Лечебные миллиарды министра Мурашко

Более 312 млрд рублей ушло в прошлом году на реализацию нацпроекта «Здравоохранение». На эти деньги чиновники Минздрава ещё больше сократили коечный фонд, так и не преуспели в решении проблемы кадрового дефицита, а также изменили в свою пользу статистические показатели.

Если судить по отчётам, Минздрав работает на отлично. Как подсчитали в Минфине, по итогам прошлого года ведомство Михаила Мурашко освоило бюджет нацпроекта на 97,9%. Всего на развитие отечественного здравоохранения потратили 312,4 млрд рублей из запланированных 319 миллиардов. Одновременно на 100% удалось освоить выделенные средства в рамках проектов по обеспечению системы здравоохранения квалифицированными кадрами, развитию сети национальных медицинских исследовательских центров, по внедрению инновационных технологий.

Почему же тогда в реальной жизни в больницах не хватает врачей, а инновационные технологии зачастую доступны только за деньги?

Врачи на троечку

Проблема с нехваткой медицинского персонала за последние годы обострилась настолько, что о неоднозначных успехах Минздрава в её решении заговорили даже в Минобрнауки. Оказалось, что на целевое обучение набирают абитуриентов с заведомо низкими баллами. «Не самые способные и подготовленные абитуриенты идут и поступают на целевые места. А следовательно, не самые лучшие студенты идут потом по целевым местам», – отметил глава Минобрнауки Валерий Фальков. По его словам, в прошлом году средний проходной балл в медвузы по общему конкурсу составлял 77,03, тогда как проходной балл на целевые места – всего 69,39.

Впрочем, плохо подготовленные врачи – это хоть что-то. Во многих региональных больницах сегодня нет даже таких специалистов. Например, в городской больнице Верхней Пышмы Свердловской области пять педиатров ведут приём на 16 участках. За каждым врачом закреплено 1000–1200 детей. В больнице посёлка Ярега в Республике Коми врачей нет вовсе. Здесь вакантны места терапевта, невролога, рентгенолога, проф­патолога и гинеколога.

Куда в таком случае пошли деньги федерального проекта «Обеспечение медицинских организаций системы здравоохранения квалифицированными кадрами»? Кстати, согласно целевым показателям программы, по итогам 2023 года укомплектованность амбулаторий врачами должна составлять 92%. Столь высокими показателями сегодня, пожалуй, не смогут похвастаться даже поликлиники крупных городов.

Нарисуем – будем жить

Неудобные для Минздрава целевые показатели пока ещё можно найти в открытом доступе. Судя по всему, подчинённые Михаила Мурашко просто не успели «подрихтовать» все федеральные программы, входящие в нацпроект.

А вот информацию о смертности от инсультов или объективные данные по онкологическим заболеваниям с каждым годом найти становится всё сложнее.

Манипулировать со статистикой Минздрав начал ещё в «ковидные» годы. В 2020 году, надо полагать, из-за неприглядных показателей смертности целевые показатели в нацпроекте впервые заметно изменили. Например, вместо запланированных 525 смертей на 100 тыс. населения от болезней системы кровообращения стало значиться 610 смертей. Тогда же, видимо на всякий пожарный, увеличили и показатели будущих лет. На 2021 год – 600 смертей вместо планировавшихся изначально 505, на 2022-й – 590 вместо 485, на 2023-й – 575 вместо 465, на 2024-й – 555 вместо 450.

Динамики смертности от инсультов в открытом доступе теперь нет вовсе.

Это и неудивительно: статистика смертности от инфаркта миокарда вот уже четыре года не укладывается в плановые показатели. Так, в 2022 году смертность от инфаркта миокарда, согласно планам, должна была составить 33 человека на 100 тыс. населения. По факту оказалось 34,2 человека. В 2021 году – 38,3 умершего по факту вместо 34,4 по плановому показателю. В 2020 году – 39,7 и 35,7 соответственно. В 2019 году – 37,3 и 37,1. Чтобы не портить картину окончательно, данные по инсультам, видимо, решили припрятать.

Неудобные для Минздрава целевые показатели пока ещё можно найти в открытом доступе. Судя по всему, подчинённые Михаила Мурашко просто не успели «подрихтовать» все федеральные программы, входящие в нацпроект. А вот информацию о смертности от инсультов или объективные данные по онкологическим заболеваниям с каждым годом найти становится всё сложнее
Со статистикой онкологических заболеваний вообще творится что-то непонятное. Так, в паспорте федерального проекта «Борьба с онкологическими заболеваниями» доля злокачественных новообразований, выявленных на I–II стадиях по итогам 2022 года, должна составлять 59,6%. На официальном сайте самого Минздрава в красивом отчёте выведена цифра 59,3%. Казалось бы, вполне укладывается в плановые показатели. Однако чиновникам от медицины, видимо, хотелось не только выполнить, но и перевыполнить поставленные задачи, так что плановый показатель оказался уменьшенным до 57,9%.

Из минздрава под суд

Тем временем неуёмную активность развивают функционеры региональных минздравов. Самые скандальные случаи замолчать не удалось: многие чиновники стали фигурантами уголовных дел, связанных с мошенничеством, взятками и превышением должностных полномочий. Всего же по итогам 2023 года в своём кресле не усидели главы 21 регионального минздрава.

В январе прошлого года кадровые перестановки случились в профильном ведомстве Тамбовской области. Новый назначенец Алексей Овчинников сменил Марину Лапочкину, задержанную по подозрению в превышении должностных полномочий. Перестановки случились и в минздраве Удмуртской Республики. Летом 2022 года министр здравоохранения Наталья Якимова покинула свой пост, отправившись руководить Республиканским медицинским колледжем. На такое понижение она, судя по всему, согласилась не случайно. Позднее бывшая чиновница стала фигурантом уголовного дела в связи со злоупотреблением полномочиями. По версии следствия, Наталья Якимова, будучи главой регионального минздрава, помогала близким к себе коммерческим структурам получать выгодные госконтракты. В общей сложности Якимова, как полагает следствие, обеспечила госконтрактов «нужным людям» на сумму более 1 млрд рублей.

Похожее дело сегодня рассматривается и в отношении бывшего замминистра здравоохранения Рязанской области и экс-члена Совета Федерации Ирины Петиной, обвиняемой в получении взяток на сумму 75 млн рублей. Несколько эпизодов дела касаются получения взяток от предпринимателей при заключении госконтрактов на поставку медицинского оборудования.

В получении взяток при заключении контрактов на поставки медоборудования обвиняется и бывший министр здравоохранения Иркутской области Яков Сандаков. Кроме того, бывшего чиновника обвиняют в халатности. Следствие утверждает, что глава минздрава в 2021 году не обеспечил поставки необходимых лекарств для детей-инвалидов.

Понятно, что, занимаясь махинациями с госконтрактами, сотрудникам региональных минздравов вряд ли хватает времени на решения проблемы нехватки врачей и больниц. Не говоря уже о контроле за качеством лечения и о снижении смертности.

Практика

Скрывать тот факт, что в государственных больницах и поликлиниках остаётся всё меньше квалифицированных врачей, становится всё сложнее. Очередной скандальный случай произошёл в поликлинике города Собинка Владимирской области. Как сообщает телеграм-канал, одна из жительниц обратилась в медучреждение по поводу травмы колена. В качестве лечения врач назначил… компрессы из водки (!) в течение месяца. И хотя улучшение не наступало, врач ещё дважды назначил пациентке аналогичную процедуру. «Обратилась в платную клинику, они в ужасе, что такое назначили. Платные врачи подозревают разрыв мениска. Возможна операция», – цитируют в соцсетях слова родных пациентки.

Не просто о нехватке, а об оттоке специалистов из госмедицины общественники предупреждают уже как минимум 10 лет – аккурат со времени начала реформ здравоохранения Голиковой – Скворцовой, продолжателем которых сегодня стал министр Михаил Мурашко.

Так, по информации проф­союза медработников «Действие», сокращение врачей и младшего медперсонала происходило с 2013 по 2020 год. За это время количество кадров в отрасли снизилось с 700 до 300 тысяч. Лишь в 2020 году в связи с «ковидными доплатами» отток врачей немного замедлился. «Однако уже в 2021 году утечка кадров возобновилась по всем категориям. То, что за год сокращение составило 50 тыс. человек, – это гигантская цифра с учётом уже имеющегося дефицита», – отмечали в профсоюзе.