ФНС предъявила Михаилу Прохорову полмиллиарда рублей

Около полудня 14 апреля 2016 года в офисы компаний из группы «Онэксим» Михаила Прохорова нагрянули оперативники. Сотрудники ФСБ перекрыли выходы, рассредоточились по этажам и занялись выемкой документов. В обысках, которые прошли и в главном офисе «Онэксима» на Тверском бульваре, принимали участие до 200 сотрудников спецслужб и налоговиков.

История сразу обросла слухами, ведь обыски прошли аккурат во время прямой линии с Владимиром Путиным. Источники СМИ связали появление оперативников с давлением властей на медиахолдинг РБК, которым на тот момент владел Прохоров. В ФСБ же заявляли, что расследуют налоговые махинации.

Спустя три года история, судя по всему, получила продолжение. На основе оперативных действий, которые провели сотрудники ФСБ, налоговики выставили «Онэксиму» счет в полмиллиарда рублей.

Налоговые изыскания

Из офиса «Онэксима» оперативники ФСБ ушли не с пустыми руками. В ходе обыска они изъяли как минимум 68 печатей «различных организаций», следует из протокола службы экономической безопасности ФСБ от 21 апреля 2016 года. На документ ссылается Арбитражный суд Москвы в мотивировочной части своего решения.

Среди вещдоков были печати 11 иностранных компаний, которым «Онэксим» оказывал консультационные и юридические услуги. По данным налоговиков (также цитируются в мотивировочной части), офшоры, как и сам «Онэксим», принадлежали Михаилу Прохорову. А тот факт, что печати хранились в головном офисе группы, навел налоговиков на мысль, что компании лишь формально были зарегистрированы на Кипре и Британских Виргинских островах.

Так как иностранные компании использовали печати и оформляли свои документы в России, принадлежат одному собственнику (Прохорову), значит и управлялись из России, рассудили налоговики. Поэтому фактически «Онэксим» оказывал услуги в России, а значит должен заплатить российский НДС. Таким образом, налоговики доначислили «Онэксиму» 504 млн рублей: 333 млн рублей НДС, 124 млн рублей пени и 47 млн рублей штрафов.

Так повелось

«Онэксим» отрицает, что как-то использовал печати офшоров, следует из материалов суда. Их привозили директора и доверенные лица иностранных компаний, чтобы открывать счета в российских банках, и «оставляли их», рассказывала финансовый директор «Онэксима» Елена Барбашева в ходе допроса (на него ссылается суд).

«Повелось хранить их у меня», — объясняла она. Барбашева держала печати в сейфе у себя в приемной. Это могли и вовсе быть дубликаты, отмечала топ-менеджер: «Для иностранных организаций печать не является обязательной и главной регалией, это больше требование нашей страны». Требования налоговиков «Онэксим» не признал и опротестовал их в суде. Но тот поддержал ФНС. В конце февраля «Онэксим» подал апелляцию на решение московского арбитража.

Это первый прецедент, когда ФНС доначислила НДС юрлицу из-за оказания услуг иностранным взаимозависимым компаниям, так как те управлялись из России, отмечает партнер Paragon Advice Group Александр Захаров. По его мнению, в этом году это станет основным налоговым риском для компаний, владеющих юрлицами за рубежом. Сам факт того, что документы других компаний хранятся у их контрагента, ничего не значит, считает другой юрист, знакомый с ходом дела. Аффилированность «Онэксима» с офшорами не говорит о том, что группа Михаила Прохорова уходит от налогов, согласен руководитель налоговой практики BMS Law Firm Денис Зайцев. Особенность этого дела в том, что почти все обвинения базируются на материалах ФСБ. Спецслужба редко фигурирует в налоговых делах, отмечает юрист: «Допускаю, что такое пристальное внимание связано с желанием оказать давление на собственника». После обысков в 2016 году Прохоров продал практически все свои российские активы – доли в UC Rusal и «Уралкалии», девелоперскую группу ОПИН и РБК. В «Онэксиме», ФНС и ФСБ не ответили на запрос Forbes.