Концерт Максима Шатковского убедил суд не считать его взяточником

Как стало известно “Ъ”, весьма мягким приговором завершилось уголовное дело в отношении бывшего заместителя гендиректора «Москонцерта» Максима Шатковского, обвиняемого в получении взятки на сумму свыше 900 тыс. руб. Первоначально утверждалось, что, согласно выстроенной чиновником схеме, его подчиненные делились с ним частью своих премий. Однако на следствии выяснилось, что деньги шли не в карман Максиму Шатковскому, а в неофициальный фонд,— а оттуда на оплату текущих расходов организации. В итоге за злоупотребление должностными полномочиями фигурант отделался штрафом.

Максим Шатковский занимал пост замглавы «Москонцерта» с февраля 2022 по май 2024 года, а спустя три месяца после ухода с должности, 9 августа, был арестован по обвинению в получении взятки в крупном размере (п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ), которая предусматривает от 7 до 12 лет заключения. В тот же день суд отправил в СИЗО начальника хозяйственного отдела «Москонцерта» Владислава Любичева. Ему вменили посредничество во взяточничестве (п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ, до десяти лет заключения).

Согласно первоначальной версии обвинения, для извлечения прибыли замглавы «Москонцерта» договорился с подчиненными, что те, кто рассчитывает на отгулы, свободное посещение работы или на покровительство по службе, должны делиться с ним частью премий или стимулирующих надбавок, которые он им будет выписывать.

Следствие выяснило, что таким образом с декабря 2022 по август 2023 года сотрудник хозяйственного отдела учреждения Даниэль Лоренци через Владислава Любичева передал Максиму Шатковскому в общей сложности 923 тыс. руб.

Хозяйственник также сообщил, что в декабре 2023 года частью своей премии в размере 60 тыс. руб. с Максимом Шатковским через Владислава Любичева поделился другой сотрудник хозотдела — Александр Дмитриев.

Юрист же «Москонцерта» Денис Сорокин показал, что с июня 2022 по декабрь 2023 года он лично пять раз отдал шефу наличными от 20 тыс. до 50 тыс. руб., а всего — 240 тыс. руб., дополнительно начисленных к его премиям.

Впрочем, следственное управление СКР по Северному округу Москвы позже переквалифицировало обвинение на ч. 1 ст. 285 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями»). Проходившему по делу вместе с ним хозяйственнику вменили пособничество в совершении этого преступления (ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 285 УК РФ). Фигуранты Шатковский и Любичев уже в ноябре 2024 года вышли из СИЗО под запрет определенных действий.

Интересно, что, несмотря на признательные показания 27-летнего уроженца Бергамо (Италия) Даниэля Лоренци, которые позволили ему остаться в статусе свидетеля, Максим Шатковский категорически отрицал коррупционный мотив.

При этом он не открещивался от того, что действительно забирал часть премий у подчиненных. Однако настаивал, что делал это, чтобы решить проблему с недофинансированием текущей деятельности «Москонцерта»: с оплатой уборки прилегающей территории, ремонта сантехники, услуг перевозки и т. п.

Для этого, по словам фигуранта, нужны были свободные деньги, которые получить в бюджетном учреждении в сжатые сроки было затруднительно. Максим Шатковский утверждал, что у предполагаемого взяткодателя, который с весны 2023 года практически перестал работать и ему прекратили выплачивать премии, были основания, чтобы его оговорить. К тому же выяснилось, что главный свидетель обвинения вообще непонятно как попал на работу в бюджетную организацию, получив по приговору Бабушкинского райсуда Москвы в октябре 2021 года три года лишения свободы за телефонное мошенничество (ст. 159 УК РФ). Столь мягкий срок Даниэлю Лоренци назначили потому, что он заключил с прокуратурой досудебное соглашение о сотрудничестве и дал показания на соучастников преступления. Его дело было рассмотрено в особом порядке — без проведения судебного разбирательства.

Интересно, что версия Максима Шатковского о том, что деньги, полученные им от сотрудников, расходовались на нужды «Москонцерта», подтвердили и его подчиненные.

С обвинением в злоупотреблении должностными полномочиями, за которое ему грозило до четырех лет колонии, он согласился, пособничество в этом преступлении признал также и начальник хозотдела Владислав Любичев.

При этом материального ущерба от действий фигурантов следствие не установило, указав, что оба пытались извлечь «выгоду неимущественного характера, обусловленную желанием получить положительную оценку своей работы со стороны руководства, продемонстрировав эффективность и результативность своей профессиональной деятельности путем создания не предусмотренного законом источника финансирования деятельности "Москонцерта"». Действия же фигурантов, по мнению следствия, привели к нарушению «охраняемых законом интересов общества и государства», которое выразилась «в отрицательном влиянии противоправного деяния на нормальную работу ГБУК "Москонцерт"».

По ходатайству подсудимых их дело Савеловский райсуд Москвы рассмотрел в особом порядке, что позволило им рассчитывать на более мягкое наказание — не более двух третей от максимально-возможного.

И хотя прокурор в прениях требовал для Максима Шатковского штраф в размере 700 тыс. руб., суд назначил ему в десять раз меньше — 70 тыс., а с учетом нахождения трех месяцев под стражей снизил сумму до 60 тыс. руб.

Также осужденному запрещено в течение двух лет занимать должности, связанные с организационно-распорядительными и хозяйственными функциями.

По приговору суда Владислав Любичев вместо запрошенных гособвинением 600 тыс. руб. был оштрафован на 60 тыс. И в этом случае суд, засчитав время, проведенное в СИЗО, снизил сумму — до 50 тыс. руб.

Адвокат Максима Шатковского Кристина Малекина из адвокатского бюро «Бельский и партнеры» заявила “Ъ”, что ее доверитель удовлетворен приговором и не стал его обжаловать, однако от дальнейших комментариев воздержалась. Судя по всему, судебное решение устроило как второго фигуранта, так и прокуратуру: никто из участников процесса обжаловать его не стал.