Иван Сафронов не падает в красноярской колонии духом

Как стало известно “Ъ”, журналист и экс-советник главы «Роскосмоса» Иван Сафронов, осужденный на 22 года по обвинению в госизмене, обжаловал свой приговор в Верховном суде России. Соответствующую кассационную жалобу во вторник подали его адвокаты, предварительно посетившие своего клиента в колонии в Красноярском крае и согласовавшие с ним ее текст. При этом они посетовали на действия администрации ИК, сотрудники которой не позволили конфиденциально пообщаться с осужденным. Адвокаты отмечают, что недавно сбылась мечта Ивана о свидании с родными, которых он с момента ареста лишь мельком видел во время судебных заседаний.

По словам одного из адвокатов Ивана Сафронова Дмитрия Катчева, во вторник он со своим коллегой Даниилом Никифоровым подал кассационную жалобу в Верховный суд на приговор бывшему спецкору “Ъ” и «Ведомостей», осужденному Мосгорсудом на 22 года колонии строгого режима по обвинению в госизмене (ст. 275 УК РФ). «С текстом Иван был ознакомлен во время посещения его нами 17–18 мая, полностью его согласовал и доводы поддержал»,— пояснил господин Катчев, подчеркнув, что в жалобе содержится просьба об отмене приговора. В частности, речь идет о несправедливости вынесенного решения, недопустимых доказательствах и других многочисленных нарушениях норм Уголовно-процессуального кодекса «на всех стадиях» разбирательства.

Защитники подчеркнули, что во время подготовки жалобы и обсуждения ее сути с Иваном Сафроновым в ИК-7 в селе Арейское под Красноярском у них возникли проблемы, с которыми они не сталкивались даже в СИЗО «Лефортово» в Москве.

Адвокатам предложили встречаться со своим клиентом только в помещении для краткосрочных свиданий, причем исключительно через стекло, а обмен документов разрешили только через сотрудника ФСИН. «Мы указали на то, что такой формат общения противоречит положениям УИК о беспрепятственном и конфиденциальном общении защитников и доверителя»,— рассказал Дмитрий Катчев. В ответ, по его словам, они с коллегой услышали, что «других помещений нет», а Иван — «осужденный опасный преступник, и стекло необходимо для безопасности самих адвокатов». В итоге, как пояснили представители защиты, «учитывая специфику дела», через надзирателя они документы передавать не решились. А проекты жалобы им пришлось прикладывать к стеклу, чтобы Иван Сафронов мог их изучить. Свои комментарии и поправки он давал таким же образом. «Обсудить же фактуру дела вообще не представлялось возможным, так как, чтобы Иван мог нас хорошо слышать, приходилось практически кричать, что также мы не рисковали делать, поскольку мимо двери постоянно ходили сотрудники ИК»,— сообщил господин Катчев.

По прикидкам защитника и его коллеги, само рассмотрение жалобы может начаться ближе к осени. Как следует из сложившейся практики, если осужденный выражает желание лично присутствовать на заседании кассационной инстанции, подавая соответствующее заявление, суд идет навстречу. Однако, как правило, заключенный присутствует на нем виртуально с помощью видео-конференц-связи из своей колонии или другого близлежащего учреждения ФСИН, где имеется соответствующее оборудование.

Защитники особо отметили, что Иван Сафронов, оказавшись в колонии строгого режима, не пал духом. По их словам, недавно он получил книги, много читает и сейчас по просьбе других заключенных даже составляет очередь из желающих прочесть книги после него.

Отношения со спецконтингентом, среди которого преобладают осужденные за незаконный оборот наркотиков, по словам господ Катчева и Никифорова, у Ивана Сафронова нормальные. В самой ИК-7, расположенной в 18 км от Красноярска, как рассказывал “Ъ”, имеется деревообратывающее производство, а также цех металлообработки и швейное производство, однако журналиста к работам не привлекают. При этом недавно сбылась его мечта — ему разрешили свидание с родственниками. Он не мог нормально общаться с ними с момента ареста в июле 2020 года. За два с половиной года, которые Иван Сафронов провел в СИЗО «Лефортово», пока шли следствие и суд, он видел их только мельком во время заседания по продлению меры пресечения и самого судебного процесса, не имея возможности с ними переговорить,— максимум, что удавалось, лишь успеть обменяться одной-двумя короткими фразами.

Напомним, что Ивана Сафронова ФСБ обвинила в двух эпизодах сотрудничества с чешской и немецкой разведслужбами из корыстных побуждений. Сам господин Сафронов, на момент задержания являвшийся советником главы «Роскосмоса», настаивал на своей невиновности, утверждая, что доступа к государственным секретам не имел и занимался исключительно чистой журналистикой. На этом же он настаивал как на процессе в Мосгорсуде, проходившем из-за секретности дела в закрытом режиме, так и в суде апелляционной инстанции, который подтвердил обвинительный приговор. Во время процесса подсудимый, как сообщал “Ъ”, лишился большей части команды своих адвокатов. Сначала под обвинения СКР о разглашении тайны предварительного следствия попал один из ведущих юристов, признанный иноагентом Иван Павлов, который вынужденно уехал за границу вместе со своим коллегой Евгением Смирновым, а позже по обвинению в распространении фейков о российской армии — постов в соцсетях — был арестован адвокат Дмитрий Талантов. Процесс над последним сейчас идет в Удмуртии.