Космический пришелец Владислав Филев

Глава S7 Group (в её состав входит авиакомпания «Сибирь») Владислав Филёв объявил о покупке плавучего космодрома «Морской старт», расположенного в Тихом океане. «Я буду первым в космосе», – заявил Владислав Филёв на пресс-конференции, посвящённой покупке. Откуда такая уверенность? «Морской старт» не функционирует с 2014 года, непонятно, с помощью каких ракет производить запуски...

РКК «Энергия» и российская сторона будто отползала от проекта, Boing в долгах по нему, Россия успела за это время построить космодром Восточный, и откуда у S7 на это деньги? Что же задумал «российский Илон Маск», как уже поспешили назвать г-на Филёва западные журналисты? Насколько вообще оправданно такое сравнение, мы обязательно постараемся выяснить в последующих публикациях.

Космодром «Морской старт» появился вблизи острова Рождества в Тихом океане в 1995 году. Он позволяет запускать ракеты прямо с экватора, а значит, максимально эффективно использовать энергию вращения Земли при старте носителей. Всего с плавучей платформы провели 36 пусков, 32 из которых оказались успешными! Однако затем начались проблемы.

Изначально проект был международным – 40% акций управляющей компании принадлежало Boeing, 25% – российской Ракетно-космической корпорации «Энергия» (РКК «Энергия»), 5 и 10% соответственно – КБ «Южное» и производственному объединению «Южмаш» (Украина). Ещё 20% акций владела норвежская судостроительная компания Aker Kværner (ныне Aker Solutions). Несколько лет назад в ходе запущенной процедуры банкротства пакет акций перераспределился. РКК «Энергия» стало принадлежать 95%, Boeing – 3%, Aker Solutions – 2%. Роскосмос вёл переговоры о продаже «Морского старта» с 2014 года, в том числе с США, ОАЭ, Китаем и Австралией. Однако они покупать космодром не захотели. В итоге полгода назад стало известно об интересе к проекту со стороны S7. В рамках сделки компания станет владельцем корабля Sea Launch Commander и платформы Odyssey, где установлено оборудование ракетного сегмента, а также наземного оборудования в базовом порту Лонг-Бич (США) и товарного знака Sea Launch.

Но так и хочется спросить: а для чего всё это делается? По отчётности S7 за 2015 год, её общий объём кредитов, займов и прочей задолженности составлял 26,2 млрд рублей. Большой рычаг – обычная ситуация для авиакомпаний. Есть версия, что Филёв купил «Морской старт» в пользу государства и получит скоро госгарантии для кредитов или живые средства из бюджета. Но даже если он купил его за свои, то остаётся немаловажный вопрос – зачем России пятый по счёту космодром? Ведь он либо начнёт конкурировать с имеющимися (и тогда государству разумно попросить не покупать «Морской старт», так как он обрушит заказы на свеженький Восточный), либо государство призналось, что новый космодром неэффективен и нужна более дешёвая площадка. Это больше похоже на то, что найдена новая технология вывода средств из бюджета крупными кусками – иначе как объяснить, что скоро в распоряжении нашей страны будет очередной космодром. Давайте посчитаем – Байконур ещё в аренде на долгие годы, Восточный вот-вот запустят, Плесецк в Архангельской области, а ещё есть полигон Капустин Яр в Астраханской, недостроенный Свободный в Амурской области, о котором ранее писала «Наша Версия», и исключительно военная пусковая база-космодром Ясный в Оренбургской области. Зачем нам нужен ещё один на экваторе при дефицитном бюджете, кто-то знает?

Ракетный дефицит

Планы на «Морской старт» у нового владельца грандиозные. Но возникает проблема: «Морской старт» изначально создавался для запуска ракет модификации «Зенит-3SL», которые производились на украинском предприятии «Южмаш». Однако по экономическим причинам «Южмаш» не выпускает «Зениты» больше двух лет. Предприятие даже не может изготовить единственный «Зенит» для запуска новейшего украинского спутника связи, хотя сам спутник давно готов. На покупку комплектующих в России у компании нет денег.

Не менее экономики важен и политический момент. Ключевые элементы для «Зенитов», в частности маршевые двигатели, поставлял Роскосмос. И как только поставки двигателей прекратились, производство «Зенитов» встало. Потому, если даже руководство S7 согласует все вопросы с «Южмашем», эти договорённости мало что будут означать. Передача на Украину таких высокотехнологичных изделий, как двигатель «Зенита» РД-171, в нынешних условиях представляется практически невозможным делом.

«Мы готовы работать по этому вопросу с украинскими коллегами и осуществлять старты на базе ракеты «Зенит», одновременно с этим прорабатываем другие варианты, в том числе создание новой ракеты с учётом современных технологий», – заявил Владимир Филёв.

СПРАВКА

Группа S7 на 100% принадлежит семье Филёвых – Наталье и Владиславу. В состав S7 входят компании: S7 Airlines, S7 Tour, S7 Ticket, S7 Travel Retail, S7 Service, S7 Training, S7 Cargo, Sibir Technics, S7 Engineering и другие. «В последние годы мы не поддерживаем отношений с «Южмашем» и не имеем достоверной информации о том, что там сейчас происходит, – признался глава РКК «Энергия» Владимир Солнцев. – Замена украинской ракете «Зенит» может быть создана в течение пяти лет. Для этого потребуется дополнительное внебюджетное финансирование проекта со стороны инвестора «Морского старта» – консорциума S7, где не исключают участия в разработке новой ракеты. Мы готовы ускорить создание ракеты в случае, если инвестор «Морского старта» проявит заинтересованность и посчитает целесообразным поддержать данный подход».

Ракетно-космическая корпорация «Энергия» уже сообщила, что готова ускорить разработку новой ракеты «Сункар» для использования на плавучем космодроме. Однако финансирование работ по созданию ракеты «Сункар» запланировано лишь на 2020 год.

Роскосмос рад сделке

Прояснить многочисленные вопросы, возникающие в связи с новостью о переходе «Морского старта» на российскую «прописку, вероятно, мог бы глава Рос­космоса Игорь Комаров. Его появление ожидалось на пресс-конференции, однако перед журналистами он так и не появился. Оказывается, в это время глава Роскосмоса был у Владимира Путина, где как раз рассказывал президенту о подписании контракта «Морского старта» с компанией S7. Игорю Комарову наверняка было чему радоваться – согласие Владимира Филёва войти в проект закроет существенную часть убытков «Энергии». А это ни много ни мало 19 млрд рублей, которые остались у «Энергии» от работы с «Морским стартом».

«Мы с РКК « Энергия» будем делать проект вместе. В авиа­компаниях это называется «совместная эксплуатация авиалиний». Будем зарабатывать вместе, – оптимистически заявил г-н Филёв. – Компания S7 рассчитывает ежегодно тратить на запуски с космодрома «Морской старт» 1,6 млрд рублей. Запуск одного спутника стоит 250 млн плюс 70 млн стоит пуск. Очевидно, что 1,6 млрд в год (каждый год) я из кармана вытащить не могу. Компания планирует привлекать партнёров. Управление будет частно-государственным...»

Глава S7 уверен, что ресурса платформы хватит ещё на 90 запусков. Потом ей понадобится модернизация, после чего будет производиться по 6 запусков в год в течение 15 лет. В коммерческих пусках с «Морского старта» заинтересованы крупнейшие мировые телекоммуникационные компании. При грамотном и чётком управлении эти пуски могут принести 30 млрд долларов в год! Остаётся лишь удивляться, что в таком жёстком минусе оказалась РКК «Энергия». Но справится ли г-н Филёв с этой сложной задачей?

Кстати

Вызывает вопросы и персона нового владельца космодрома – г-на Филёва. У S7 есть многочисленные скелеты в шкафах – список авиапроисшествий с самолётами авиакомпании «Сибирь» более чем внушительный... Про ЧП в небе над Швейцарией в январе 2002 года российские СМИ не писали, потому что история, по всей видимости, была тщательно замята с помощью давнего друга г-на Филёва Александра Нерадько, занимавшего в тот момент пост первого заместителя министра транспорта. Что произошло? Самолёт авиакомпании «Сибирь» Ту-204 Женева – Москва шёл на взлёт, когда неожиданно произошла разгерметизация салона. При этом на борту самолёта не оказалось кислородных масок. Пассажиры начали задыхаться. К счастью, самолёт успели посадить.

Вот и губернатор Кемеровской области Аман Тулеев тоже жаловался на работу авиакомпании «Сибирь». Он даже отправлял телеграмму министру транспорта, просил принять меры по обеспечению безопасности полётов. Тулеев отмечал, что компания использует самолёты зарубежного производства со значительным сроком эксплуатации. Также в адрес авиакомпании не раз звучали упрёки в недостаточном внимании к подготовке лётного состава и в постоянном стремлении сэкономить. Не скажется ли любовь к экономии на космических запусках?