строительная компания могла стоить $10-12 млрд. Ворониным пришлось отстраивать строительный бизнес с нуля. И они хорошо усвоили и переняли методы своих обидчиков? «Мы строители, мы мафия», — уверенно заявляет Александр Воронин.

Злополучный вексель

Вернуть долги Марк Ричардс мог только в судах. Бизнесмен заручился поддержкой Карамзина, которому Копелев, как выясняется, тоже был должен круглую сумму.

Карамзин от имени компании «Китиа лимитед» 30 декабря 2016 года выиграл третейский суд о взыскании с Копелева 241 млн. швейцарских франков. Хотя Копелев потом пытался отменить решение третейского суда, но вплоть до Верховного суда России все инстанции согласились с его решением.

Требования по векселю, которые составляют долг Копелева перед Ричардсом по результатам их 10-летней деятельности, также были заявлены в Савеловский районный суд Москвы. При этом судебная экспертиза подтвердила подлинность векселя.

По требованию кредиторов Арбитражный суд Москвы 16 ноября 2018 года признал Копелева банкротом в интересах Ричардса и его партнера и юриста Карамзина. Все активы Копелева, в том числе и акции АО «ДСК-1», которые он попытался спрятать и передать своему партнеру Воронину, были арестованы.

Между тем о победе кредиторов над должниками, как оказалось, говорить было слишком преждевременно. Как объясняет Кантемир Карамзин, в дело всерьез вмешались силовые структуры со своим коммерческим интересом.

Липовое дело

10 апреля 2019 года юрист Кантемир Карамзин был арестован прямо в здании Арбитражного суда Москвы, куда он прибыл для участия в процессе против Копелева и Воронина. Поводом для задержания стало уголовное дело против юриста по событиям 2007 года, связанным с известным писателем Олегом Блоцким.

В 2007 году писатель взял взаймы у Карамзина в долг крупную сумму денег: было заключено два договора займа на $115 тысяч на $200 тысяч. Еще $185 тысяч были переданы без расписки, что затем осложнило разбирательства. Часть долга была возвращена: Блоцкий со своего счета на Кипре вернул на счет Карамзина $85 тысяч – остальную сумму пришлось взыскивать через суд.

29 января 2013 года Черемушкинский районный суд Москвы полностью удовлетворил иск Карамзина к Блоцкому – по договорам займов на $230 тысяч c процентами. Примечательно, что суд отказывал Блоцкому в пересмотре данного решения по вновь открывшимся обстоятельствам девять раз с 2014 по 2018 годы, а Верховный суд России отказал в принятии его кассационной жалобы. Однако писатель не исполнил это решение до сих пор. Он инициировал возбуждение уголовного дела, заявив, что подпись под одним из договоров поддельная. Примечательно, что речь идет о договоре, по которому Блоцкий оплачивал возврат части суммы платежным поручением от 24 июля 2007 года, то есть признал свои обязательства, а решение Черемушкинского суда о взыскании не отменено и остается в силе.

Тем не менее эта история по событиям 12-тилетней давности и стала поводом для громкого задержания и обвинения Карамзина в попытке мошенничества.

Не избежал силового давления и иностранный бизнесмен. Еще в период разбирательств по долгам его российских бизнес-партнеров 30 июня 2017 года Ричардс был допрошен следователем Следственного комитета РФ по ЦАО г. Москвы по заявлению Копелева, который утверждал, что ничего не должен ему и Карамзину. После этого Ричардс, опасаясь атаки силовиков, покинул Россию.

И, похоже, бизнесмен оказался прав, поскольку российский юрист после многочисленных допросов и приостановок долгового дела, оказался за решеткой по надуманному обвинению, когда силовикам потребовалось вывести его из «игры». Как считает Кантемир Карамзин, его арест был провокацией, организованной ФСБ, чтобы надавить на него и Ричардса в судебном споре со строительными олигархами, а дело Блоцкого использовали для прикрытия коммерческих интересов генералов ФСБ.

По утверждению юриста, Воронин-Копелев, осознавая опасность судебных решений против своих интересов, обратились за помощью и содействием к начальнику УФСБ по Москве и области Алексею Дорофееву и его помощнику – начальнику службы «М» УФСБ Москвы Сергею Натарову, которые согласно законодательству, не должны заниматься экономическими спорами.

При этом имя генерал-лейтенанта ФСБ Дорофеева и его коллег уже не раз упоминалось в резонансном деле с арестом экс-главы подмосковного Серпуховского района Александра Шестуна, который объявил очередную голодовку и уже составил предсмертную записку, в которой обвиняет высокопоставленных силовиков в коррупции и в действиях, которые ведут к его смерти.

Уголовный пресс ФСБ

В протоколе допроса в качестве подозреваемого Карамзин утверждает, что непосредственным исполнителем силового давления был назначен полковник Натаров, с которым он познакомился в 2016 году – при весьма интересных обстоятельствах. По словам юриста, силовик тогда просил его помочь найти компромат на судей Москвы, чтобы ослабить их давление на попавшегося на мошенничестве экс-руководителя судебного управления судебного департамента при Верховном суде по Москве Вячеслава Лепезина.

Карамзин также сообщил, что в конце февраля нынешнего года полковник Натаров на встрече с ним предупредил, что его руководство потребовало проиграть судебный спор с Ворониным и Копелевым и “по-дружески” посоветовал уехать за границу, чтобы не быть арестованным.

Карамзин так и сделал. Но давление на него и его близких только нарастало: стали поступать звонки от друзей, знакомых и партнеров о том, что в отношении них ФСБ установило прослушивание телефонов и слежку вплоть до вскрытия электронной почты.

В этих условиях Карамзин написал Натарову СМС-сообщение с просьбой не трогать людей, поскольку Ричардс и он (Карамзин) согласны на любые условия, чтобы только не пострадали их друзья и знакомые в России.

В апреле юрист решил вернуться в Москву, за что был жестоко наказан. Задержание Кантемира Карамзина было осуществлено подчиненными полковника Натарова, когда должно было рассматриваться требование по делу о банкротстве Копелева о признании недействительной фиктивной сделки с ФСК «Лидер» накануне наступления срока исполнения обязательств перед Ричардсом и Карамзиным («Китиа Лимитед»).

В день ареста Карамзину следователем Бабушкинского отдела СК РФ по Москве Э. Кадыровым было предъявлено обвинение в том, что 20 июля 2007 года он якобы подделал подпись на договоре займа с Блоцким на сумму $200 000.

В ответ Карамзин дал показания, открыто сказав, что целью его ареста является попытка повлиять на решение Арбитражного суда Москвы по спору с Копелевым и Ворониным. Юрист сообщил следователю, что уголовное дело Блоцкого, которое использовано как повод для его ареста, незаконно и организовано УФСБ по Москве в лице полковника Натарова и его руководства, что было отражено в протоколе допроса.

Около 21:00 10 апреля бригада силовиков из 7-10 человек в сопровождении автобуса с ОМОНом прибыла к дому, где находится квартира Карамзина , и заблокировали выходы. Адвокатов Карамзина в дом не пустили.

Люди в штатском обыскивали квартиру более часа, однако никакого протокола составлено не было. Как заявил один из них адвокату Александру Вержбицкому: «А не было никакого обыска, поэтому и протокола нет. Мы просто тут гуляли». Изложенное свидетельствует о фальсификации постановления о проведения обыска, которое из материалов уголовного дела бесследно исчезло, как и некоторые другие документы.

В настоящее время юрист содержится в наихудших условиях в одном из СИЗО Московской области. Существует реальная угроза его здоровью и жизни. Обстоятельства его заключения под стражу вызывают откровенное возмущение и недоумение. А действия силовых структур явно преступают закон?