Мандат на «беспредел»: сорванная «крыша» генерал-депутата Николая Брыкина

Однако это лишь верхняя часть айсберга, действительность намного страшнее. Коррупцией, как раковой опухолью, поражена значительная часть органов полицейского следствия и прокуратуры вплоть до Генеральной прокуратуры и Следственного департамента МВД России. Там, где перестают действовать законы – там заканчивается государство.

Из-за так называемых «оборотней в погонах», которым место в тюрьме, у людей не только формируется отсутствие веры в правоохранительную систему России, но и самое главное – неверие в действенность российской власти вплоть до президента и правительства. Противозаконная деятельность таких «силовиков» разъедает государственные устои изнутри и формирует стойкий протестный электорат в геометрической прогрессии. Это страшнее чем «болотная площадь», так как этот электорат имеет скрытый латентный характер, его становится все больше и больше, и никакие ВЦИОМы не выявят его на ранней стадии. Все станет ясно, когда наступит четвертая стадия социальной болезни, и пойдут метастазы.

Эти люди, в прокурорских и полицейских мундирах, считают себя чуть ли не небожителями, вечными прокурорами и начальниками, под которыми находится серая с их точки зрения бесформенная людская масса, т.е. мы с вами.

В данном случае речь пойдет только об одном уголовном деле, в орбиту которого оказались вовлечены высокопоставленные высокие чины из Следственного департамента МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ, но в реальности таких дел очень много и они практически повсеместны.

Итак, обо всем по порядку:

Есть некий Николай Брыкин, бывший генерал-майор МВД, пошедший в политику. В этом году он успешно прошел праймериз «единороссов» в Тюмени, а на сентябрьских выборах был избран по федеральному списку в депутаты Государственной Думы 7-го созыва.

Об этом новоявленном депутате СМИ написали уже не один десяток статей, где его напрямую обвиняют в возможном «крышевании», коррупции, давлении и использовании своих связей с правоохранительными органами.

История «крышевания»

Поговорка «был бы человек, а статья найдется», может быть, и набила уже многим оскомину, но в данном случае как нельзя лучше характеризует ситуацию и подход Николая Брыкина к решению проблем, и, видимо впиталась еще со времен «лихих 90-х». Об истории «крышевания» бизнесменов в Тюменской области и ХМАО ранее ходили легенды. Один из самых громких скандалов длится до настоящего времени.

По имеющимся сведениям и свидетельствам, в 2004 году бизнесмен Константин Дюльгеров был вызван на беседу к начальнику налоговой полиции г. Нижневартовска Геннадию Ласкину, где ему, по нашему мнению, прямым текстом было указано на его обязанность платить за так называемое «крышевание», при этом часть денег будет передаваться в налоговую полицию ХМАО, вышестоящему начальнику генералу Николаю Брыкину. До 2007 года бизнесмен исправно платил назначенную дань.

«Коля», судя по всему, был человек очень влиятельный, злопамятный и мстительный. Ходили слухи, что он регулярно отправлял в Москву часть денег, собранных в качестве дани с подконтрольных ему бизнесменов. Тем самым он, якобы, обеспечивал себе не только неприкосновенность, но и заранее прикупил последующие вышестоящие должности.

В 2007 году полковник налоговой полиции г. Нижневартовска Ласкин настоятельно порекомендовал Дюльгерову «узаконить» их отношения и ввести в учредители его торговой компании ООО ТК «Самотлор» некоего Сергея Кирьянова – зятя (мужа дочери) генерала Брыкина.

Когда налоговая полиция была расформирована, Дюльгерову показалось, что могущество «силовиков» уменьшились, и он предложил своим «покровителям» вывести Сергея Кирьянова из состава учредителей ООО «Самотлор», поскольку, он никогда долю в уставном капитале компании не покупал и не оплачивал, участия в деятельности общества не принимал, договор купли-продажи не подписывал. Процедура покупки доли Кирьяновым должным образом не оформлялась, соответственно, и обратная передача «доли» быть оформлена не могла.

Спустя некоторое время бизнесмен Константин Дюльгеров решился пойти против «Брыкина и Ко» - платить дань перестал.

Когда потерпевший - без вины обвиняемый

На него тут же «объявили охоту» и он попал под жесткий прессинг. 27.05.2011 года было возбуждено уголовное дело о мошенничестве, которое якобы, имело место еще в 2008 году. Дело возбудил и принял к своему производству руководитель следственного органа – заместитель начальника отдела СУ УМВД России по г. Нижневартовска Максим Устюжанин, являющийся бывшим подчиненным Ласкина и Брыкина по службе в налоговой полиции.

Обставили всё так, якобы Дюльгеров пытался похитить долю у другого учредителя, которым оказался Кирьянов (напомним – это зять Николая Брыкина). Примечательно, что в подтверждение обоснованности своего владения долей Кирьяновым были представлены вероятно фальшивые документы (доказано экспертизой). Кроме того, в «доказательство» оплаты доли в организации Кирьянов представил две совершенно разные квитанции от одного и того же числа на одну и туже сумму к одному и тому же не существующему приходному кассовому ордеру, на разной бумаге, а печать организации выполнена с помощью принтера! Не говоря уже о том, что оттиск печати и подписи отличаются от реальных. Более того, в вышеуказанных квитанциях, которые Кирьянов представил в качестве оплаты долей в уставном капитале ООО ТК «Самотлор», указано, что Кирьянов оплатил стоимость совсем другого – акций в ЗАО «Специал электроник», которые ему никто и никогда не продавал! Это уже полный абсурд, воплощенный в реальности действиями Кирьянова. Впрочем, доказательства вполне устроили следствие по этому делу, и они аккуратно были вписаны в доказательственную базу.

До 2014 года это уголовное дело было неочевидным, возбужденным по факту. Однако с весны 2014 года произошло резкое обострение ситуации. Ласкин стал названивать Дюльгерову и настоятельно предлагать «урегулировать» существующую проблему, мол, тогда он поможет прекратить уголовное дело.

Детективная история в московском отеле «Корстон»

Такое «щедрое» предложение было оценено в 60 миллионов рублей, которые предприниматель должен был заплатить в виде «отступных».

Примечательно, что это с учетом того, что к тому моменту так называемый потерпевший Кирьянов уже получил обратно свою спорную долю в уставном капитале фирмы. Таким образом, мало того что ущерба для него вообще изначально не было, так как фактически долю он никогда не покупал, но и еще она была передана в его собственность. Любому студенту юридического вуза известно, что хищение это материальный состав – нет ущерба, нет и не может быть хищения. А какой ущерб мог быть причинен Кирьянову, если за долю он не только заплатил ни рубля, но и, возможно, сфальсифицировал такую оплату. Кирьянову не просто не причинено никакого ущерба, именно он присвоил эти доли. Однако закон в данном деле был слеп с самого начала, остался слеп и в этом эпизоде.

Предприниматель сделал вид, что согласился на выплату суммы в 60 млн рублей. Договорились, что Ласкин «привезет» в Москву следователя Устюжанина, потерпевшего Кирьянова и еще одного гражданина, некоего Абышева который сыграет нужную для прекращения уголовного дела роль. Необходимые следственные действия по указанию Ласкина необходимо было проводить в бизнес-центре интуристовской гостиницы «Корстон», аренду которого также оплатил Ласкин.

Дюльгерову было обещано, что под диктовку Ласкина и Устюжанина все дадут необходимые показания и «правильно» пройдут очные ставки, в результате манипуляций следователь переквалифицирует уголовное дело на «самоуправство», а ввиду истечения сроков давности прекратит уголовное дело.

Оформление всех бумаг началось 06 августа 2014 года, как и договорились ранее – в отеле «Корстон», где следователь Устюжанин занял арендованный Ласкиным переговорный кабинет бизнес–центра и готовил очные ставки и показания всех участников. В силу сложившихся обстоятельств, согласований, нюансов и перестраховок оформление затянулось и продолжилось на следующий день.

Финальная и самая интересная часть «действа» произошла после всего бумажного оформления, уже за пределами стен отеля – в кафе недалеко от МКАД, где Дюльгеров должен был передать оговоренные денежные средства.

Уличив момент, когда Ласкин чуть отошел от столика на веранде за которым они сидели, Дюльгеров успел схватить папку с документами (копиями протоколов, распиской и т.д.) и бросил её в окно подъехавшей машины, которой управляла его супруга.

Скандальные оправдывающие его документы оказались в руках бизнесмена и казались ему «козырем». Своим «покровителям» он заявил, что отдаст деньги только после того, как уголовное дело будет прекращено. На это Ласкин ответил: «Все, теперь тебе конец». Он уехал и минут через 15 позвонил на мобильный, добавив: «Завтра тебе предъявят обвинение, тебя объявят в розыск и вообще теперь тебя ждет совершенно другая история, п… тебе».

Дальнейшие события стали очередным вероятным подтверждением реальности угроз и наличия сговора Ласкина, следователя Устюжанина, а также других действующих сотрудников полицейского следствия, прокуратуры.

Не смотря на то, что у бизнесмена имелись документы, подтверждающие его невиновность, уже на следующий день, 08 августа 2014 года, Дюльгерову, находящемуся в Москве, в тайне от него по событиям семилетней давности было заочно предъявлено обвинение по части 4 ст.159 УК РФ в г. Нижневартовске. Дюльгеров был объявлен в федеральный розыск, хотя еще вчера он был в компании всё того-же следователя Устюжанина, которому в том числе и давал показания в качестве свидетеля. Позже его объявили в международный розыск и заочно избрали меру пресечения – содержание под стражей.

Презумпция виновности, глухая оборона и избирательный подход

Видимо, презумпция виновности, основанная на личных связях Николая Брыкина с высокопоставленными силовиками, окончательно восторжествовала в умах отдельных правоохранителей. В нашем распоряжении имеются многочисленные документы, материалы и свидетельства, говорящие о, вероятно, намеренно допущенных нарушениях со стороны силовиков для достижения целей, никак не связанных с обеспечением законности, а скорее наоборот. И всё это сливается в одну целостную систему и структуру, в которой находящиеся по одну сторону баррикады силовики «глухи», «слепы», «наивны» в пользу одной из сторон.

Например, следователь Устюжанин возбуждает дело, опираясь на недопустимые доказательства, искренне полагая, что они реальны, после чего резко становится «слеп и глух» и заявлений о недопустимости доказательств не принимает. О его заинтересованности в таком развитии событий может говорить то, что он является давним знакомым Брыкина и Ласкина, а также факт тайного предъявления обвинения, о чем мы говорили выше. И хотя он оказался не единственным следователем по этому делу (позже были Иванченко В.П., Ткачук О.А., сейчас это Суменкин Е.И.), все они придерживались определенной линии и допустили массу нарушений в ходе следствия, которые носят характер игнорирования закона и, возможно, превышения должностных полномочий или злоупотребления ими.

Например, при назначении экспертиз следователь полностью лишает Дюльгерова и его защиту всех процессуальных и конституционных прав. Защита не уведомляется о дате и месте ознакомления с постановлениями, в результате чего лишается права представить свои вопросы экспертам, ходатайствовать о проведении экспертизы в другом экспертном учреждении и т.д. На протяжении всего следствия конституционные права: на защиту, состязательности сторон, охраны прав и свобод участников уголовного судопроизводства и т.д., которые являются одними из самых ключевых в уголовном процессе, нарушались и нарушаются по сей день систематически.

Видимо, схожими «расстройствами» страдают и начальники. Среди них особо можно отметить не только регионалов, таких как руководитель СУ УМВД России по ХМАО-Югре, но и весьма «федеральных» влиятельных фигур Следственного департамента МВД РФ. Возникает подозрение, что они «покрывают» следователя в его действиях, или же, возможно, дают указания по этому делу. Это касается не только незаконного обвинения, но и срока следствия, который вопреки всей логике и закону продляется с 2011 года!

Выступая на совещаниях с докладами, высокие чины обладают и красноречием, и глубокими познаниями права, но, видимо, мотивированно и полноценно отвечать на запросы и жалобы они разучились. В полное нарушение процессуальных норм и Конституции РФ, на мотивированые «стостраничные» жалобы и обращения они отвечают без аргументов, всего 3-5 предложениями, в которых вся суть сводится к одному «все законно»!

Любопытную «гибкость продемонстрировал и генерал-майор юстиции Николай Патапеня, являющийся заместителем начальника Следственного департамента МВД России. Он признал продление сроков законным. Но известно, что ранее, по схожим делам и обстоятельствам в одно и тоже время, он признавал такие действия незаконными и отменял постановления о продлении срока следствия. По таким случаям есть и решения судов, также признающие незаконность продлений в схожих обстоятельствах.

Дошло до того, что в официальные документы вносятся сведения, не соответствующие действительности, что согласно УК РФ является служебным подлогом. Так, например, начальник контрольно-методического управления Следственного департамента РФ Бирюков А.А. в своем официальном ответе на жалобу защиты заявил, что адвокатам и Дюльгерову были своевременно направлены уведомления о возможности ознакомления с постановлениями о назначении экспертиз. Но подобных уведомлений нет! Или, например, тот же Бирюков официально в своем письме отвечает защите, что на обращения направлены мотивированные ответы. Но и таких ответов не было, а были только «отписки», в прямое нарушение требований состоящие из нескольких предложений.

Да и сам Бирюков своим ответом (не в виде постановления) проигнорировал требования закона. Ответ Бирюкова на одну из самых подробных жалоб защиты состоит примерно из 8 предложений, в которых он указывает, что нарушений не усмотрено и, в том числе излагает факты, не соответствующие действительности.

Дальше всех пошел начальник управления Следственного департамента МВД РФ Димидов А.М. Он вообще запретил Дюльгерову и защите жаловаться, указав, что писать не нужно и жалобы рассматривать не будут.

А что же сотрудники прокуратуры, чьей прямой обязанностью является надзор за соблюдением законов? Куда смотрит прокурор ХМАО-Югры Евгений Ботвинкин и его заместители? Также как и Следственный департамент МВД РФ игнорируют необходимость принятия мер к устранению нарушений закона, давая отмашку зарвавшимся полицейским следователям и дальше творить произвол. При этом они и сами нарушают закон – направляют ответы, суть которых сводится к тому же «все законно» без объяснения причин и опровержения доводов защиты. Подобными отписками, в числе прочих «отметились» помощники генерального прокурора Иванов С.Г. и Бобинова И.Л.

Представители прокуратуры, как и начальники следователя Суменкина, полностью лишили обвиняемого всех законных прав. Поэтому и в их действиях, думается, есть признаки злоупотребления должностными полномочиями сразу по нескольким основаниям.

Беспредельщики и подневольные

Вся эта «публика» творит свои противозаконные дела от имени государства, используя властные полномочия предоставленные государством, что увеличивает общественную опасность их действий. В жалобе на имя президента России, которая оказалась в нашем распоряжении, приводится целый список лиц, которые по мнению Дюльгерова творят произвол, немотивированно признают беззаконие, творимое следователем, законным. Внушительный список. Даже с трудом верится, что такое количество высокопоставленных силовиков оказались в нём, допустив так много промахов, просчетов и нарушений. Неужели спрут окутал всех и каждого?

Возможно, всё объясняется просто. У них есть нечто общее, а именно надзирающий начальник, один из заместителей генерального прокурора РФ, который является давним знакомым Николая Брыкина еще со времен его работы в налоговой полиции региона. Именно Юрий Пономарев, являясь заместителем генерального прокурора, надзирает за соблюдением законности в Уральском федеральном округе, в том числе и ХМАО. Тесная связь Брыкина и Пономарева во многом объясняет «особый подход» к этому делу.

Интересно, а вообще нужен Уголовный кодекс, процессуальные нормы, да и вообще законы? Может вообще выкинуть их на помойку? А действительно зачем они нам, если чиновники из полицейского следствия и прокуратуры применяют свои законы, прямо противоречащие нормам УК, УПК, Конституции. Им эти законы точно не нужны. Их основное предназначение состоит в том, чтобы, как говорил А.П. Чехов, «держать и не пущать».

Вместе с тем, сегодня Николай Брыкин, уже являясь депутатом Госдумы РФ, обладает депутатской неприкосновенностью. В нижней палате парламента ему доверили пост члена комитета ГД по государственному строительству и законодательству. Уже буквально завтра он будет не только продолжать свои «скромные дела», помогать своим бывшим коллегам в «ратном труде» и придумывать, по каким законам жить нам с вами, оказывая значительное влияние на назначения силовиков.