Госпиталь Гуровича так и не принял ни одного пациента

Как стало известно “Ъ”, одним из доказательств виновности бывшего замглавы МЧС Андрея Гуровича в превышении должностных полномочий следствие называет его доклад тогдашнему руководителю спасательного ведомства Евгению Зиничеву о полной готовности быстровозводимого антиковидного госпиталя в Мурманской области. Между тем лечебное заведение, так и не принявшее ни одного пациента, вскоре было так же быстро разобрано, как построено, а техника распределена по другим больницам. Стоимость постройки в 323 млн руб. стала ущербом. Защита же обжалует даже само постановление о возбуждении уголовного дела в отношении экс-замминистра, считая, что для него не было никаких оснований.

Постановление о возбуждении уголовного дела по п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ (превышение должностных полномочий, повлекшее тяжкие последствия) в отношении Андрея Гуровича 11 июля вынес следователь по особо важным делам второго следственного отдела по расследованию преступлений против государственной власти и в сфере экономики ГСУ СКР. Из него следует, что в апреле 2020 года губернатор Мурманской области Андрей Чибис обратился в правительство с просьбой развернуть на ее территории полевой госпиталь для лечения зараженных ковидом. По поручению президента Владимира Путина правительство и МЧС должны были построить госпиталь в селе Белокаменка Кольского района Мурманской области, на который было выделено 969 млн руб. При этом куратором проекта от МЧС был назначен господин Гурович, а правительство Мурманской области — его администратором. В мае—июне 2020 года ООО «Генподрядчик-Трансстрой», действия которого, как считает следствие, должен был контролировать замглавы МЧС, возвело госпиталь в 30 км от прежнего места — у поселка Мурмаши.

Затем, по версии следствия, зная, что объект строился без заключения госконтракта, принятой заказчиком документации и проч., а главе МЧС Евгению Зиничеву 9–10 июня 2020 года докладывать о выполнении поручения правительству и президенту, и «желая приукрасить действительное положение дел», господин Гурович сообщил своему непосредственному руководителю «заведомо недостоверные сведения о готовности быстровозводимого госпиталя к приему пациентов». При этом объект не мог использоваться для оказания медицинской помощи, поскольку не были подписаны акты на прием работ и не получено заключение регионального управления Роспотребнадзора на использование госпиталя.

Министр Зиничев доложил о готовности объекта выше, а его зам в августе 2020 года организовал оплату выполненных работ. Между тем акт их приемки был подписан только в ноябре 2020 года, и сделал это уже не господин Гурович.

Правительство Мурманской области прекратило эксплуатацию госпиталя 30 ноября того же года, придя к выводу, что он не соответствует климатическим условиям региона и проектным характеристикам. 24 декабря того же года «Генподрядчик-Трансстрой» демонтировал постройку стоимостью 323 млн 645 тыс. 268 руб. 78 коп., что и стало суммой ущерба по делу. Оборудование, закупленное на остальные деньги, было распределено по другим больницам и успешно используется. Ни одного пациента быстро возведенный и разобранный госпиталь так и не принял.

После обыска, проведенного у него во вторник (изъяты были телефоны, компьютер и флешки, денег и других ценностей не обнаружено), господина Гуровича задержали, препроводив на ночь в полицейский ИВС.Наутро его отконвоировали в здание ГСУ СКР в Техническом переулке, где предъявили обвинение по ст. 286 УК, которое фигурант категорически не признал, дав подробные показания о своей невиновности. Затем обвиняемого привезли в Басманный суд, где судья Наталья Дударь рассмотрела ходатайство следствия о его аресте. В запросе говорилось, что господин Гурович обвиняется в совершении тяжкого преступления (до десяти лет заключения), не все возможные фигуранты дела установлены, а сам он, используя связи в правоохранительных органах и органах госвласти (помимо МЧС, откуда был уволен в мае этого года, служил в МВД, Госдуме и казначействе), может оказать давление на свидетелей, следствие и суд, а также скрыться.

Сам господин Гурович просил заменить ему тюрьму домашним арестом, ссылаясь в том числе на то, что он, как секретоноситель, не может выехать за пределы страны и страдает, как и его супруга, которой требуется уход, рядом заболеваний.

Предложение об альтернативной мере пресечения было отвергнуто, а сам фигурант до 11 сентября отправлен в СИЗО. Вначале он будет находиться на карантине, а затем, очевидно, займет одну из камер «Лефортово» или так называемого Кремлевского централа.

В то же время, по данным источника, близкого к бывшему замминистра, его защита решила обжаловать не только арест, но и само постановление о возбуждении уголовного дела, находя их незаконными и необоснованными.

Защита, как стало известно “Ъ”, полагает, что, возбуждая дело, следствие не располагало всей полнотой информации о действиях господина Гуровича, которые могут образовать состав преступления.

Согласно этой информации, замминистра физически не мог контролировать двухнедельное строительство объекта, к тому же не имел для этого всех необходимых знаний и полномочий. Незадолго до злополучного доклада министру он вместе с главой области посетил объект и, убедившись, что он стоит, сообщил об этом господину Зиничеву. Однако впоследствии, разбираясь в документах, связанных со строительством, сам обнаружил в них серьезные недочеты, о чем сообщил в прокуратуру, инициируя ее проверку.

Представители фигуранта также считают, что отвечать за то, что госпиталь впоследствии не принимал пациентов и не функционировал, господин Гурович не должен, так как «данные обязанности на него не возлагались». «Контроль за сроками оформления государственного контракта №66-2020, заключенного между государственным областным казенным учреждением "Управление капитального строительства Мурманской области" и ООО "Генеральный подрядчик-Трансстрой", на выполнение работ по развертыванию полевого госпиталя на Гуровича также не возлагался»,— отметил его представитель. Таким образом, считает он, причинно-следственная связь между сообщением господина Гуровича о готовности полевого госпиталя к эксплуатации и указанными в постановлении общественно опасными последствиями отсутствует. «Информации о совершении обвиняемым каких-либо действий, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, в деле просто нет»,— отметил собеседник “Ъ”.