Как «Смоленский» помог корпоративным клиентам накануне отзыва лицензии

КИПРСКАЯ СХЕМА

Схемы с взаимозачетами были популярны на Кипре весной этого года, когда в двух крупнейших банках страны — Bank of Cyprus и Laiki — депозиты свыше 100 000 евро подверглись «стрижке» и трансграничные операции были заблокированы. Одна схема выглядела следующим образом: клиенту банка предлагали стать акционером фирмы, которая является должником банка и имеет недвижимость на Кипре. Акционером вкладчик становится задним числом, затем он погашает за счет депозита кредит фирмы и получает недвижимость или часть денег. Другая схема — нужно доказать ЦБ Кипра, что покупатель может оплатить покупку только с заблокированных счетов. Обе схемы были сопряжены с рисками — от неисполнения обязательств до падения цен на недвижимость в связи с кризисом на острове.
  
Как выяснили «Ведомости», банк «Смоленский» незадолго до отзыва лицензии проводил необычные операции между клиентами — юридическими лицами, в результате которых активы банка сократились почти на 10%. Это «Ведомостям» рассказал бывший сотрудник банка и подтвердил человек, близкий к ЦБ.

Центробанк отозвал лицензию «Смоленского» 13 декабря. С начала декабря «Смоленский» (активы — 35 млрд руб.) из-за потери ликвидности «своевременно не исполнял обязательства перед кредиторами и вкладчиками», одновременно осуществляя «сделки, направленные на вывод активов», сообщил ЦБ. Агентство по страхованию вкладов (АСВ) оценило выплаты вкладчикам «Смоленского» в 9,3 млрд руб.

Однако некоторые обязательства перед вкладчиками банк исполнял. Корпоративные клиенты, державшие средства на счетах в «Смоленском», договаривались с другими клиентами банка — корпоративными заемщиками о «взаимозачете», рассказывает экс-сотрудник «Смоленского». Средства с депозитов этих компаний-вкладчиков направлялись на погашение задолженности по кредитам других компаний с условием, что те расплатятся с вкладчиками вместо банка, но уже с определенным дисконтом, описывает он схему. По его словам, таким образом клиенты «договорились в общей сложности на сумму около 3 млрд руб.».

У регулятора «есть подозрения, что такая схема могла использоваться», знает человек, близкий к ЦБ: эти операции «могли стать причиной сокращения активов банка незадолго до отзыва лицензии». Но он подчеркивает, что незаконность таких сделок — т. е. умышленный вывод активов перед отзывом лицензии — «только предстоит доказать».

Независимо от наличия умысла по факту конкурсная масса сократилась, причем не только за счет «взаимозачетов» клиентов-юрлиц, но и за счет продажи розничных портфелей. В начале декабря «Смоленский» ради пополнения ликвидности продал около 10% своего розничного портфеля. В объявлении на сайте «Смоленский» сообщил, что московский филиал банка частично передал права требования по кредитным договорам нескольким банкам. «Объем переданного портфеля — около 600 млн руб., это исключительно потребительские кредиты», — пояснял 5 декабря представитель банка (цитата по «Прайму»).

Причем розничные кредиты — наиболее качественные активы: в отличие от корпоративных клиентов розничные заемщики продолжают стабильно платить и после банкротства кредитора.

«Банк “Пушкино” за несколько дней до отзыва лицензии тоже продавал розничные портфели, — напоминает человек, близкий к регулятору. — Тут зависит от цены — если она рыночная, опротестовать эту сделку сложно». По закону о несостоятельности АСВ может оспорить любые сделки банка, прошедшие менее чем за месяц до отзыва лицензии, говорит арбитражный управляющий Евгений Семченко: правда, с учетом разъяснений Высшего арбитражного суда оспорить сделки можно, если операции нарушили справедливое распределение будущей конкурсной массы между кредиторами. Если часть компаний получили назад свои депозиты, а АСВ и вкладчики теперь недополучат свои средства — такие сделки как раз можно оспорить, считает он.

«Операции, когда кредиты погашаются за счет остатков на счетах либо заемщиков, либо третьих лиц, проводятся практически в каждом банке, находящемся в предбанкротном состоянии», — говорит партнер юридической группы «Яковлев и партнеры» Майя Чудутова (в судах представляет интересы АСВ по банкротству Межпромбанка). По ее словам, успешный опыт по обжалованию таких сделок уже сложился: «По Межпромбанку мы оспорили все такие сделки».

Оспорить такие сделки возможно, поскольку они имеют признаки преимущественного удовлетворения требований одних кредиторов перед другими, соглашается вице-президент по правовым вопросам Пробизнесбанка Сергей Летунов (банк санировал несколько кредитных организаций в кризис, а сейчас претендует на санацию самарского банка «Солидарность»).

Однако проблема в другом — даже когда подобные сделки удается опротестовать в суде, вернуть активы в конкурсную массу почти невозможно. «За 1-2 дня средства обезличиваются, выводятся, их уже не найти», — признает руководитель практики инвестиционного консультирования ФБК Роман Кенигсберг. Иски должно подавать АСВ, когда банк признают банкротом, замечает Семченко: «На получение исполнительного листа по ним может уйти до года, к тому моменту денег у компаний может уже не быть».

Представитель ЦБ не стал комментировать ситуацию «на стадии работы в банке временной администрации».