Глава Следственного комитета по Москве Александр Дрыманов не выдержал давления

Начальник главного следственного управления (ГСУ) Следственного комитета по Москве Александр Дрыманов подал рапорт об отставке. Об этом сообщили РБК четыре источника, близкие к руководству СКР, и подтвердили три собеседника в комитете.

Дрыманов попросил о выходе на пенсию по выслуге лет, уточнил один из собеседников РБК, близких к ведомству. «Заявление об отставке было принято позавчера после беседы Дрыманова с руководством СКР», — сообщил РБК источник в Следственном комитете.

Исполняющим обязанности главы ГСУ в случае его отставки станет нынешний и.о. первого замначальника главка Андрей Стрижов, добавил собеседник РБК: «До глав окружных управлений СКР довели, что с понедельника Стрижов — и.о.». Стрижов был заместителем Дрыманова еще в период работы в управлении СКР по делам о запрещенных методах ведения войны; он входит в «список Магнитского», поскольку подписал отказ в проверке действий УФСИН по Москве после смерти бухгалтера Hermitage Capital.

Дрыманов не ответил на звонки РБК, его старший помощник Юлия Иванова также не ответила на вопросы РБК. В управлении кадров СКР сообщили, что не владеют такой информацией. РБК направил официальный запрос в пресс-службу СКР.

Дрыманов стал руководителем ГСУ по Москве в декабре 2015 года, сменив освобожденного от должности Вадима Яковенко. До перехода в московский главк он возглавлял в СКР управление по расследованию преступлений, связанных с применением запрещенных средств и методов ведения войны; в производстве этого подразделения, например, было уголовное дело украинской летчицы Надежды Савченко. Дрыманов курировал расследование дела о геноциде граждан Южной Осетии во время войны 2008 года, а также второе дело ЮКОСа в отношении Михаила Ходорковского и Платона Лебедева.

В начале 2018 года представители Генпрокуратуры назвали Дрыманова в числе офицеров, причастных к получению взяток от криминалитета. На судебном заседании по делу полковника СКР Михаила Максименко гособвинитель Борис Локтионов заявил, что несколько высокопоставленных сотрудников комитета, в том числе Дрыманов, получили взятку за освобождение из СИЗО Андрея Кочуйкова — подручного криминального авторитета Захария Калашова (Шакро Молодого). Взятку им передал предприниматель Дмитрий Смычковский, который часто бывал в СКР и поддерживал отношения со многими офицерами, утверждалось в обвинительном заключении по делу Максименко (при этом речь шла об эпизоде уголовного дела, который пока не дошел до суда).

Кроме того, арестованный экс-заместитель Дрыманова Денис Никандров заявлял следователю ФСБ, что заплатил начальнику взятку в €9850 за общее покровительство и собственное назначение на должность, следовало из документов, которые были оглашены в рамках процесса по делу Максименко. Деньги были зачислены на счет в латвийском банке, и Дрыманов получил от Никандрова карточку и iPhone с банковским приложением для управления балансом этой карты, следовало из рапорта ФСБ.

«Человек пошел на оговор, и я его не осуждаю. Неизвестно, как мы будем себя вести, находясь в «Лефортово», — прокомментировал тогда РБК слова своего бывшего зама глава московского управления Следственного комитета.

Следственное управление ФСБ добивалось возбуждения уголовного дела в отношении Дрыманова, говорилось в документах. Материалы в отношении него они направляли председателю СКР Александру Бастрыкину — это единственное должностное лицо, которое уполномочено возбудить уголовное дело на офицера такого уровня, поскольку он спецсубъект. Бастрыкин этого делать не стал, и Дрыманов остался в деле в статусе свидетеля. Официально СК заявления гособвинения о роли Дрыманова не комментировал.

Дрыманов по собственной инициативе дал суду показания по делу Максименко. Преследование офицеров СКР он назвал незаконным, а показания своего экс-заместителя — следствием давления. «Я знаю только, что, чтобы скомпрометировать меня, было доложено большим руководителям, — сказал Дрыманов. — ФСБ сейчас будет доказывать мою причастность всеми доступными способами. У них другого выхода нет, они уже доложили обо всем на самый верх».